амс онлайна желает всем чудесного лета ♥
    • • • Лучший пост от азика
    — Если будешь продолжать на неё злиться, это не приведёт ни к чему конструктивному. Лучше…попробуй проанализировать причины её поступка, — подъехав к колонке с нужным топливом, глушу машину и приподнимаю брови, красноречиво сообщая о том, что тебе следует оставаться пристёгнутым и не ходить за мной. Заодно есть минут пять-семь, чтобы всё обдумать, пока я буду оплачивать бензин, брать кофе для себя и согревающий чай апельсин-корица для тебя.
    onlinecross глазами наших игроков: Киллиан: бомблю на другую ролевую: адекватные форумы с адекватным амс вообще существуют, нет?
    Лима: да, онлайн))) // © Killian Lightwood & Lima Berg
    активисты недели
    постописцы недели

    onlinecross

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » onlinecross » ПАРТНЕРСТВО » boloto crossover


    boloto crossover

    Сообщений 1 страница 30 из 34

    1

    https://forumupload.ru/uploads/001c/2b/8f/3/182857.png

    0

    2

    не актуально

    j.k. rowling wizarding world
    {lily potter}

    https://i.imgur.com/5mBJI0A.jpg


    маленькая принцесса, которую, кажется, обожают все; самая популярная девочка на курсе; естественно гриффиндорка, только слишком часто в компании двух слизеринцев; они с детства самые близкие друг другу, каждый секрет, каждая мелочь — всё рассказать, во всём поддержать; вместе с алом переживала его распределение на слизерин, потому что как же так; единственная из всей семьи, которая не осуждает ала за дружбу со скорпиусом; потому что сама же в скорпиуса влюблена; рассказывает про это альбусу однажды летом, а альбус не знает, что делать дальше, потому что тоже влюблён; альбус пытается ненавязчиво свести лили и скорпиуса, но терпит провал; потому что начинает встречаться с ним сам — первый секрет, который он не рассказывает лили и надеется, что она никогда об этом не узнает; но она узнает.


    * * *

    я не умею в длинные заявки, но я честно постарался объяснить всю суть (и, надеюсь, преуспел, но если нет, я всё расскажу ещё раз). хочу семейную драму, жить без этого не могу. как лили отреагирует на отношения скорпа и ала, потом решим вместе, потому что я ещё не определился. я иногда пишу часто от 1.5к (а иногда падаю в депрессию и не пишу вообще, но последнее время стараюсь до такого не опускаться), с постами не тороплю (но постик хотя бы раз в месяц буду ждать). мы не привязываем тебя к этому недо_треугольнику навечно, ты вольна выбирать другие любовные интересы в таймлайне после этой всей истории. со мной в комплекте идёт скорп, он тоже тебя заиграет. нам нужна минимальная грамотность, активность, инициативность. о, и, пожалуйста, не пропадай без предупреждения, мы такое очень не любим ( в общем, если тебя всё устраивает, всё вау, залетай с постиком, если сойдёмся, то будем обсуждать


    пример поста

    [indent] натаниэль мог бы злиться на тон своего собеседника, на злые слова, что он говорит, только вот эндрю прав, да и одно то, что тот с ним разговаривает относительно спокойно — уже удивительно. особенно, учитывая то, как, по словам кевина, он обычно относится ко всем, кто не входит в его близкий круг.

    [indent] — это не жертва, — натаниэль ведёт плечами, крутя в пальцах тлеющую сигарету и рассматривая, как красиво тянется дым от неё. — нет, это не дозволение. это на случай, если вдруг у тебя есть совесть. хотя не сомневаюсь, что я зря волновался.

    [indent] эндрю прав, он звучит жалко, да и мысли его в целом жалкие, только вот ему ничего другого попросту не остаётся, потому что за него всё уже предрешено. только кевин так просто сдаваться не будет, он упёртый, хуже натаниэля, но тут просто нет других вариантов, чтобы пытаться дальше сопротивляться. натаниэль ворон. натаниэль не может быть никем другим, кроме ворона, это было решено ещё много лет назад и никогда не изменится. поэтому натаниэль должен сам дать ему шанс на нормальную жизнь, а не привязанную к гнезду, когда тот уже столько времени должен дышать свободно.

    [indent] — я не боюсь ответственности, — в голосе звучит усталость; на плечах натаниэля её столько, что, кажется, скоро он будет под ней погребён. ему бы просто перестать подставлять жана хотя бы, который точно так же попадает под раздачу за каждый проступок натаниэля, только вот дурной характер так просто не спрятать. поэтому натаниэль сейчас здесь, а не в отеле. поэтому жану нужно придумывать новые оправдания, чтобы как-то скрыть правду от хозяина и рико. — я не хочу, чтобы кевин принимал это решение. потому что он его никогда не примет и будет упорно ждать, что что-то поменяется. но всё останется как есть.

    [indent] когда-то давно жан говорил ему верить в кевина, что тот что-нибудь обязательно придумает, только натаниэль не может, он не привык мечтать о чём-то столь недостижимом, его желания ограничиваются узким кругом вещей, которые он вполне может получить, если постарается. например, спокойствие. хотя бы немного спокойствия в гнезде, которое он получит, если будет вести себя спокойнее. ему приходится ломать себя, хотя он так пытался этого избежать, потому что так будет лучше. только вот получается далеко не всегда.

    [indent] в конце концов, он сейчас здесь.

    [indent] — я приехал сюда с тобой и твоими лисами только потому, что иначе ты не дал бы мне кевина, — напоминает натаниэль; голос отдаёт сталью. он привык к тому, как рико с ним обращается, но это не значит, что он позволит психованному миньярду делать то же самое. — мне плевать на рико, но у меня есть хозяин, и он не потерпит того, что я сейчас здесь. и я прекрасно знаю, что меня ждёт в гнезде, когда я вернусь. и кевин тоже знает. но он разрешил мне приехать сюда, значит, надеется, что это не зря. но ему придётся разочароваться.

    [indent] натаниэль стряхивает пепел с сигареты и смотрит на тлеющий кончик внимательно, пытаясь выбросить из головы всё лишнее, вроде рико, хозяина, эвермора — всего, что может испортить текущий момент. миньярду в определённой степени везёт. пусть он и играет в команде отбросов, зато волен делать всё — почти всё, — что он только захочет. ему не понять то, что испытывает тот, чью жизнь отдали как собственность кому-то другому, кто теперь может распоряжаться живым человеком так, как только тому захочется. натаниэль выглядит жалко, говорит жалко, только ему плевать. ему важно, чтобы у кевина всё было хорошо, потому что у него получилось вернуть себе свободу, теперь важно её не испортить.

    Отредактировано спамер (2024-07-17 01:00:37)

    0

    3

    j.k. rowling wizarding world
    {rose weasley}

    https://i.imgur.com/1c4F0VY.jpg


    твоя дружба с ним позорит всю нашу семью.

    роза с самого первого года обучения в хогвартсе пытается втолковать эту простую истину альбусу, только тот её не слышит. у него новый — первый — лучший друг и на мнение уизли ему совершенно плевать.

    перестань с ним дружить, альбус, неужели ты не понимаешь?

    роза пытается достучаться до него летом, когда скорпиуса нет рядом. кажется, идеальный момент, но альбус снова не слушает. только рычит тихое «не лезь не в своё дело» и закрывает дверь прямо перед носом розы.

    этот малфой отвратительный, как альбус может общаться с ним?

    роза жалуется своей подружке, сидя в спальне перед сном. альбус и скорпиус снова сидели в большом зале чуть ли не в обнимку, и эта картина вызвала такую жгучую ненависть где-то глубоко в душе, что хотелось вмешаться и всё испортить. только роза воспитанная и не может позволить себе подобной вольности — просто прожигает глазами спину поттера, надеясь, что скоро это всё закончится.

    как ты думаешь, скорпиус с кем-то встречается?

    роза шепчет тихо-тихо, чтобы никто больше не услышал. скорпиус ей нравится, но она столько времени его ненавидела, что признаться в этом кому-то — даже себе — слишком сложно. но она ловит себя на долгих взглядах на малфоя, которого неизменно сопровождает поттер, и понимает, что злость на альбуса это ревность.

    ты отвратителен, альбус.

    роза всё видит — их касания, их полуулыбки только для них двоих; они всегда слишком близко друг к другу, и роза понимает, что это не_дружба. она видит, как альбус смотрит на скорпиуса — точно так же, как и она сама смотрит на малфоя. ревность выжигает все внутренности; розе отчаянно хочется, чтобы скорпиус не_чувствовал альбусу того же, потому что тогда у неё хотя бы будет шанс. роза знает, что она лучше, что альбус на её фоне теряется — осталось убедить в этом скорпиуса.

    * * *
    я не знаю, что это, но оно мне надо. так получилось, что у альбуса слишком поддерживающие сиблинги, а я хочу семейную драму, жить без неё не могу. сразу оговоримся, что у розы со скорпом ничего не выйдет, это даже не треугольник, но поиграть интересное можно (и скорпа мы тоже подтянем). я пишу иногда часто (раз в день), чаще медленно (раз в неделю и реже), от 1.5к, с постами не тороплю, но пост раз в месяц хотя бы мне будет нужен, чтобы не перегореть. мы не привязываем тебя к этому треугольнику навечно, мы (я, скорп за компанию) хотим отыграть эту историю, а потом делай, что хочешь. могу выгулять тебя во флуд, могу обеспечить внефорумное общение (но навязываться не буду), короче, всё, что пожелаешь. ты, главное, приходи, залетай сразу с постом, а дальше будем смотреть. мне нужны грамотность, третье лицо и активность с инициативностью. и не пропадай без предупреждения, всегда можно объясниться словами через рот, если игра не зашла/что-то случилось. а то я буду грустить. а я грустить не люблю


    пример поста

    [indent] натаниэль мог бы злиться на тон своего собеседника, на злые слова, что он говорит, только вот эндрю прав, да и одно то, что тот с ним разговаривает относительно спокойно — уже удивительно. особенно, учитывая то, как, по словам кевина, он обычно относится ко всем, кто не входит в его близкий круг.

    [indent] — это не жертва, — натаниэль ведёт плечами, крутя в пальцах тлеющую сигарету и рассматривая, как красиво тянется дым от неё. — нет, это не дозволение. это на случай, если вдруг у тебя есть совесть. хотя не сомневаюсь, что я зря волновался.

    [indent] эндрю прав, он звучит жалко, да и мысли его в целом жалкие, только вот ему ничего другого попросту не остаётся, потому что за него всё уже предрешено. только кевин так просто сдаваться не будет, он упёртый, хуже натаниэля, но тут просто нет других вариантов, чтобы пытаться дальше сопротивляться. натаниэль ворон. натаниэль не может быть никем другим, кроме ворона, это было решено ещё много лет назад и никогда не изменится. поэтому натаниэль должен сам дать ему шанс на нормальную жизнь, а не привязанную к гнезду, когда тот уже столько времени должен дышать свободно.

    [indent] — я не боюсь ответственности, — в голосе звучит усталость; на плечах натаниэля её столько, что, кажется, скоро он будет под ней погребён. ему бы просто перестать подставлять жана хотя бы, который точно так же попадает под раздачу за каждый проступок натаниэля, только вот дурной характер так просто не спрятать. поэтому натаниэль сейчас здесь, а не в отеле. поэтому жану нужно придумывать новые оправдания, чтобы как-то скрыть правду от хозяина и рико. — я не хочу, чтобы кевин принимал это решение. потому что он его никогда не примет и будет упорно ждать, что что-то поменяется. но всё останется как есть.

    [indent] когда-то давно жан говорил ему верить в кевина, что тот что-нибудь обязательно придумает, только натаниэль не может, он не привык мечтать о чём-то столь недостижимом, его желания ограничиваются узким кругом вещей, которые он вполне может получить, если постарается. например, спокойствие. хотя бы немного спокойствия в гнезде, которое он получит, если будет вести себя спокойнее. ему приходится ломать себя, хотя он так пытался этого избежать, потому что так будет лучше. только вот получается далеко не всегда.

    [indent] в конце концов, он сейчас здесь.

    [indent] — я приехал сюда с тобой и твоими лисами только потому, что иначе ты не дал бы мне кевина, — напоминает натаниэль; голос отдаёт сталью. он привык к тому, как рико с ним обращается, но это не значит, что он позволит психованному миньярду делать то же самое. — мне плевать на рико, но у меня есть хозяин, и он не потерпит того, что я сейчас здесь. и я прекрасно знаю, что меня ждёт в гнезде, когда я вернусь. и кевин тоже знает. но он разрешил мне приехать сюда, значит, надеется, что это не зря. но ему придётся разочароваться.

    [indent] натаниэль стряхивает пепел с сигареты и смотрит на тлеющий кончик внимательно, пытаясь выбросить из головы всё лишнее, вроде рико, хозяина, эвермора — всего, что может испортить текущий момент. миньярду в определённой степени везёт. пусть он и играет в команде отбросов, зато волен делать всё — почти всё, — что он только захочет. ему не понять то, что испытывает тот, чью жизнь отдали как собственность кому-то другому, кто теперь может распоряжаться живым человеком так, как только тому захочется. натаниэль выглядит жалко, говорит жалко, только ему плевать. ему важно, чтобы у кевина всё было хорошо, потому что у него получилось вернуть себе свободу, теперь важно её не испортить.

    0

    4

    не актуально

    j.k. rowling wizarding world
    {blaise zabini}

    https://forumupload.ru/uploads/0011/64/e4/2/309284.gif https://forumupload.ru/uploads/0011/64/e4/2/602779.gif


    и этими губами ты целуешь родителей, браун. я слишком отчетливо слышу насмешку в голосе, даже если бы фраза не подразумевала этого в открытую - я могла бы даже неловко покраснеть за то, что срывается с моего языка[за последие годы в моем лексиконе стало слишком много крепких выражений, что раньше были для меня показателем дурного тона], стоит взглянуть на того, кого ждала вот уже полчаса в небольшом кафе косого переулка [я думала только девушкам свойственно опаздывать, забини].

    парвати была права -  слишком привлекательная вакансия для такого гиблого района как лютный [все еще не могу понять, почему его просто не сровняли с землей после девяносто восьмого года], но в тот момент я готова была схватиться даже за призрачную надежду вырваться из этого адского круга постоянных мелких подработок, чтобы свести концы с концами.

    победа над темным лордом и правильная сторона не гарантировали лучших условий для таких как я. в конце концов никто не обещал изменений в законодательстве[если это не касалось ущемлений прав чистокровных] - кого волновала проблема горстки оборотней, которые не хотели становиться ни цирковым зверьем, ни подопытными в отделе тайн. в мутном отражении старого зеркала в маленькой ванной комнате на четыре коморки, что владелец  называл жилыми помещениями все чаще я видела усталый образ профессора люпина наложенный на свои собственные черты.

    у меня сложилось впечатление, что тебе очень нужна эта работа [конечно, ты не мог не отметить пять отправленных просьб о собеседовании. пожалуй, я была слишком настойчива, как и говорила парвати, что все еще не понимала, почему я не хочу работать в ее лавочке прорицаний]. знала бы кто владелец, не отправила и одного - срывается с языка, а самой хочется скривиться, словно съела горсть лимонных долек - отвратительно.

    да, ладно тебе, браун, я готов идти на мировую. в конце концов хорошие знакомые должны помогать друг другу. а я совершенно точно могу сказать, что не помню, когда мы стали этими самыми хорошими знакомыми и то, что я очень быстро пожалею о пожатой тебе руке. отблески камина в твоих темных глазах наводят на мысль, - сделка была заключена с дьяволом, хотя, таким как мы совершенно и не свойственна набожность.

    ты совершенно не идиот забини, как бы мне не хотелось обратного, быстро высчитываешь, почему мои единственные выходные приходятся аккурат на период полнолуния - волнует ли это тебя?

    да, ладно тебе браун, пока ты не кидаешься на посетителей - можешь здесь работать.
    нахрена заявился ко мне в полнолуние, жить совсем надоело? полно тебе браун, ты даже мохнатая - милая.

    тех, кто знает, можно пересчитать по пальцам одной руки, в этот короткий список даже не входят мои собственные родители, мне совершенно не хочется быть зависимой от твоего знания - что-то успокаивающе мерцает в твоих темных глазах, там на дне, за издевательскими смешинками, что заставляют каждый раз выходить из себя с разгоном в сотую от секунды. порой я все еще убеждаю себя, что это черти зажигают свет в потемках.

    я не подпишу увольнительную, можешь не стараться, надо было внимательней читать договор. чтобы услышать за спиной ворчливое, - чтобы ты ядом подавился, слизеринец проклятый.

    это так по гриффиндорски, если честно, продолжать мерять окружающих людей по нашивкам на школьной мантии.

    немного о хэдах

    никто не делал из этого тайны, там где воспитанием сына занималась исключительно леди забини. толку от многочисленных ухажеров и нескольких покойных мужей в воспитании юного мага не было. была ли мать интегрирована в британское общество или предпочитала держаться от него подальше, в более свободной магической европе, никогда не было ясно. но мальчик никогда не казался обделенным ее вниманием. казалось, что во всей смуте второй магической войны, женщина не только умудрилась не быть затянутой сама, но и не втянуть в это сына. в моем представлении, леди если и была вовлечена во все это, то только в период первой магической - чем не красивая ситуация, что после смерти очередного мужа, она вполне удачно просчитала, что вся эта кампания не выгорит. забини классический  гаденышь слизеринец с преобладанием хитрости, где вражда между факультетами может быть совершенно не продуктивна для его целей. так что никаких мерзких поступков в открытую, для этого у вас в школьные годы был малфой - чего только стоило его: мой отец обо всем узнает [уточнишь потом у него насколько он изменился]. что делал после битвы за хог - решать тебе. в данный период времени владеет бизнесом в косом, а заодно и в лютном [возможно через третих лиц, зачем лишний раз привлекать внимание министерства]. будет ли это лавка с зелями, бар типа виверны или что-то еще, чем так удачно приторговывать из-под подпола - твой выбор. последний твой сотрудник скончался при странных обстоятельствах - скажи мне, забини, может мне внимательней надо было читать договор? допускаю в развитие любой образ забини от типичного слизеринца, немного благородного, хитрого и изворотливого, держащегося за костяк своего курса, так и довольно дарковый образ, к которому давно привыкли свои // серьезно, ты закопал останки прошлого сотрудника во дворе у черного входа? что с тобой, блять, не так?


    * * *

    еще скажи мне, что я не была предсказуема. хотя, не так  - поговори мне еще тут, забини. все, что касается отношений на слизерине - на твоей совести, кому как не тебе это знать [но я могу помочь развить, если что] все, что касается взаимоотношений с матушкой - твои хэды, но я буду любить эту женщину больше чем тебя, так и знай. леди забини была роковухой еще до того момента когда это стало модно. хочу пощупать эти сомнительные взаимоотношения, где не в моей ситуации воротить нос от протянутой руки помощи, даже если тянет бывший слизеринец, до странных танцев вокруг отношений [ответь мне, забини, будут ли считаться отношения с оборотнем зоофилией?] пишу под вдохновение медленно/быстро, от 3к, лапслок, выделение прямой речи. от тебя прошу пост в лс, чтобы понять насколько сыграемся и темп хотя бы парочку в месяц, все же хочется поиграть. могу во внефорумное общение в пределах разумного, могу строго по хэдам и идеям, но в любом из случаев здорово, если будет дополнительная связь [мне нужно кидать куда-то все красивое, что найду]. внешность не уступлю, не только потому что я внезапная жертва неимоверного количества шортсов в ленте с этими ребятками, но и потому что в моем представлении забини больше южанин - итальянец, испанец - растегнутые рубашки, высокие значения по фаренгейту, бокалы вина чаще чем старый добрый оден, а не темнокожий парень. сорри нот сорри. залетай, расшевели это болото, мы тут тихонечко все захватываем [но пока без общего сюжета]. без тебя вообще никак.


    пример поста

    глупая. глупая. глупая.

         лаванда браун — такая глупая. ей кажется об этом шепчутся все, даже отвратительно хихикающие ведьмы на картине четвертого этажа, стоит только ей пройти мимо, что уж говорить о студентах в гостиной факультета/большом зале, которые поглядывают на девушку с жалостью, спасибо, что пальцем не показывают. статус бывшей девушки рона уизли ей не нравится, еще больше ей не нравится из-за кого он приобретен.

         лаванда браун жалость ненавидит, сплевывает с водой в туалете женском, пока умывается. под заливистый смех плаксы миртл волосы свои пшеничные поправляет, а эту дрянь довести до смеха ой как сложно, руки чешутся пустить в ход жалящее, чтобы стереть с этого призрачного лица усмешку. ты такая жалкая, жалкая лаванда браун, вот уже и на призраках срываешься.

         она голову в плечи втягивает, словно хочет слиться с кладкой серой, каменной — проблематично там, где розовый бант на волосах видно с другого конца большого зала; убежать, словно в чем-то есть ее вина. в конце концов лаванда же не виновата, что рональд уизли такой глупый, раз расстался с ней — так говорит парвати, гладя ее по предплечью. пока они сидят в кабинете прорицаний средь хрустальных шаров и душного чада из благовоний, в котором так легко прятать привкус химозной ванили дешевых маггловских сигарет, попивая чай с малиной, чтобы потом перевернуть чаинки на щербатое блюдце.

         лаванда кривит губы, умалчивает о том, что не в произнесенном имени, в полубреду больничного крыла дело; она может и блондинка, но не круглая идиотка, да и рон уизли не умеет скрывать свои эмоции — лаванда считает, сколько раз ей приходилось закрывать глаза на упоминание грейнджер, пытаться отделаться от чувства, что их трое в этих отношениях, в этот год — сбивается; это оказывается сложнее чем эти блядские карты ночного неба, по астрономии.

         лаванда не справляется, понимает, когда встречает обеспокоенный взгляд карих глаз сестер патил и откидывает за спину светлые волосы — вилку погнутую оставляет на предательски ровной поверхности стола; смотрит, как из зала удаляется, вновь собравшееся трио. в конце концов, что есть лаванда браун, за милыми кофточками в рюшу и коллекцией ободков, чарами косметическими, такими о которых даже грейнджер не знает? сложно поверить, но факт. а уж владеет она ими многим лучше чем поттер этим кровавым экспелиармусом.

         лаванда жмет плечами, на тихое — оно и к лучшему, тебе нужен кто-то интереснее, чем этот уизли. фамилия рыжего больше не вызывает трепета и восторга, только сводящие скулы и готова поспорить, скрежет зубов, что слышат все вокруге. парвати патил права — лаванде браун не нужен какой-то там рональд уизли, только сильнее жалости она терпеть не может быть в дураках.

         она стену напротив подпирает, каменная кладка впивается в лопатки, прислонись сильнее, — будет больно. отрезвляюще. палочку в руках вертит, в полутьме глазами светлыми сверкая, все еще помнит в недовольстве поджатые губы подруги — это уже не смешно, лав. это похоже на помешательство.

         лаванда усмехается, губы потрескавшиеся тянет в улыбке, на брошенное в ответ от паркинсон — а у тебя? — совершенно точно знает, что нихрена этой слизеринке не интересно, как там у нее; в розовом мирке отдающим сладковатым ладаном кабинета прорицаний, да горечью табака с запахом все той же химозной ванили. потому что та видит, пожалуй, больше за  потрескавшимся фасадом идеального образа, да уложенной копны светлых волос. видит и молчит, — потому что нахер оно надо, лезть в это дремучее болото. вот, поэтому, со слизеринцами всегда было проще иметь дело.

         лаванда жмет плечами; между строк повисает — бывало и лучше, вот только в ответ ничеготне значащие — все отлично — херня. ложь такая откровенная, что даже в своем горле комом склизским застряет.

         она взгляд свой светлый на панси поднимает, языком по губам проходясь. — нужна услуга, паркинсон. окажешь?

         между ними повисает невысказанное, что слухами, кои вообще-то стезя самой браун, ползет по коридорам хогвартса, словно привидение, коих полным полно в старом замке — сможешь любое зелье.

         на самом деле лаванда согласна даже на какое-нибудь проклятие из закрамов библиотек этих многочисленных чистокровных снобов, коими являются папашки большинства местных студентов, но согласна и на жидкую любовь.

         ей, собственно, нахрен бы не нужен рональд биллиус уизли — верит с трудом не только верная парвати, но и собственное отражение. только лаванду браун просто так не бросают. не ради заучки грейнджер.

    Отредактировано спамер (2024-07-17 01:00:48)

    0

    5

    j.k. rowling wizarding world
    {severus snape}

    https://imageup.ru/img195/4844645/504c99dd17dfc7fbe427d7d5d2a95887-1.jpg https://imageup.ru/img152/4844646/c8b87f201f2132c078e1d16751569a58-1.jpg https://i.postimg.cc/PJx1J2WC/5b9e4f69b8eb45b0a4df505124c4e220-1.jpg


    Тебе восемь. Ты знаешь гораздо больше, чем я – гораздо больше, возможно, чем в принципе все люди, которые живут в нашем небольшом городке. С одним лишь примечанием – ты знаешь то, о чем другим, обычным людям, знать не положено.
    Ты восхищаешь меня. Ты – та нить, которая связывает меня с миром, который пока кажется мне нереальным, выдуманным, и до того самого письма, до того, как Минерва МакГонагалл возникла на пороге моей семьи – я все еще сомневалась, порою думая, что ты выдумал этот волшебный замок, этих нереальных могущественных колдунов и магов лишь для того, чтобы самому убежать в эту фантазию от домашних проблем.

    Ты первый, кто увлек меня в ту часть жизни, о которой я ничего не знала. И я всегда буду относиться к тебе с благодарностью и даже легким благоговением, словно ученик, который боится дышать рядом с мудрым учителем.

    Ты не любишь Тунью и открыто презираешь ее – а мне ее жаль, и ее мучительная зависть разбивает мне сердце. Мне хочется, чтобы она могла разделить со мной этот удивительный мир, но ты говоришь, что ей этого не суждено. Ты – словно бог, Иисус, которому ежедневно молится моя мать. Она тоже говорит, что Иисус лучше знает, кому что уготовано в этой жизни.

    Тебе одиннадцать. Ты раскрываешься – в знаниях, не в дружбе с другими, не в студенческих буднях. Ты заносчив, временами высокомерен, но я не вижу этого – я вижу только твою раненую родителями душу, которая наконец-то смогла развернуться вширь. Ты печалишься, что я не попала в Слизерин вместе с тобой – и пока мне кажется, что ты просто не привык быть без меня, без своего тайного, единственного друга, с которым ты так много погружался в этот волшебный мир. Я ослеплена твоими умениями, оглушена детской связью, которая все еще так крепка.

    Ты не любишь гриффиндорцев, но для тебя совершенно неважно, какой на мне галстук. Тебя задевает Поттер – мелкий заносчивый мальчишка, толкающийся в коридорах, как упрямый ослик.

    Тебе четырнадцать. Я начинаю замечать, что в тебе что-то не так, но я все еще тону в вере о том, что ты – хороший, просто… никем не понятый. И я хочу тебя понять, я стремлюсь к тебе душой. Мне нравятся зелья – похожи на химию в магловской школе, знаешь? Ты говоришь, что совсем не похожи и улыбаешься. Ты редко улыбаешься, кстати. Тебе тоже нравятся зелья, но чуть меньше – тебя почему-то тянет в изучение темной магии, которая временами меня пугает. Особенно тот рассказ про ведьму из Албании, которая прокляла всех своих родственников так, что те случайным образом попадали в пожары каждый год, пока все не умерли. Страшно подумать, что люди могут так ненавидеть, знаешь?

    Ты пренебрежительно высказываешься о грязнокровках и ловишь мой пораженный взгляд, и тут же говоришь, что это – не обо мне. Что во мне столько волшебства, что просто так случайно сложилось, что мне пришлось родиться в семье маглов. Что я – другая.
    Ты выглядишь испуганным, когда я спрашиваю тебя, важно ли то, что я – грязнокровка? Важно ли это для тебя? Ты не произносишь этого слова и единственный раз касаешься моей руки. Но я слишком очарована спокойствием, которое ты подарил моей душе, когда сказал, что для тебя это совершенно неважно.

    Ты что-то скрываешь, и мне кажется, что это – что-то большее, чем просто то, что теперь ты боишься отдернуть левый рукав своей мантии. Но я боюсь тебя ранить.

    А ты…

    * * *

    дополнительная информация

    Мне нужен Северус, который понимает всю безнадежную горечь любви к Лили Эванс. Между нами никогда ничего не будет, но тем интереснее - легкие касания, которые дарят оглушающую бурю эмоций и зубодробительную боль в сердце - для Северуса. И этот бесконечный поиск ответа на вопрос: как к тебе относится Лили Эванс? Есть ли шанс?..

    В альте можем повернуть историю в другое русло, кстати.

    Я играю постами от 4к+, без птицы-тройки, и разрываюсь между Поттером и Блэком. Мы так запутались, мне нужен тот, кто будет беззаветно любить меня. Просто так.

    Я ок с тем, чтобы у Северуса была "пара" или какое-то увлечение, лишь бы он не забывал, кто выжигает ему сердце лишь одним взглядом. Внешность - любая, но близко к каноничному книжному описанию. В картинке к посту Gabriel Marques.
    Если есть хэдканоны/пожелания/незакрытые гештальты - готова обсуждать в ЛС.

    Приходи в наш многоугольник угоститься стеклом.


    пример поста

    – Северус!
    У Лили большие глаза, как у затравленной на охоте лани; она бежит через все поле к пруду, и ее острые коленки рассекают все еще высокие после щедрого на солнечные лучи лета луговые травы. Юбка треплется на ветру от быстрого бега, и ее форменные складки играют с ним, как со старым знакомым.
    Северус, завидев Лили, наскоро поднимается, опираясь на ствол старого вяза, растущего над самой водой. Он прячет лицо в сальных волосах и закрывает правый глаз ладонью, но на его бледном лице любой синяк расцветает ярче, чем цветы в оранжерее мадам Стебль.
    – Что с тобой?
    Лили подлетает к нему и не замечает, как он вытягивается в струну, стараясь быть рядом с ней выше, значительнее, заметнее что ли – она смотрит только на его лицо, пальцами отодвигая темные волосы, будто тину и ряску с глади пруда.
    – Это он? – ее щеки начинают полыхать ярким огнем, и если бы Лили не была так занята гневом, то она наверняка бы заметила, с каким подобострастным восхищением задерживает дыхание Северус, когда она касается его волос подушечками пальцев. Ему хочется, чтобы в этом синяке она видела лишь его – его самого, а не того, кто послужил его появлению. В конце концов, думает Северус, это даже неважно, и если это привлекает внимание Лили, он готов сам провоцировать Поттера и его дружков, лишь бы она все также касалась его лица, как сейчас.
    – Всего лишь синяк, – бросает он и хочет закрыть глаз волосами снова, но слишком боится случайно дотронуться до нее; его сердце колотится так бешено, что дергается кадык. Боль от удара по лицу – унизительного, мерзкого – кажется ему такой несущественной платой за ее близость. Но Лили кипит и бурлит, как котел, который, по недосмотру и глупости, перегрел какой-нибудь недалекий и неумелый зельевар.
    – Я… Как он… Почему?!. – впрочем, ее не слишком интересует ответ на этот вопрос; она, щурясь, всматривается за спину Северуса, который хочет дернуть ее за плечи и закричать, что он, он здесь, и ей не нужно смотреть на того, кто стал причиной его внеочередной травмы.
    – Лили, я правда в порядке, – он делает вялую попытку, раздираемый досадой и ревностью. Северус даже открывает рот, чтобы от раздираемой ярости сердца крикнуть ей прямо в лицо, что на самом деле, как он думает, ей совершенно неинтересно его самочувствие, его боль, его пережитое унижение – она всего лишь использует это как предлог, чтобы вновь оказаться ближе к нему. К нему! К Поттеру, к этому плебею, грязному выскочке и недоучке, который волочится за каждой легкодоступной юбкой Хогвартса. Но страх потерять ее – ее легкие касания, ее расположение, ее беспокойство – слишком силен, чтобы он мог позволить дать волю своим чувствам.
    – Ничего ты не в порядке, – она все еще ищет кого-то за его спиной, но не находит и снова смотрит на него, – Северус счастлив и едва не улыбается во весь рот, но вовремя тормозит себя. – Пойдем к мадам Помфри, – Лили берет его за руку. – Пойдем, тебе нужен компресс из бадьяна, – бормочет она, перешагивая через сухой корень вяза, торчащий изгибом из земли, и он молча восхищается ее познаниями в целебных зельях, и хотя примочка из бадьяна на правом глазу вряд ли добавит ему мужественности в глубоких зеленых глазах Лили Эванс, Северус рад, что сейчас она ушла с ним, и гонит от себя мысли о том, что будет потом, там, в гостиной Гриффиндора, куда ему, увы, закрыт путь.

    – Что произошло? – спрашивает Лили, сидя на кушетке больничного крыла, пока Северус держит у правого глаза большой кусок ваты, щедро смоченный в разведенной настойке бадьяна, и щурится, стараясь, чтобы из здорового глаза не вытекали слезы – процесс лечения бадьяном действенный, но весьма болезненный. Он чуть слышно шипит и кусает губы.
    Из-за слезящегося левого глазного яблока Северус почти не может разобрать ее очертаний.
    Поттер считает, что между нами что-то есть – вот так звучит правда, Снейп отчетливо слышал эту причину от Поттера, по милости которого сейчас вынужден проводить такой редкий солнечный осенний день в замке, прежде чем получил удар кулаком в лицо (вот так по-магловски дико и унизительно!). Но он боится озвучить это Лили. Боится, что даже полуслепо прочтет в ее ответном взгляде насмешку и недоумение – как подтверждение тому, что между ними в действительности ничего нет. Боится, что она объявит об этом Поттеру, и теперь того ничто не будет сдерживать – он будет думать, что Эванс может принадлежать только ему.
    Он и сейчас так почему-то думает, но Северус никогда не был оптимистично настроен по поводу умственных способностей Поттера, так что…

    ...Лили сидит на кушетке, скрестив руки на груди, отчего галстук замялся и поник на рубашке.
    Ей кажется, что она почти ухватила нить, из-за которой Поттер все время задирает Северуса, но она, эта нить, кажется ей слишком тонкой, нереалистичной. Северус никогда не пытался стать к ней ближе. Она никогда не думала, что между ними может быть что-то, помимо дружбы и учебника по зельеварению. А еще, вроде бы, Натали говорила, что у Северуса роман с сестрой Амикуса; он противный такой, похож на ястреба, и Лили бы с удовольствием прогуливала бы трансфигурацию, на которую Гриффиндор и Слизерин ходят вместе, лишь бы не слышать его язв и оскорблений.

    Лили думает, что это всего лишь в отместку за Амикуса и его безобразный рот. Просто Северус –  еще одна легкая мишень. Просто месть за то, что Поттеру показалось, будто бы Северус улыбнулся – а Лили точно знала, он не мог! – когда Амикус назвал ее, Лили Эванс, грязнокровой падалью на прошлой лекции в четверг.
    О драке Кэрроу и Поттера у Хогсмида в субботу днем разве что “Пророк” не дал первую полосу, с досадой думает Лили.
    Тогда она позволила себе слишком неосторожный шаг, оценка которому теперь напрашивалась сама собой, пока в нос бил кислый запах бадьянной настойки.
    Она позволила себе поцеловать Поттера. На эмоциях, пораженная его самоотверженностью, пока он сидел в гостиной Гриффиндора, дожидаясь профессора МакГонагалл и ее отповеди.
    Поттер ничего не боялся – ни скучных отработок, ни розог, ни даже угроз Филча о том, что он когда-нибудь подвесит Джеймса в подземелье за щиколотки на всю ночь и запустит туда летучих мышей. Это не могло не удивлять. Это не могло не привлекать.
    Она позволила себе быть восхищенной и благодарной всего раз – это мимолетное мгновение между твердыми шагами Минервы МакГонагалл и любопытствующими взглядами других студентов, которые уже спешили в гостиную, – и прикоснулась к Поттеру губами. Самый первый поцелуй вышел таким нежным и бережным; Поттер дотронулся до ее лица и волос так невесомо и легко, и это так контрастировало с его грубостью и жестокостью. И это не могло не поражать. Это не могло не… привлекать, да.
    Поттер конечно же воспользовался моментом, и даже пригласил ее на свидание уже после того, как получил выговор от МакГонагалл, которое, впрочем, пришлось отложить – пока на его посещения Хогсмида наложен запрет. Хотя Лили ответила согласием, и всю ночь воскресенья они целовались в гостиной Гриффиндора перед тлеющим камином, когда Поттер ввалился туда, весь провонявший навозом и флоббер-червями – ему назначили отработки у Сильвануса Кеттелберна, который, после недавней стычки с огненным крабом, чуть не лишился нескольких пальцев на правой руке.

    – Лили, – позвал Северус. Он уже стащил с себя примочку с бадьяном и под его правым глазом осталась лишь небольшая ссадина. – Что-то не так?
    – Нет, – Эванс тряхнула копной рыжих волос и поморщилась. – Просто задумалась.
    – О чем ты написала в эссе по трансфигурации, кстати? – попробовал сменить тему Северус. – Бисер или жемчуг?
    – О, – только и произнесла Лили. Вместо эссе о способах трансфигурирования мелких предметов она обнимала Поттера на диване гостиной Гриффиндора. Джеймс выцеловывал дорожку на внутренней стороне ее руки, от него пахло землей, травой, гнилью и грязью – губы были нежными и шершавыми, теплыми, трепетно касались выступающих синеватых вен.
    – Тебе нужна помощь? – участливо спросил Северус, нахмурившись. Еще никогда Лили не затягивала с домашним заданием. Еще никогда ему не удавалось предложить ей свои услуги “репетитора”.
    – Я совсем про него забыла, – поникла Эванс. – Слушай, Сев, я пойду, – она бегло коснулась его горячей ладонью, а он пропустил вдох. – Давай встретимся вечером в библиотек… Хотя, постой, – она вдруг окинула его внимательным взглядом, – тебе наверное будет больно чита…
    – Нет, я приду, – поспешно перебил ее Северус и даже попытался встать, но в этот момент тяжелые двери распахнулись и внутрь вошла мадам Помфри, тут же вскинув руки:
    – Мистер Снейп, ну будьте же благоразумны! Кто разрешил вам снимать повязку? Разве вы не знаете, что экстракт бадьяна воздействует на глубинные повреждения только спустя полчаса? А профессор Слизнорт давеча говорил, будто бы вы делаете значимые успехи в целебных травах, – проворчала она, и Снейп покраснел, поспешно прислонив вату к лицу.
    – Я приду, – повторил он, снова теряя силуэт Лили из-за жгучей боли, вызывающей слезы.
    – Встретимся вечером, – Лили подарила ему слабую улыбку и вышла в холл.

    Что ж, наверное она сорвала первый приз за самые короткие отношения в Хогвартсе — начавшиеся в ночь субботы, и закончившиеся в середине дня вторника.

    Джеймс, Питер, Римус и Сириус забавлялись в большом зале, запуская заколдованных лягушек из бумаги в сторону стола пуффендуйцев – ладно, стоит признать, что забавлялись лишь трое, а Римус читал учебник по Защите от темных искусств, лишь иногда бросая на Джеймса и Сириуса укоризненный взгляд, когда зачарованные лягушки норовили залезть под юбку нескольким пуффендуйкам, чем вызывали тонкий высокий визг с одной стороны и одобрительное улюлюканье – с другой.
    – Ты! – громко окликнула Джеймса Лили и двинулась в его сторону. – Я знаю, что ты сделал!
    Римус вздохнул и закрыл книгу, поспешно убирая ее в сумку.
    – Думаю, нам стоит уйти, – осторожно сказал он, глядя на то, как приближается к ним Лили.
    – А мы не можем остаться на представление? – наигранно робко поинтересовался Петтигрю, начав, однако, подниматься с лавки. – Я лягушку забыл, подожди, – и он сделал исподтишка взмах волшебной палочкой, так, чтобы чары, приманивающие обратно его “игрушку” задрали юбку одной из студенток Пуффендуя особенно неприлично.

    0

    6

    не актуально

    romance club
    {cain}

    https://i.ibb.co/VghJ8T7/111.webp https://i.ibb.co/zmCXwYs/444.webp https://i.ibb.co/cyhRK81/333.webp https://i.ibb.co/6XNZ4fN/555.webp


    ты – очередное белое пятно в моей наскоро стертой истории. красивый, загадочный, избегающий любых близких контактов, ты просто не мог не привлечь внимания потерянной девочки, злого, недоверчивого волчонка, который и мысли не допустит, чтобы его погладили.

    нам есть о чем поговорить, ты долго отмахиваешься от меня, как от назойливой мухи, но все равно сдаешься и помогаешь расшифровать книгу апокалипсиса. мне бы знать почему. мне бы быть уверенной в том, что есть хоть кто-то, кто мог бы позаботиться обо мне без корысти. ты ведь ангел, каин? говорят, вы разве что не святые.

    я бы посмеялась, вместе с тобой, если бы не разучилась даже улыбаться. но мне нравится проводить время в твоем обществе, кстати, вовсе не потому что твоя аура – особенная, ты наверняка устал от этого, от показного влечения или бестолковых попыток подружиться.  я желаю видеть тебя насквозь, слушать твой голос, любоваться краем глаза в расчете, что ты не заметишь. сыграй для меня. прикоснись ледяными пальцами к клавишам, моему сердцу и телу, согрей меня, не дай усомниться, что я еще способна чувствовать. может быть, ты и не ощущаешь здешнего холода, но я - постоянно. ротков заморозил меня до неузнаваемости.

    * * *

    заявка в пару. с постами не тороплю, люблю нахэдить всякого в тлг, для меня, пожалуй, внефорумное общение достаточно важно, но навязывать себя не буду, главное, заинтересованность в игре и в персонажах. пишу посты от 4к и до бесконечности, люблю погрызть стекла и как следует пострадать, играю все рейтинги, могу с заглавными, могу лапсом, только не очень люблю тройку, но и это все ерунда и обсуждаемо. в общем, мне не хочется много распинаться, я прекрасна, ты прекрасен, что еще надо-то, ну?


    пример поста

    Когда Ноллан, удивительно не слетевший с катушек, а, напротив, до дьявола спокойный, плавно разворачивается к ней и как бы ненароком спрашивает: «Может, мне вернуть тебя обратно?», та рука Вайолет, которая все еще цепко держится за спинку кресла, впивается в обивку до побелевших костяшек. Ей хочется послать его еще дальше, чем он посылает ее, хочется наорать ему в лицо, что он не смеет разговаривать с ней в таком тоне и так реагировать на ее мимолетную увлеченность. Только противный, певучий голосок, тоненький и почти детский, стучит по темечку: почему бы и нет, Ви? Почему бы ему и впрямь не отправить тебя нахуй? Кажется, ты чертовски этого заслужила.
    Она переводит взгляд с одного нахмуренного глаза на другой, задерживается на переносице, губах, и понимает, что хочет оставить заданные им вопросы риторическими. Открывает рот, словно рыба, выброшенная на берег, и вдруг отворачивается, как если бы увидела за окном летящего окуня.
    Честно говоря, она думала, он ее убьет. Оторвет ей башку за то, что на такой высокой скорости истерично схватилась за руль, однако, его выдержке и впрямь стоило бы позавидовать. Ей – уж точно, вечно скучающей и одинокой, несмотря на беспрерывные потоки людей, проходящих мимо и сквозь нее, будто толпа туристов на центральной площади. Кейн останавливает тачку и включает аварийку, и Де Фриз повторяет и повторяет про себя, как мантру, что она не станет оправдываться.
    — Ничего он с тобой не сделает, — просто парирует Вайолет, пожимая хрупкими плечами, и повисшие вразлет две маленькие черные бретельки разом возвращаются на законное место. Люди, подобные ей, выросшие и живущие в абсолютном комфорте, со временем забывают о том, что существует ложь. Это как фоновый шум, к которому привыкаешь, когда живешь возле железной дороги, звук пролетающих вдалеке автомобилей, свободная спальня в грохочущем от музыки доме друзей. В ледяных глазах Германа Де Фриза – многовековая мудрость его криминальных предшественников, и с каждым годом два зеленых изумруда на его жестком, уставшем лице становятся все более ограненными от решений, которые ему приходится принимать. Лед, подлость, породистость проступают в эти чертах куда более ярко, нежели в симпатичной мордашке его единственной дочери. – Во-первых, потому что он не узнает, а во-вторых…
    Я имею право проводить время где хочу, как хочу и с кем хочу.
    Я что-нибудь придумаю.
    Я не позволю ему этого сделать.
    — Я не позволю ему этого сделать, — вслух повторяет Ви, всецело отдавая себе отчет в том, насколько наивно звучат все аргументы, до которых она додумалась, скорее, похожими сейчас на пережеванную жвачку, нежели на серое вещество, мозгами. – Он прислушается ко мне.
    До нее не раз долетали подобные нелестные отзывы о папеньке, мол, он категорично непорядочный сукин сын, убирающий с дороги неугодные ему фигуры за один лишь взгляд, и что деньги и власть давно стали для него разменной монетой для всякой человеческой жизни. Вайолет же видит отца совершенно иным: очень утомленным от нескончаемых дел, задумчивым и отстраненным, но всегда чутким к ней и чрезмерно заботливым. Кроме него, настолько тепло и искренне к ней не относится никто, потому она и убеждена так твердо, что соскребать внутренности Кейна с асфальта придется исключительно в крайнем случае, а тот просто преувеличивает, поддаваясь захлестнувшим его эмоциям.
    На его счет Вайолет, кстати, не заблуждается тоже. Ноллан может и дальше строить из себя достойного джентльмена, таинственного янки, прибывшего в Амстердам за новыми возможностями, вот только там, куда протянулась увешенная массивными перстнями длань ее папаши, априори не может быть ничего святого.
    Вероятнее всего, Кейн потому и не спешит затевать задушевные беседы или лезть к ней под юбку. Не просто из-за буквально искрящейся антипатии, а по причине сильнейшего желания вырвать из себя любую связь, цепью или даже поводком затянутую на шее. Ви понимает, что этого никогда не случится, покуда Герман жив. Ви немного, самую малость, даже жаль его. Она знает, каково это – застрять в оболочке пригретой псины, так почему же сам Ноллан отказывается принимать тот факт, что между ними нет ровным счетом никакой разницы?
    Де Фриз не решается ослушаться, хоть и бросает увесистое: «Козел!» ему вслед, параллельно наваливаясь на сигнальный гудок в центре руля, чтобы смысл сказанного уж точно дошел до этого непробиваемого хулигана, оставившего ее одну в салоне, когда ей так плохо и противно от самой себя.
    Вот, значит, как он интерпретировал ее знаки внимания? Решил, будто ей, пьяной в драбадан девке, всего-то понадобилось, чтобы ее кто-нибудь выебал?
    Вайолет не без труда разувается и подтягивает колени к груди, залезая на пассажирское сиденье с ногами, ей очень холодно и стыдно, она не смотрит назад, уткнувшись в лобовое стекло и стараясь не ловить знакомые тени в зеркале заднего вида, которому удалось не пострадать. Де Фриз замирает в какой-то неизвестной ей наркотической коме, совсем перестает шевелиться, даже когда Ноллан выпускает наружу скопившийся пар. Оборачивается, уже завидев его отходящим от капота, и долго-долго взирает в удаляющуюся широкую спину, которая приковывает взгляд и замораживает его на себе.
    Ей хочется до предела открыть окно, вылезти и крикнуть ему вслед нечто, вроде: «Смотри, не напорись на дальнобойщиков!», но она и вправду не хочет окончательно доводить его до ручки, поэтому откидывает автомобильное зеркало и, презрительно морща нос, изучает свое отражение. При всем своем самолюбии, в данный момент Ви готова признать, что выглядит просто отвратительно. Черные, грязные разводы под глазами, а на щеках — так до конца и не стершийся след от губной помады, которая и на губах держится алыми пятнами, как будто девчонка искусала их в кровь. Де Фриз пытается стереть следы минувшего вечера ладонями, но только еще больше размазывает их по лицу, делая разве что более тусклыми и незаметными в полумраке салона.
    Она едва успевает вернуть зеркало в исходное положение, когда Кейн возвращается, принося с собой запах свежего ночного воздуха и крепких сигарет.
    — Дело не только в этом, — неохотно отвечает Вайолет, как загипнотизированная, наблюдая за движением его пальцев. – То есть он действительно запретил мне сегодня покидать пределы дома, но если бы это была обыкновенная вечеринка, все закончилось бы нормально, я много раз так делала, — она обнимает себя за плечи и отводит глаза в сторону. – Ноллан, я не могла знать о том, что там произойдет. Я не доставлю проблем, просто… просто отец, он… - Ви не уверена, знаком ли Кейн с историей ее семьи, и не собирается посвещать его в такой личный вопрос, если это не так. По крайней мере, не будучи в безупречно трезвом уме. - Я такое разочарование, он расстроится и тогда точно прикончит нас обоих, тебя – просто под горячую руку, но если ты позволишь остаться у тебя, я обещаю, что он ничего не узнает.
    Ее голос с каждым словом постепенно сходит на нет, она трясется от озноба и бормочет что-то собственным коленкам, пока Ноллан снисходительно не бросает ей свернутый в небрежный сверток плед, обнаруженный на заднем сиденье. Вайолет молча закутывается в него, словно гусеница – в кокон, надеясь, что на утро она снова превратится в прекрасную бабочку без похмельных последствий.
    — Ты же обещал, что он не узнает, — добавляет невнятно, когда автомобиль наконец трогается с места. – Там, когда я тебе позвонила.
    Она проваливается в черную яму подсознания, ее голова безвольно опускается вниз – Ви, как кошка в холода, прячет нос в мягкий ворс пледа, пахнущего бензином и пластиком, и погружается в поверхностный, полный черно-белых красок сон.
    Это тьма, а не гаражная романтика, которая ей никогда не пойдет.

    Отредактировано спамер (2024-07-17 01:00:58)

    0

    7

    не актуально

    romance club
    {aaron hill}

    https://i.ibb.co/qFBgbQZ/tumblr-f02ccb8e7c11c441b5b2da3c505adfe4-a1246036-540.gif https://i.ibb.co/njYnNd4/tumblr-469663bf23dad4ab164700864745fcc1-9eda3b0d-540.gif https://64.media.tumblr.com/666c9c6ffdf0a6b8fb6dbbbfe9957c4b/06185fa15a8b1170-50/s100x200/53727fafb4a1725537eec82bf5a00a6e845ac412.gifv
    jon bernthal, joel kinnaman, ben barnes, etc.


    « меня тошнит от твоих дешёвых драм »
    из всех моих вредных привычек ты — самая худшая; если бы я знала, чем в итоге между нами всё закончится, то никогда не стала бы даже заговаривать с тобой. когда мне было семнадцать, о тебе мечтала добрая половина нашей школы. но я точно знала, что однажды ты должен достаться именно мне. как самый ценный приз, и трофей, которым я могла бы гордиться; как тот, кто знал всех моих демонов наизусть, и смело смотрел прямо им в глаза. твоя бесстрашность всегда граничила с лёгким безумием, аарон; я не знаю более смелого, или более сумасшедшего мужчину, раз ты всё-таки решил жениться на мне.

    « зачем тогда звонишь мне, когда ты одна? »
    мне льстило быть рядом с тобой, а ещё являться единственной женщиной, которая имела доступ к "чёрным драконам", и знала все их большие и маленькие тайны. я много раз повторяла, что тебе придётся меня убить, если захочешь развестись, потому что я была в курсе того, о чём не должен был знать никто. с моими деньгами, и твоими феноменальными способностями лидера, твоя маленькая империя стала процветать. а мы с тобой были королём и королевой сентфора — так казалось на первый взгляд. но мало кто подозревал, насколько сложно тебе было жить с женщиной, настроение которой меняется десятки раз на дню, и которая пережила слишком много дерьма в прошлом.

    « может, мне просто скучно »
    мы оба скорее застрелились бы, чем признали вслух, что любим друг друга, и что нужны друг другу. мы маскировали это чувство за скандалами, странной заботой, нежеланием оставаться в одиночестве, и потаканием собственной тёмной стороне. если сентфор проклят, то мы с тобой прокляты тоже; давным-давно, примерно с тех пор, как священник в церкви благословил наш брак. мне плохо и тесно рядом с тобой, но без тебя ещё хуже; ты собираешься выкинуть меня из головы, и заниматься только бизнесом, но раз за разом думаешь о том, всё ли со мной в порядке. наш развод — неизбежность, последняя попытка дать друг другу вздохнуть полной грудью. попытка, которая провалилась, потому что мы слишком глубоко проникли друг другу под кожу. потому что из всех самых хреновых привычек я всегда буду выбирать тебя.
    и это уже никогда не изменится.

    « лучше не играй со мной »

    * * *

    жду, чтобы похрустеть стеклом, и написать самую красивую и сумасшедшую лавстори. могу писать с больших или маленьких букв, 1/3 лицо, от 4к и выше. ваша активность остаётся на ваше усмотрение, но не заставляйте меня забывать, как вы выглядите, и что мы обсуждали по сюжету, иначе я перегорю. внешность можно обсудить, как и ваши хэды/мысли/планы на этих двоих.
    в предвкушении жду, обещаю любить или нет, и никому не отдавать а вот это уже точно.


    пример поста

    когда на город опускается чернильная ночь, и темнотой своей всю яркость звёзд жадно пожирает, маленькая богиня всегда места себе не находит. когда все порочные чувства обнажаются, когда от самой себя сбежать уже не получается, как ни натягивай красивую маску. она всё равно треснет прямо по швам. прямо по ровной, белоснежной коже, обнажая натуру, на которую настолько неприятно смотреть. в первую очередь — ей самой.

    маленькая богиня привыкла, что всё в жизни по одному распорядку идёт; правильно, идеально, гармонично. играет на струнах души, в божественную мелодию складываясь, уравновешивает все бури и все штормы внутри. она для остальных — маяк в самой кромешной темноте, тот самый свет, на которые мотыльки глупые летят, крылья обжечь не боясь. она — ответ на все вопросы, она — откровение, подчас болезненное и жестокое.

    глазами своими прекрасными смотрит так внимательно, всю душу наружу вынимая.
    подойди ближе и вопрос ей задай, если только осмелишься.

    чужие энергии сплетаются вокруг неё в змеиный узел, напоминая о любви потерянной, той, которую она сберечь так и не смогла. чувствует себя товаром, которой на самой центральной полке лежит, внимание других привлекая; только протяни руку и разверни, чтобы содержимым полюбоваться. в этом клубе чужая жестокость через край выливается, грозит всё вокруг затопить, заставить захлёбываться, и воздух губами ловить так жадно и так резко. запахи металлической крови, терпкого алкоголя, ощущение влажности на волосах и на коже. гармония всегда говорит своим пациентам: "смотрите в глаза страху своему, ибо убоится он лишь храбрости вашей". и сейчас, пока сидит за липкой барной стойкой, расширенными от ужаса глазами за происходящим вокруг наблюдая, чувствует, как её собственная храбрость испаряется без следа.

    растворяется, как лёд в её бокале с виски.

    ей физически плохо от этих волн агрессии, они в ней собственные чувствительные струны задевают, с каждым ударом, который опускается на чужую челюсть, плечо, голову. если гармония закроет глаза, то волны алчных ставок на победу, алкогольного опьянения и адреналина поглотят её, не дав выбраться на берег. она знала, что явиться в подобное место одной будет огромной ошибкой.
    знала, что ей будет больно, страшно, плохо наблюдать за страданиями других.

    и мазохистически на это пошла, собственной слабостью упиваясь.

    кто-то больно толкает её в плечо, и она вздрагивает, едва успевая ухватить явно сильно пьяного парня. он навалился на неё почти всем весом, сально улыбается, и бормочет какие-то отвратительные комплименты, от которых внутри девушки нить жесткости натягивается всё сильнее. но она на лицо очаровательную улыбку натягивает, борясь с желанием приложить этого придурка виском об угол барной стойки.
    — спасибо, но я хочу побыть одна, — отрезает вежливо, смотрит спокойно, пока знакомый зуд под пальцами уже разливается. пока тихий шёпот в висках стучит "убей, убей, убей". однако парень явно из категории тех, кто за каждым "нет" слышит откровенное "да". улыбается ей ещё более мерзко, и по-хозяйски ладонь на колено кладёт, пробираясь пальцами выше. гармония вспыхивает, и его руку перехватывает, но на неё уже обрушивается тяжёлая чужая энергия. она явно исходит не от этого недоумка. подобный вкус она бы ни с чем не спутала. железная, прочная, как лучшая сталь, холодная и очень опасная. в челюсть парня прилетает огромный кулак, и девушка вскрикивает от неожиданности, тут же подскакивая со своего места. и когда незнакомец с рассечённой бровью, который появился будто ниоткуда, совершает то, о чём она так мечтала, прикладывая её надоедливого "кавалера" лицом о барную стойку, гармония ощущает ту самую знакомую дрожь внутри.

    то самое солёное предвкушение опасности на кончике языка.

    — вам бы походить на курсы управления гневом.
    говорить не то, что думает — её полезная и раздражающая привычка. эмили машинально поправляет на себе платье, одёргивая короткую юбку пониже, и красноречивым взглядом провожает отползающего в сторону избитого незнакомца. высокий мужчина поворачивается к ней, проходясь бесцеремонным взглядом по фигуре с ног до головы, и у богини появляется стойкое ощущение, что её горло только что сжали невидимой рукой.

    — или к хорошему психотерапевту. могу посоветовать кое-кого, но это будет очень дорого вам стоить.

    закрыть бы рот, и убраться отсюда, пока с ней не случилось что-нибудь действительно ужасное.
    как жаль, что гармония своим собственным советам никогда не следует.

    Отредактировано спамер (2024-07-17 01:01:08)

    0

    8

    wuthering waves
    {jinhsi}

    https://i.imgur.com/s4Z3sOh.png


    Глава города. Исполнитель воли Джуэ. Надежда всех жителей Хуанлуна [даже если в других городах многие о тебе могут не знать].
    Мне было любопытно наблюдать за тобой все эти годы, с того момента, как ты залетела, словно первая весенняя плашка, под моё крыло. Нескончаемые беседы, наставления, игры - для удовольствия и наглядного обучения, - занимала мысли всем своим образом.  Глоток в мире привычной рутины и удобный, а впоследствии как выяснилось - и весьма приятный, способ развеять скуку и перебраться на окраины страны.
    Трудности тебя не пугают и не останавливают, хотя даже мне, той, кто всегда в твоей тени и старается быть одной из опор для хрупких плеч, не всегда открываешь свои истинные чувства.
    Но, кто знает, может ещё всё изменится . . . и я буду ждать этого момента.

    * * *

    Не очень активный игрок из-за долгого ролевого простоя, но я буду очень стараться писать душевные и красивые посты от 2к так часто, как мне позволит моя работа 2/2 и менталочка~
    Прежде чем взять эту прекрасную девушку, приди в гостевую, пожалуйста, можно сразу с постом  http://i.imgur.com/vEdbfkX.png


    пример поста

    ... — Прости, но мне кажется, у нас ничего не получится, — слова слетают слишком просто с губ, слишком легко и непринуждённо. Наверное, так не должно быть? И, кажется, быстро сменяющееся выражение лица собеседника служит немым ответом на этот вопрос. Да, всё должно быть иначе, но... — Я прекрасно к тебе отношусь, как и к остальным ребятам, но, понимаешь... Не более того. — Взгляд, полный смеси печали, разочарования и удивления ещё несколько секунд изучает моё лицо, надеясь найти хотя бы отголоски привычных шуток и колкостей, которые я отпускала в адрес друзей чуть ли не чаще, чем дышала. Но на его беду, ничего подобного не было. Как и серьёзности в собственном голосе. Говорила и думала об этом просто...как о чём-то весьма обыденном, а не о том, что могло будоражить сердце и душу.

    Но в то время мне казалось иногда, что влюбиться — это не про меня.
    Это не про Акали.

    Брат шутит про отсутствие романтичной струны у своей любимой сестры, которую та, видимо, продала кому-то в обмен на скилл в компьютерных играх, потому что любовь к футболу, как и умения играть в него, у меня явно от него. И советует хоть немного читать книги или смотреть разные фильмы, сериалы, чтобы совсем не очерстветь и хоть иметь представление, что такое романтика, любовь и с чем их едят. А я лишь в очередной раз киваю и ныряю в монитор с головой и душой после очередной тренировки, где меня уже давно ждут мои любимые персонажи. Может, и продала кому эту романтичную натуру свою, и что? Зато получила любовь к компьютерным играм и спорту, что тоже весьма и весьма неплохо, я считаю. А отношения... Да кому они нужны? За них не дадут следующий ранг или же пропуск на турнир. И правильно вести игру на поле тоже не научат.

    Парней в своём окружении я, пожалуй, иногда даже слишком хорошо знала, что, впрочем, и правда не мешало к ним весьма тепло относиться, но подобные отношения для меня были скорее похоже чем-то на родственные, нежели на романтические. Потому в средней школе и даже разок в старшей мне пришлось мягко отказать некоторым парням и не кормить их ложными надеждами. Ребята из футбольного клуба шутят, а не по девочкам ли я случайно, на что получают ехидные колкости в ответ.

    ...Но мысли предательски путаются, стоит взгляду упасть случайно в сторону корпуса с крытым бассейном, а в груди становится слишком тесно и жарко.

    Обрушился ушатом ледяной воды на голову и спустя какое-то время проник незаметно в мысли, не оставляя мне и шанса на побег из этой игры. Наверное, так и должно быть, когда ты встречаешься с чем-то нереальным, с тем, кто кажется самой настоящей амфибией в этом слишком обычном мире. Для того, кто впервые встретился со мной и не был ещё знаком с моей любовью к неумелым шуткам и частым подколам, он слишком стойко выстоял, да ещё и смог ответить. И как. Тот омут чёрных глаз, в котором можно было утонуть, вместо падения в тот злополучный бассейн, возникает перед взором периодически и заставляет несколько нервно прикусывать изнутри щёки и губы, сбиваясь с мысли. Это ведь ненормально? Подобное для меня в новинку, и я не знаю, что мне делать. Жилка первопроходца говорит смотреть, что будет дальше, а ещё лучше — провоцировать судьбу и этого аквамена дальше и периодически сильнее. Дабы посмотреть, чем всё это обернётся.

    И что со мной будет проходить. Что буду чувствовать.

    Я не заметила, когда, но в какой-то момент уже не представляла свой день без наших шутливых перепалок и шуток за триста, без ночных посиделок в онлайне, бок о бок издеваясь над другими или же устраивая дуэли, чтобы узнать, кто прав в очередном мелком и на самом деле далеко не важном споре. Его улыбка могла спокойно скрасить мой серый день после бессонной ночи, а подколы — взбодриться и вернуться в рабочий режим. Постепенно, но этот парень стал практически неотъемлемой частью моей школьной и не только жизни, намеренно или нет.

    ...И потому, наверное, в тот раз всё произошло именно так, как и должно было случиться в такой ситуации. В таком положении.

    Не удивлюсь, если Ихтиандр и правда имеет какие-то способности помимо чертовски неплохих навыков и способностей в плавании. Например, умеет повелевать водой, ахах. Или..как-то влиять на девушек, находящихся с ними наедине в бассейне.

    Соён не знает, что такое влюблённость, что такое любовь. Но Пак Минхёк, тот самый русал, слишком странно и непривычно на неё действует. А та и не против в итоге оказалась, пальцы переплетая с его и тепло улыбаясь от почти незаметных мурашек от такого безобидного прикосновения, чуть губы закусывает незаметно, на которых всё ещё ощущаются чужие губы. И их поцелуй. И ради Роки она готова не пропадать вечерами в виртуальных мирах безвылазно, не засиживаться на поле. Ради него она пишет песню, о которой тот не узнает ещё очень долгое время, потому что девушка внезапно не уверена, что она понравится; потому что это больше, чем просто песня.. Ради него она плюёт в глубокой ночи на школьные правила, в который раз, но теперь уже довольно серьёзно, лишь чтобы порадовать этого человека-амфибию незамысловатым граффити у мужского общежития в честь его дня рождения.

    Просто ей так хочется.
    Просто Пак Соён будет совсем не против увидеть ещё раз ту тёплую улыбку и ощутить себя в сильных, но столь приятных и нежных объятиях.

    0

    9

    wuthering waves
    {mortefi}

    [https://forumupload.ru/uploads/001c/2b/8f/110/395785.jpg


    «there’s an abyssal gap between “knowing” and “understanding”. i once assumed i knew the suffering of people stricken by tacet discords, trapped in dread and hunger… after my departure from the new federation, i realized how i wasn’t even close to “understanding” any of them. maybe there is still a gap between true understanding and what i know now; still, i must do what i can to remedy the situation, now that i am aware of it. i will create tacetite weapons that are stronger than ever… and with that, grant humans the power to confront tacet discords.»

    * * *

    давай делать вид, что мы понимаем все эти крутые теории струн и будем на них залипать? косплей наличия двух клеток мозга, умные разговоры, которые все другие скипали, чтобы пройти сюжетку быстрее, и вот это всё. нам пока ничего неизвестно о новой федерации, но о мортефи зато базовой инфы достаточно, чтобы накормить мозг вкусным. здорово бы сделать акцент на оверклокинге и том, почему он такой закрытый, хотя вообще-то любящая детей и котиков булочка. любить рыться в лоре и сочинять хэды, когда его не хватает, отыгрывать их и постепенно развивать как историю героя и взаимоотношений, так и условно прояснять мир кругом - давай? можно с кайфом удариться в исследования, науку, познание мира, эксперименты - у мортефи мозг, у ровера "особенность гг", потому это как 1+1. всякого рода сайд квесты - да. точечный (сомнительный такой) юморок - да. нелицеприятный мир за стеной, да и внутри тоже - дважды просить не надо. вообще что угодно с каким угодно рейтингом, если вдруг сыграемся. а для этого стоит (быть клевым) писать посты от 3 лица, от 2к, без разницы капс или лапс, допустим раз в неделю (я обычно делаю это чаще, но в наше время спидпостинг - моветон, потому не буду пугать этим страшным делом, чесна. просто знай, что на вторую неделю ожидания я нередко начинаю подзабивать и забываю, чего там вообще планировалось). прямо-прямо скажу, что к своей трагедии не флудожитель и не люблю разговаривать за жизнь, потому если оно тебе важно - мы точно не сойдёмся, я на ролевых ради ролевых и вот эта вся про-игровая философия. зато! ребята на форуме разговорчивые, с ними можно и за жизнь, и за смерь, и за тлен, и за кошек-собак перетирать, втянешься на раз-два, гарант, а не 50/50 скам) п.с. дай мне потрогать чешую и я умру щасливым, ящерка красивый что сил нет, слава науке

    а для всех остальных случаев у него весомый аргумент, с которым не справился бы даже волдеморт

    https://forumupload.ru/uploads/001c/2b/8f/110/980772.jpg


    пример поста

    заснуть не получалось. никак. совсем. при всей условной усталости тела — даже толком и не хотелось. ровер готов делать ставки, что не только ему: за последние дни они все пережили невероятно многое. изматывающего, но и не способного на раз-два выйти из головы, ведь как не прокручивать и не обдумывать? с другой стороны, когда ты перегружен, совершенно естественно желать "перезапуститься". облегчиться, закончить день, дождаться нового, вспомнить что-то во снах, попытаться "заспать" часть стресса; когда поутру ждут патрули и иже с ними обязанности — более чем весомые причины отдаться сну, не теряя возможности. ведь на этот раз — поутру (в принципе) проснутся, завтрашний день (в принципе) настанет, жизнь (в принципе) продолжится. можно позволить им отпраздновать это — столь наглым в иных условиях — подобным способом. справедливо бы. хорошо, чтобы так. они все — выжившие — того заслужили. имели право. пускай отоспятся за тех, кому не суждено увидеть победу и всё, что наступит после.

    ничто из этого к роверу так или иначе не относилось. для него оно стало первым лицезрением смерти. такой интенсивности, такой продолжительности, такой массовости. мир встретил его битвой, когда "насмотрелся на милых девочек", другой, третьей; с порога — куча информации, приглашений, россказней об ожиданиях и негласной ответственности, возложенной на него просто потому, что так получилось, предсказано, заложено. но то всё — оно было о ровере, оно было внутри системы. оно вызывало вопросы, но не пахло смертью. не сотрясало землю. не дробило её, не отнимало жизни — так легко и безвозвратно.

    они все жили... так? десятилетие, два, сотню лет? боролись на рубежах, чтобы столичные жители могли спать (спокойно ли, беззаботно ли — но спать), рискуя каждый день. раз за разом — умирая. не только и не столько от рук друг друга, сколько из-за того, что даже_не_сбособны_победить. из раза в раз вступали в битву, в которой_невозможно_добиться_успеха. отбросить, отсрочить, отодвинуть — и накормить своей болью и жизнями, чтобы в следующий раз враг оказался только сильнее.

    роверу хватило одного раза, чтобы это осознание застряло внутри черепной коробки. но для них — это то единственное, как они знали и могли? когда подобное стало естественным? позже ли, чем всегда? шокировало ли оно сейчас, теперь, спустя столько раз (жизней, лет, судеб, попыток)?

    смерть за смертью, выживший за выжившего.
    ретроспективный дождь более не доносил энергию до луны (небо чисто — это оптимизм для масс), посев закончен, всё утихло. цела уплачена. зло — условно запечатано, узел внутри каждого мог расслабиться. но они ведь так и не одержали победу, хоть им и не скажут. как и сотни раз до_ровера — отсрочили, добившись... чего-то? чего? значимо ли? у ровера ответа не имелось. у него только картины-вспышки-мгновения в голове, а внутри — тошнота. они — боролись. он — поглотил. и теперь, когда адреналин отпустил, когда всё "успокоилось" и ожидало нового дня, послевкусие начало нагонять его. не образами и не картинками, как увиденное глазами, но вибрациями, волнами, чем-то ещё — внутри него, в его атомах, собственных вибрациях. всё то, чем была насыщена поглощенная "война", всё то, что было втянуто, заполучено, поглощено вместе с ней — всё, из чего состояла та-не-сущность, не носившая в себе ничего хорошего, ничего светлого, ничего движущего, кроме бессмысленной потребности совершать насилие, омывая кровью обрывавшейся жизни почву. и хуже ли оно картин перед глазами — ровер не скажет. одно накладывалось на другое, оно созвучно, оно вызвано одним и тем же. если бы не "то, что было в нём", наверное чувствовал бы себя хуже, по сути приняв лишь часть поглощенного на себя, но всё равно — дурно. переполнен. перегружен. overwhelmed. после чёрного листа, состоявшего из ничего и звучавшего никак — это будто слишком много.

    но оно так для всех, реальность такова, да? так ровер себе сказал. так стоило думать. обратного хода мыслей не существовало.

    поняв, что не заснёт, он выбрался наружу. застал ночных патрульных — двоих, стоявших за позициях. вероятно, самые "живенькие" среди прочих, оттого более всего подошедшие под дежурство — никто не отменял рутины. бедолаги, хах (не похоже, что их это тревожило — живы, победа, радость, мотивация — они переживет каждую секунду дежурства). им бы отдохнуть как следует, заслужили. ровер даже думал подойти и сказать, что подежурит вместо них, а всю ответственность возьмёт на себя, но в последний момент одернулся: не имел ведь права. "дорогой гость" с самым высоким уровнем доступа, однако не часть их экосистемы, вне звания и иерархии. да, он может взять ответственность на себя — за нарушение приказа, графика, что угодно. вот только это не отменит чужой ответственности: не той стороны, что предложила, но той, что согласилась. потому ограничился недолгим разговором ни о чём, а после и вовсе убрался на крышу, устроившись на самом краю, чтобы ноги свисали. "разговор ни о чём" всё равно не склеился, внутри ощущал себя очень странно, а картинка перед глазами не совсем сходилась с тем, каковой была на самом деле. лучше оставить их всех в поколе. каждый переживал "триуф победы" по-своему.

    это всё... имело ли оно смысл?

    "то, что внутри него" не отзывалось с тех пор, как показало себя, а тянувшая тошнота — не физическая почти даже — никуда не девалась. здорово, если остальные умудрились хотя бы получить свою дозу сна, временно избавлявшую от боли ранений, утрат соратников и обещавшую принести отдачу не сдавшейся в них надежде.

    0

    10

    j.k. rowling's wizarding world
    {daphne greengrass}

    https://i.ibb.co/yQPmwKL/ezgif-5-479bf2798a.jpg https://i.ibb.co/Y2nT3Pt/ezgif-7-9d21f10f2a.gif
    talia ryder (!) | slytherin alumni & beloved sister with total mbd


    для настроения (тык)
    Стояло знойное лето, поэтому свобода оказывалась возможной только поздно вечером. Ближе к полуночи в спальне Дафны всегда было настежь открыто окно – и сегодня тоже без исключений. Иногда сероватые занавески цеплялись за спинки двух высоких стульев, на которых кто-то свалил розовое в рюшах платье и уже ненужную слизеринскую мантию.
    – А что, кстати, будем делать с твоей? – Голос звучал спокойно и тихо. Особняк давно укрыл тягучий сон.
    – С моей...? – Дафна подняла руки наверх, чтобы свернуть чуть влажные волосы в небрежный пучок.
    – Ага, да, с мантией. Ты её сохранишь? – Под босыми ногами в разные стороны разлетелась сотня редких жемчужин. Астория удивленно прыснула и прикрыла рот ладонью. – Какого ...!
    – Ну ты и ... Это были мои любимые бусы!
    – Да ты их никогда не носила!
    – Необязательно носить то, что любишь!
    – Необязательно так на меня кричать!
    – Я не кричу... Просто там сложное магическое плетение. Придется отдавать ювелиру. Как ты, вообще, это сделала? Почему ты вечно всё ломаешь!
    – Кричишь, я отнесу завтра в Косой переулок – там починят. И я не вечно все ломаю.
    – Не кричу, я сама отнесу. Вечно ломаешь.
    – Кричишь, значит, отвезем вместе. Не вечно.
    – Ладно. Вместе.
    * * *
    – Позови дочерей.
    В огромной светлой зале уже второй день пахло осенью. На улице ещё не завершил свои дела август, но становилось холоднее, а дни стали заметно короче. Мистер Гринграсс взмахнул палочкой, закрыв стеклянные двери, ведущие в сад, и сложил вдвое недавно отпечатанный "Ежедневный пророк". Как обычно там не нашлось никаких новостей, которые в какой-то степени могли бы повлиять на жизнь его семьи. Но он и сам прекрасно умел справляться с изобретением новостей.
    – Вы какие-то сегодня слишком улыбчивые.
    Девочки быстро переглянулись, стараясь держать спину прямо и не мельтешить. Их всегда воспитывали строго, поэтому им с каждой секундой хотелось сильнее противостоять родителям. А, может, такие у них были натуры.
    Оказавшись напротив отца, каждая из них чуть склонила голову в знак почтения. Или повиновения? Обычно мнения расходились.
    – Я со свежими новостями. – По чрезвычайно надменной интонации девочки поняли, что их отец находился в прекраснейшем настроении. А, значит, стоило готовиться к худшему. – Мы наконец-то договорились с Малфоями. – Мистер Гринграсс вальяжно отвел руку в сторону, и в его пальцах появился бокал с красновато–пурпурной жидкостью. Астории почему-то захотелось попробовать напиток, и она закусила внутреннюю сторону левой щеки, сразу переведя взгляд на расписной потолок.
    Они обе молчали. По правилам их высокого и старого дома, им должны были позволить говорить. Позволения не последовало.
    – Надо признать, я долго думал, стоит ли. – Ох уж эта вечная интрига, когда мистер Гринграсс особенно упивался своей мудростью или сообразительностью. Или же властью. Здесь тоже мнения расходились.
    Сестры застыли. Со стороны Дафна смотрелась такой красивой, уверенной в себе и по-настоящему смелой, но Тори знала, что сейчас по её спине неумолимо бежал колючий холодок. Астория тоже боялась, потому что решения отца часто оказывались нелогичными (для них), абсолютно непредсказуемыми и порой даже жестокими. Мистер Гринграсс постоянно говорил, что желал им только добра, но девочкам в их обществе особенно тяжело, поэтому их право голоса он великодушно забрал себе.
    Отец внезапно перевел взгляд на Асторию, делая глоток уже из полупустого хрустального бокала. У Тори в этот момент сердце рухнуло вниз и разбилось о мраморный пол. На её ногах как обычно дома сверкали аккуратные бежевые лодочки, но сейчас ей казалось, что она стояла босиком на горячих углях. Краем глаза Тори заметила удивленный взгляд Дафны. Сестра непонимающе моргнула, но будто бы нашла в себе силы сдержаться.
    Мистер Гринграсс улыбнулся. А после сделал это ещё раз. Девочки находились в шаге от того, чтобы рухнуть в массовый обморок. Но отец резко посмотрел на старшую и громко усмехнулся.
    – Дафна, ты выходишь замуж за Драко Малфоя. Поздравляю.
    На лице обеих проступили нервные, но радостные улыбки. Астория улыбалась, потому что её минула нежелательная для неё участь. Дафна – потому что давно любила Драко. Кажется, мечты в этой семье всё-таки иногда сбывались.
    * * *
    В больнице Св. Мунго поcле обеда свет становился противно-желтым. Астория заметила это ещё на прошлой неделе, поэтому входя внутрь бездушного здания надевала темные очки, когда-то подаренные ей её сестрой. Сестрой, которая вот уже третью неделю лежала в этих серых стенах, почти не произнося ни единого слова в дневное время суток. Как-то Тори удалось остаться подольше, и безмолвная Дафна взяла её за руку, сказав призрачное "прости". Астория не смогла сдержать горючих слез. После Дафна еще несколько раз немного говорила с ней.
    Когда стало известно, что Дафну поместят в Мунго, Тори на удивление семьи (особенно, самой себе) не проронила ни слезинки. Она понимала, что всем необходимо было действовать быстро: сми, общество, даже их ближайшие родственники – никто ничего не должен был знать.
    Этим утром с Малфоями обговорили отмену помолвки. Они не успели выйти в газеты с официальной новостью, потому что по какой-то неизвестной для Астории причине медлили с оповещением. Это было странно, но очень похоже на её отца, любящего интриги.
    Астория до сих пор не знала, что случилось с Дафной. Да, старшая сестра последние несколько месяцев находилась в тяжелом эмоциональном состоянии из-за того, что школа завершилась, пришлось возвращаться домой и фактически терпеть родителей. В Хогвартсе Даф и Тори дышали свободно. Они могли громко смеяться, перебивать друг друга, сильно ругаться, не носить каблуки, не спать по ночам, не отчитываться каждый день о том, как продуктивно провели время и во сколько проснулись. Им, конечно, нужно было отлично учиться. Здесь у Астории наблюдалось больше успехов, но Даф, к примеру, оказалась хороша в спорте. Чем, правда, то ли расстроила, то ли удивила отца. Обе сестры были популярны и живы. Они почти не соперничали, имели разные круги общения, которые иногда сплетались в один – обычно все перемешивались на вечеринках или на послеигровых сборищах. Могли подстегивать друг друга в обществе, но никогда не унижали друг друга.
    А здесь – дома – их обеих ожидала красивая тюрьма с редкими сортами роз и двойными ставнями. Платья ниже колен, ранние подъемы, музицирование и давящая на хрупкие плечи тишина. Иногда они обе терялись в огромном саду поместья, беря с собой какие-нибудь книги. Конечно, бывали случаи, что им удавалось испытать счастье в этих стенах, но обычно это все происходило, потому что они были вместе.
    Но время их разделило. Даже война так не пугала, как родной дом.
    И вот её красивой, яркой, язвительной Дафны как будто не стало. Астория так сильно ... разозлилась. Она винила в этом всех, а особенно – Драко Малфоя, который был рядом с сестрой, когда Дафна потеряла себя.


    * * *

    Та-да-да-дам! Да, я еле остановилась, рассказывая нашу историю. Там, конечно, много еще всего между (давай вместе додумаем?). Дафну я вижу внешне более стойкой из сестер, но всё наоборот. Дафна более вспыльчивая, вальяжная, смелая и колкая в словах (на самом деле, она похожа на отца). Иногда даже злая, ну что уж тут скрывать, да? Слизерин есть Слизерин. Они обе не крошки-феи.
    Есть пара идей, что же могло случиться с Даф – например, Малфой младший был против женитьбы, не намеренно (а, может, и намеренно) подкинул ей какой-то семейный артефакт, который выбил из Даф душу. Конечно, мы её спасем. Думаю, Драко просто как всегда наплевательски отнесся к чувствам и состоянию той, что рядом, поэтому действительно не понял, что Даф и без его помощи могла сломаться. Ему надо было просто подождать еще немного. Ведь Даф очень тяжело, она – старшая дочь, от неё столько требуется, такая огромная ответственность с этой чертовой женитьбой, которая вроде бы желанна, а вроде бы... Она поняла в тот день, что Малфой, скорее всего, никогда не ответит ей взаимностью. Он, в общем-то, никогда и не любил её. Ничего ей не обещал, но девочки такие девочки. Даже самые королевские королевны все равно подвластны всем этим мечтаниям о том самом. Так что артефакт мог сильно усугубить её положение. По задумке самовлюбленного змея её должно было вышибить на денек-два, а тут уже несколько недель черти что. Астория об этом поначалу не знала, но узнает и убьет Драко (шучу, но не очень). Ремарка: не знаю, выйдет ли потом младшая за Драко. Есть нюансы! )))
    Абсолютно ОК с тем, чтобы додумать эту идею вместе – тут есть, что докручивать. А ещё, ещё фактически у них было две жизни – в школе и дома. А там уж в будущем решим. Люблю и школу, и постхог! И Тори в школу забрала мантию Даф. Носит вместо новой) Ну вот так.
    Драко у нас с тобой пока мифический (с игроком здесь у нас у каждого свой вектор истории), но, может, решим это как-нибудь в альте. Зато не мифическим может быть тот-самый-нормальный, кто точно достоин моей прекрасной сестры! Приходи – давай найдем тебе настоящую любовь и вылечим тебя!) Подчеркну, что в первую очередь мне бы очень хотелось сыграть троп "сестра-сестра". Заявка точно для игры)
    Жду тебя в ЛС с постом (важно сыграться!), своими хэдами и с большой любовью к сестрам Гринграсс!  https://i.imgur.com/UI4NvIS.png

    я влюбилась по уши и хочу только её

    https://i.pinimg.com/originals/b0/21/ef/b021ef0b1bb116053bebd9712df7f3e1.gif


    пример поста

    В день их свадьбы температура превысила среднюю норму на пару градусов. Казалось, что природа (основное действо происходило на улице) радушно принимала новую молодую чету Малфой. Астория спокойно и приветливо общалась с гостями, вежливо принимая комплименты своей юной и свежей красоте и поздравления с серьезным событием в её недавно начавшейся взрослой жизни. Нарцисса несколько раз отмечала, как уверенно держалась новоиспеченная миссис Малфой, и как грациозны были её жесты и взмахи ресниц – Астория чувствовала себя под увеличительным стеклом, поэтому к концу вечера у неё невыносимо болели спина, ноги и сводило руки от вечного держания их на уровне талии в полусогнутом виде. Она знала, что никакой первой брачной ночи у них не случится – Драко так сильно злился и нервничал, что вряд ли мог позволить себе притронуться к молодой жене, а ей поначалу, конечно, становилось дичайше страшно при мысли о том, что его руки начнут стягивать с неё платье и нижнее бельё, но, убедившись в его шатком состоянии, она на удивление успокоилась. Он лишь молча проводил её до спальни и оставил одну – это было лучшее, что произошло с ней в тот памятный день, отразившийся на нескольких колдографиях в их поместье. В ту ночь она совсем не спала – решалась её судьба, в которой Астория сама принимала управляющую роль. Она больше не принадлежала своей семье, муж какое-то время предпочитал делать вид, что её не существовало рядом, поэтому у неё оказалось достаточно времени, чтобы всё обдумать. В восемнадцать лет, конечно, подобные решения давались с трудом и получилось наломать дров, ожидая какого-то участия от Драко, но по прошествии множества пустых и одиноких дней Астория вдруг осознала, что никто не мешал ей жить и делать то, что желала её душа – вот только для этого стоило выработать правила. Что-то вроде собрания аксиом, благодаря которым всё должно получаться так, как ей надо. Единственное, чего не учла ещё совсем молодая Астория – так это то, что подобное нарабатывалось с опытом. Поэтому набивались шишки, ломались уверования в идеальную супружескую жизнь и отношения с мужем трансформировались в нечто выгодное им обоим – легкий, непринужденный союз, от которого никто из них ничего не ждал, кроме, разве что, цепкой поддержки друг друга.
    С этого и начались когда-то отношения Астории и Драко – взаимовыгодная поддержка, которая с каждым годом обрастала новыми обязательствами и ощущениями.
    И когда-то рядом с поддержкой невесомо появились сильное уважение, искренняя забота, настоящее беспокойсто, взаимный интерес и негласная уверенность друг в друге. Тори могла лишь мельком взглянуть на мужа на нашумевшем рауте – и он всё понимал, красиво подхватывая её под руку и уводя в сторону, изображая жгучее желание с ней поговорить сию же минуту. Иногда им приписывали испепеляющую страсть – всё благодаря тем самым знаменитым падениям на высоких каблуках прямиком в объятия мужа. Драко не мог не делать красиво, поэтому их даже когда-то случайно запечатлели для светской хроники: Астория на весу проводила по его груди, а Драко – крепко, но нежно держал её за талию (если б не воспитание, летели бы острые проклятия друг в друга!). Они оба чудесно исполняли свои роли. Пока не стали заигрываться и что-то сломалось в этом безупречном семейном театре.
    Единственное, что с годами не изменилось – это положение их сил. Астория всегда была сильнее Драко. Он, наверное, и не замечал, а она никогда не акцентировала на этом внимание. Секрет оказался прост – Тори со временем позволила себе проникнуться к мужу (дружески, но..). Не ради него, а ради себя. Искренне смеялась над его колючими шутками, открыто наслаждалась их тет-а-тет беседами, сочиняла для них маршруты для путешествий и невзначай пачкала его безупречную рубашку апельсиновым джемом во время завтраков – отчего они порой опаздывали на важные встречи, и Драко громко сокрушался всю дорогу, после вымученно изображая приветливость на очередном променаде с какими-то там особенными знакомыми. Тори подтрунивала над ним и одновременно с этим заботливо укрывала его пледом, когда Драко, уставший после своих вселенски важных и секретных дел, засыпал в кресле у камина. Она тайком рассматривала его, облокотившись на каменные перила старого темно-серого балкона в Малфой-мэнор, пока муж гулял в весеннем парке с сыном в коротких штанишках и что-то увлеченно рассказывал их славному малышу, который явно понимал отца через слово, но крайне внимательно слушал.
    Астория поступила мудро, но когда принималось это решение, она, конечно, не представляла – насколько оно окажется верным.
    Безусловно, в самом начале Тори думала о том, что когда-то холодный Драко мог бы проникнуться к ней чувствами и она, возможно, ответила бы ему тем же. Но годы шли, а неприступное выражение его лица и ледяное отношение не менялись. Наверное, со временем придумалось бы что-то ещё, но как-то зимним вечером их дружба с Тео переросла в нечто большее, перечеркнув собою все хотя бы мало-мальские выдумки про крепкую любящую семью. Вернее, они ею стали, просто не в том ключе, какой, видимо, им был необходим. В одном Драко и Тори сходились точно – бесконечная любовь к сыну, только приумножающая их уважение и внимание друг к другу.
    И вот сейчас, когда он так по-звериному несчастно метался внутри себя – его выдавал палыхающий болью взгляд – Астория вдруг всё поняла. Про себя. Про него. Про них обоих – в каком положении они теперь оказались, оставив только без ответа вопрос "а как же дальше?". Принимать какое-либо решение без мужа она не могла – к черту этикет и правила, так она просто привыкла. А муж сейчас был не в состоянии проследить даже за собой. Поэтому когда Драко прикоснулся губами к её руке, она нежно и успокаивающе провела пальцами по его мягким волосам, слегка задев его затылок аккуратными длинными ногтями. – Я думаю, мы можем отказаться от завтрака. – Её еле заметный кивок был скорее себе, а не ему. Внутри она спорила с тем, как стоило бы поступить в этой ситуации – оставить его, чтобы справиться самому, или всё-таки?... Драко всегда так было важно оставаться на пьедестале, слыть победителем во всём, не терять головы и чести. Ныне весь его вид кричал о кровопролитной войне, о смертоносном сражении, что бурлило где-то там внутри его сердца?.. Астория шумно выдохнула, как только мысль о его покореженном сердце появилась в её голове. Кажется, её громкая эмоция вбила в него ещё один раскаленный гвоздь, и Тори кивнула ему уже куда заметнее. – Да, спокойной ночи. – Голос чуть дрогнул, руки опустились к бедрами, укутанным в шелковый халат, а её взгляд скользнул по играющим желвакам Драко. Злился? Или боролся с собой?
    Начав пятиться назад, Тори как-то неуверенно посмотрела по сторонам – ничего не искала, просто растерялась от его межстрочного признания и своего теперешнего положения. Что ей делать? Если б ей кто-то хоть намекнул, что их вечерняя стычка перерастет в раздрастющееся по его спальне пламя, она бы, наверное, не осмелилась его выкручивать из себя.
    Дверь за спиной оказалась быстрее, чем Тори на то рассчитывала. Перед глазами в разные стороны словно разрывалась ядовитая пелена, открывая ей тяжелую правду. Драко так на неё смотрел. В области груди заныло, поэтому Астория ловко повернулась к двери, уверенно дернула за ручку и уже потянула её на себя, как вдруг вырвалось тихое, но пронзительное. – Не могу. – Её плечи дрогнули вместе с голосом, а голова виновато опустилась. Она принялась снова медленно снимать с себя туфли – в этот раз аккуратнее и куда менее нагло. Обувь свалилась на ковер, и Тори осталась босиком, всё ещё стоя спиной к мужу. – Не могу тебя оставить сейчас, понимаешь? – Обернувшись, она встретилась с ним взглядом. В камине уже до конца погас огонь, и в комнате стало совсем темно. Их дыхания перебивали друг друга. Астория не отводила глаза в сторону, она медлила, собиралась с духом, но вдруг прекратила трястись и направилась обратно к нему – уверенно, но не спеша.
    – Это не жалость, Драко. – Ей всегда так нравилось обращаться к нему по имени. – Это крепкие чувства. – Опустив обе ладони на его горячие скулы, она нежно погладила их и неспешно провела пальцами вниз по шее, остановившись на нервно вздымающейся груди. – Мне кажется, – она немного хмурила брови, – было бы странно думать, что за столько лет совместной жизни между нами только... жалость? – Еле-еле погладив его по груди, Тори вытащила края его рубашки из уже свободно сидящих брюк и кивнула на кровать, потянув его к ней. – Давай спать? И, пожалуйста, – она снова хмурилась, – не спорь со мной. – Просьба приравнивалась к правилу. – Не спорь. Я лучше знаю, что тебе сейчас надо. – Или кто. Астория не собиралась с ним спать – это было бы чересчур для них обоих, но она намеривалась провести с ним ночь, а, возможно, следующую и последующую (столько, сколько понадобится), пока Драко будет жадно напитываться ею. В конце концов, с ними впервые произошла подобная ситуация, когда никто из них толком не знал, что на самом деле нужно было делать. Поэтому она решила остаться с ним, потому что сама теперь вряд ли уснула бы до утра. Без него.

    0

    11

    dragon age
    {BLACKWALL}

    https://forumupload.ru/uploads/001c/2b/8f/113/695911.png https://forumupload.ru/uploads/001c/2b/8f/113/470013.png https://forumupload.ru/uploads/001c/2b/8f/113/301680.png


    Варрик: Так значит, ты был один-одинешенек посреди диких земель?
    Блэкволл: О чем ты?
    Варрик:  Одинокий путник в бескрайнем мире. Что он ищет? Любовь? Прощение?
    Блэкволл: Напиши так: "Человек с твердой рукой и железной волей, борец с порождениями тьмы".
    Варрик:  Да, но что он будет воплощать?
    Блэкволл: Желание убить побольше порождений тьмы.
    Варрик:  Ты прямо как Себастьян.

    Когда Блэкволл родился, мама уронила его в чан с буквальностью. Выбрался он из него дай бог к восемнадцати. О чем ни говори – рыцарь без страха и упрека все речи сведет к долгу помогать отчизне. Тьфу ты, никакого внутреннего конфликта. Скукота, да и только.

    ДУМАЛ. Я.

    Ты, друг мой, конечно, порядочная свинья. Возможно, оттого малыш Лавеллан так тебя ценит. Или потому что ты способен спать на сеновале без вреда для длинной мышцы спины. А ведь сколько тебе лет? Пятьсот? Ну, ладно, отложим наши остроумнические шпаги и поговорим серьезно.

    Каждой истории нужен Герой. Мы с Лавелланом…так себе протагонисты, если честно. Встань рядом с нашими плутовскими задницами, нам нужен добротный щит.


    * * *

    Нам правда нужен Блэкволл. Кто еще толкнет печальные речи под полной луной? Наш Инквизитор – совсем ребенок с мечтами о роскоши и посохом в руке – еще и неизвестно, кто из них больше дрожит. Ему нужна отцовская фигура, а мне – добрый приятель для опрокидывания кружек пива и разговора о звездах.

    Для нас критически важно наличие у вас чувства юмора, похожего на наше.

    От каждого из нас планируется по одному эпизоду за раз, сюжеты с психологической нагрузкой и возможностью для Блэкволла действительно стать героем. Без лапслока, простыней и птицы-тройки (и за что мальчик так ее не любит). Ждем!


    пример поста

    Прежде, чем дождь пологом укрыл наспех разбитый лагерь и превратил свежий ветер в запах тлеющих отсыревших углей, доспехи Крэма прошли испытание на водопроницаемость. Его бессменный командир, наш главный герой, от щедрот природы пострадал гораздо меньше, хотя бы потому что в силу своей горячей любви к расхаживанию полуголым мог быстро просохнуть. Рокки фыркал в промокшие усы и уныло бормотал куда-то туда же, жалуясь и на шум, и на влажность, и на суставы. Кто-то из женщин пошутил, что Андрасте просто слишком рада их видеть. Бык не сразу понял. А потом захохотал.

    Под навесом группе пришлось ютиться потеснее; пока Крэм пытался убедить Долийку просушить пару бревен (хотя вы знаете, это ведь лук, а не посох, а лучницы подобным не занимаются), Бык попытался принести пользу. По крайней мере, он может проверить пару креплений у этого сухопутного паруса. Варрику поди пришлось бы три табуретки друг на друга поставить. Сколько шуток про рост нужно пошутить при гноме, чтобы получить стрелу в седалище? Варрик в экспериментах участвовать не желал. Бык бросил быстрый взгляд на стол командования, где вертелись важные шишки. Пока высокие чины решают судьбу их похода, простые люди могут перевести дух, верно?

    Бык ни за что не сказал бы, откуда появилась колода помятых сырых карт. Мелкие еще какие...Бык поиграл частично отсутствующими пальцами и переложил раздачу в другую руку. По правой стороне от него образовался тесный эльфийский кокон под общим пледом; по левой бледные губы замерзшего Крэма извергали шутку за шуткой. Народу не то чтобы хватало...Но все ж лучше, чем бесцельно бродить среди потонувших в тумане кустов черноплодки или ловить сапогами змей.

    Бык вынырнул из размышлений в тот сакральный момент, когда чей-то хитрый голос протянул: "Почему бы нам не сыграть на что-то поинтереснее?". Он неопределенно хмыкнул. Можно бы, конечно, но...В центре сонных рассуждений о том, сколько соверенов нужно вытащить из кошеля, чтобы не проиграть их все, вдруг появилось что-то лишнее. Блик голубого пламени на доспехах пролетевшего мимо начальства. Бык вдруг разулыбался как ребенок и подскочил; промокшие штаны покачнулись и неприятно обдали нежный зад холодом.
    — Искательница!

    Его грузные шаги пересекли хлюпающую грязь от бесконечных человеческих и эльфийских следов и остановились у Кассандры; рука для надежности перегородила ей путь.

    — На Сегероне говорят — плох тот щит, что закрывает только от мечей. Смекаешь? Обещаю оставить на тебе этот нагрудник...во всем ведь должна оставаться загадка.

    0

    12

    j.k. rowling wizarding world
    {rita skeeter}

    https://i.imgur.com/l5SDr6m.gif https://i.imgur.com/B7qnueN.gif


    Пэнси читает статьи Скитер и смеется от души. Они всегда ей казались чем-то интересным, но в целом ненужными, да и как часто молодая девушка занимает себя чтением Еженедельного пророка? Не очень часто, не так ли? Так что смешно и ненужно.

    Они знакомятся во время Турнира Трех Волшебников. Пэнси улыбается так, как будто выиграла в какой-то лотерее, а Рита видит, как та врет, но совсем не находит причин не написать о том, что та ей рассказывает о Поттере и его друзьях. И то было их единственный разговор и последняя встреча Хогвартсе.

    Вторая их встреча в маггловском круглосуточном магазине у стойки с вином. Пэнси чувствует сломанной, ничтожной и трусливой, так что если она и собирается пить алкоголь, то из такого же места, какой она себя чувствует. Но, как оказалось, у магглов слишком много марок незнакомого вина, так что она не знает, какую бутылку выбрать, а покупать все она не собирается. Как-никак итогом ведь она просто все выпьет, а потом окажется в Св.Мунго. Нет уж. Что приводит туда Скитер – дело только ее, но она насмехается над Паркинсон, а еще интересуется, что она вообще там делает. Пэнси плевать и она рассказывает, как испугалась подавать документы на обучение целителем. Скитер смеется громче и протягивает ей вино.

    На утром Пэнси в чужой квартире на диване, укрытая пледом, через пару минут бодрая Рита протягивает ей зелье от головной боли. А еще заявляет, что Паркинсон ее ученица и будет работать на полставки в газете, которую собирается открыть Скитер. Кем – тот еще вопрос, но девочка будет журналисткой, а кем она начнет еще придумается. Вопрос о том, умеет ли Пэнси даже писать красиво, волнует ровным счетом никого, даже саму Пэнси.

    Позднее окажется, что началом ее карьеры будет тоже, что и говорят начинающим актрисам - мне черный кофе, без сахара.*

    * * *

    по внешности кого хотите ставьте, но блонди она была и будет всегда. у меня на картинках стоит Джейми Кинг.
    жду в первую очередь наставницу, которая уведет в Пэнси потенциал и будет с зубами бороться за то, чтобы та не использовала журналистику как ступень к ее мечте стать целителем (не вышло поступит и все такое, да и семья ее все же была чистокровной, это после Воланда вдруг стало не совсем можно, так что она элементарно испугалась. Пэнси может стать такой же великой, как и Рита, которой уже давно пора было подыскать себе ученицу. в остальном давайте заведем странную дружбу с огромной разницей.
    сама играю строго в третьем лице, от 3к, без птицы тройки. от вас бы потребовала только писать в третьем лице. в остальном любить буду, вином поделюсь, кровать после ночи пьянства предоставлю хах
    *а еще если вы поняли к кому эта отссылка, то, Скитер, мы подружимся отвечаю <З


    пример поста

    Если Пэнси Паркинсон не заслужила того, чтобы получить на каждый существующий праздник самый прекрасный подарок, а в абсолютно любой день тоже что-то приятное, то кто вообще заслужил? Она вела себя просто образцово совершенно со всеми, была приветлива и мила, закрывала все свои академически долги вовремя и с оценками, которыми гордились родители! Так что ну разве она не заслуживала того, чтобы купить себе что-то. Никаких вопросов, ведь ответ был очевиден.

    Итак, когда у нее было то самое настроение побаловать себя чем-то приятным, Пэнси именно это и сделала – пошла за покупками сначала по самым любимым магазинам, а потом в первые встречные. Однако найти себе что-то стоящее, когда желание пройтись за покупками спонтанное, весьма сложно. Так что девушка тратит по меньшей мере пару часов, чтобы ничего не найти и заесть свое горе вторым рожком мороженого за день.

    Но только Пэнси не собиралась сдаваться и идти домой с одним лишь пакетом прекрасной пары туфель! Еще чего! Так что пока решается вопрос о том, в какой магазин пойти дальше и стоит ли вообще продолжать тратить время в этой части города, глаза то и дело скачут по толпе вокруг. А люди вокруг весьма разнообразные и движутся в самом хаотичном состоянии на свете.

    Самое забавное – ребенок в красном свитере, который раз за радом подкидывал мяч и никак не мог его поймать. На втором месте взрослый парнишка, который крутился вокруг, смотрел на часы и  ждал начала своего свидания, но то ли его кинули, то ли он пришел слишком рано. Третье же у Драко Малфоя, которого девушка, о ужас, не заметила сразу!

    Само собой первое правило хорошего настырного этикета: иди и поздоровайся! Но что в этом веселого? Тот явно что-то искал, а еще не имел чести позвать ее пройтись по магазинам. Из-за этого Паркинсон решает сначала разузнать да просто посмотреть на страдания любимого друга.

    Однако как много от него она ожидает, так мало от него получает. Иначе говоря, Драко не спешит плакать по среди улицы и валяться в грязи, как и не кричит в небеса, взывая к милости Пэнси. Это ее само собой расстраивает, но мороженое заканчивается, так что и делать ей особо и нечего больше. Так что девушка идет здороваться с Малфоем, слишком поздно удивляясь тому, что тот в принципе один тут бродит. Хотя и кто знает, вдруг Крэбб или Гойл где-то неподалеку.

    — Выглядишь паршиво, Драко, — тянет Пэнси, подходя достаточно близко, чтобы ее услышали и обратили внимание. – Потерял что-то?

    Еще было предположение пошутить о дне рождения миссис  Малфой, о котором парень благополучно забыл, но как же это было бы ужасно, если это действительно было так. Да и кто даже поверит, что кто-то мог забыть про его мать! (ха)

    — О Моргана! Ты палочку потерял?!

    Пэнси уже была знакома с Поттером достаточно, чтобы понять, что это вообще что-то гриффендорское. Гермиона, конечно же, была не такой «гриффендоркой», но кто знает какие проклятия они могли были передать! То, что их факультеты вообще общались было чем-то странным, так что магия Хогвартса тоже могла быть весьма шокирована таким поворотом. В общем, потерянная палочка – вполне жизнеспособный ответ на вопрос о столь… поникшем состоянии Драко. Да и, Мерлин, пожалуйста, пусть это будет так! Пэнси уже готова припоминать этот момент парню всю его оставшуюся жизнь.

    0

    13

    honkai: star rail
    {hess}

    https://i.imgur.com/LYlTpNq.png


    мне         не        будет        больно,         одиноко тоже
    ВСЁ ХОРОШЕЕ В СЕБЕ СРАЗУ УНИЧТОЖУ

    карты плавно скользят между пальцев, хесс ноль эмоций на лице показывает. его умение контролировать себя ползет еще из детства. в глазах не читается: проиграл он или выиграл. хесс лишь карты на стол кидает, партию в свой счет забирает.

    хесс — шулер, хесс — обманщик, хесс — играет не ради выигрыша, ставя свою жизнь на кон, а ради сладкой победы, что разливается сиропом в горле.хесс любит поддаваться, чтобы питаться радостью других, смакуя, чтобы потом выйти победитель.

    хесс, как и все из «недотеп в масках» преследует лишь радость в жизни, совершая хаос.

    ханаби изучающие смотрит на хесса, знает наперед все его уловки. ханаби хочется надеть на него поводок, сделать его свое маленькой игрушкой. но хесс то ли голову подставляет, то ли дергает сам за ниточки.

    такие игры ханаби не нравятся, но хесс считает это забавным и снова поддается.

    * * *

    имя меняемо, внешность обсуждаема, но могу предложить: scar (wuthering waves)
    думаю путь можете сами придумать, но мне кажется он что-то типо небытие или разрушение (может еще охота), но он последователь эона радости.
    оставляю историю персонажа на вас, но вся жизнь его была не легкой, но это научило его прекрасно владеть картами, что и помогло выбраться и оказаться ему там где он есть.
    готова ждать вечно. я думаю, что отношения между ними: это кто перетянет на себя сильнее, это игры на чувствах, это игра: кто устроит хаоса больше (все это ради веселья. да?).
    пишу посты до 2,5-3к, лапслок. по частоте подстроюсь. могу и эпизод создать и первые посты писать. могу с радостью ваши гс по пятнадцать минут слушать, картиночки кидать, просто общаться вне игры и сюжета. я за общение! не очень хочется просто отписывать пост и молчать.
    так что жду вас в гостевой или в лс, сразу с каким-нибудь вашим постом. ♥


    пример поста

    [indent] петля — дружбы — давит на гортань, впиваясь — оставляя багровый след после себя. стоит ей только поднять глаза и столкнуться с его.

    [indent]  [indent] каждая буква в этом слове оставляет ножевые на сердце


    башне не привычно
    башню это выбивает из колеи
    башня чувствует себя закованной в цепях


    [indent]  [indent]  [indent] ЭТО НЕ СВОЙСТВЕННО БАШНЕ
    [indent]  [indent]  [indent] ( это заставляет ее чувствовать дисбаланс внутри )

    [indent] и все, что ей поможет — выпасть кому-нибудь при раскладе
    [indent] опустить свою холодную с длинными пальцами руку на плечо квирента и медленно-тихо произнести губами: «готовься к   разрушению»
    [indent]  [indent]а в мыслях — тебе пиздец


    [indent] он дотрагивается до ее плеча, забирая пачку сигарет.

    [indent] ( башня чувствует падение, старательно цепляясь ногтями за обваливающиеся камни — безуспешно )
    [indent] она с грохотом ломает себе хребет — когда он берет ее за руку


    [indent]  [indent] [indent]  ПЕТЛЯ — ДРУЖБЫ — ПЕРЕКРЫВАЕТ КИСЛОРОД. ОНА ДЕЛАЕТ ВИД, ЧТО ВСЕ ЕЩЕ МОЖЕТ ДЫШАТЬ.


    — давай может не будем?пожалуйста — проноситься в голове, но застревает в глотке.
    башня повешенному открылась. полностью. но тем самым она чувствует себя обезоруженной. она пытается скрыть за растянутой улыбкой на лице, то что разрывает атомной бомбой внутри.


    башня не может рассказать о том, что она боится смотреть в его глаза — боясь раствориться в них
    башня не может рассказать о том, что его прикосновение, как удары молнии в ясное небо
    башня не может рассказать о том, что она кричит «не спасай меня» прямо противоположное тому, чего бы ей хотелось


    [indent] петля — дружбы — сожмется до хруста шейных позвонков и этот звук вознесется по отголоскам ее мрачной души

    [indent] [indent]  ( кто же знал, что именно — повешенный — держит другой конец веревки, затягивая каждый раз все туже )

    — давай просто пойдем и разрушим все что они имеют, выпав им в раскладе


    [indent] [indent]  [indent]  ( лишь бы не разрушиться самой )

    0

    14

    не актуально

    dead by daylight
    {vittorio toscano}

    https://forumupload.ru/uploads/001c/2b/8f/139/951807.gif https://forumupload.ru/uploads/001c/2b/8f/139/193773.jpg


    тянет в болотную топь заколдованных мест

    мы все здесь повязаны друг с другом незримыми цепями. мы все здесь вынуждены играть в эту жестокую игру. мы все, даже наши охотники, что вынуждены охотиться на своих жертв каждую ночь. ах да, дня здесь нет никогда. иногда, когда я запоминаю очередную бойню, я оборачиваюсь в воротах и смотрю на того, кто еще две минуты назад пытался нас убить. я думаю, что они тоже здесь в аду, вынужденные проживать каждую минуту своей убогой жизни в погоне и попытках накормить того паука, который всем здесь заправляет. я думаю, что мне их жаль. каждого из них, каждого из нас.

    наши тела бы могли отыскать по следам
    если бы мы не забыли оставить следы

    я уже устала бояться. чаще я просто ничего не помню из того, что было очередной ночью. просто открываю глаза в лесу, лежа на мокрой траве и камнях, и пытаюсь найти дорогу к костру. в первый раз я нашла его быстро. просто остановилась посреди деревьев и прислушалась. тихий треск и чуть слышные голоса других людей отдавались в моей голове отдаленным звоном маленького колокольчика. я знала что там будет безопасно. когда ты вышел к нам в первый раз, ты тоже это знал. я прочитала в твоих глазах то, как ты счастлив снова увидеть кого-то живого, хотя что-то мне подсказывает, что все мы здесь давно мертвы.

    через тернии, провода, в небо, только б не мучиться

    когда я запомнила все происходящее в первый раз, я постаралась записать все это в свою книгу. голубое свечение и шелест исходящий от странного и наспех созданного тотема, видимо, из какой-то культуры вуду. когда я была дома, я могла жечь травы и шептать на кофейные зерна. я писала рассказы на основе своих снов, хотя сейчас понимаю, что это не было сном. но здесь мои возможности стали сильней. меня называют ведьмой, и за глаза и глядя в лицо. шутят, но мне не обидно. всем нужна разрядка и хоть как-то скоротать свой досуг, раз других вариантов у нас нет. я могу скрыть всех от горящих жаждой крови и каким-то холодным светом глаз наших палачей, а раны на теле оставленные от ножа обезумевшего убийцы будут затягиваться намного быстрей и буквально сами собой. но черт побери, я до сих пор не понимаю, как это у меня выходит.

    нитью незримой нас намертво сшила игла

    ты первый из всех нас, хотя твой путь к костру длился веками. я видела такое же голубое свечение на твоем теле, словно ты и есть тот источник, из которого я черпаю свои силы из раза в раз. нашел ли ты библиотеку из костровых рассказов? ты знаешь ответы, просто не хочешь слышать наши вопросы. почему я обладаю магией? зачем мы здесь? кто ты такой?

    * * *

    внешность в принципе меняемая, но очень хотелось бы оставить жоне. хотя если найдете вариант лучше, то можете брать его. заявка в пару, возможен тройничок с Сейбл, так как мы с ней неразрывны чуть ли не по лору.
    пишу посты от 3 - 3,5к и до бесконечности, оформляю как бог на душу положит и пнет вдохновение. но в моих постах точно не будет разноцветного шрифта, мы тут стекло пришли есть вообще-то. ждать готова столько сколько потребуется, все мы люди, у всех бывает все. только пожалуйста, молю, не уходите по-английски. с радостью за общение любое, включая катки в дбд
    пишите в гостевую, а дальше разберемся


    пример поста

    странно это. странно жить, странно дышать, странно пытаться делать вид что тебе все еще есть дело до чего-то в этом мире. когда ей было восемь, она мечтала поступить в академию шиноби и стать самой сильной куноичи на выпуске. мечтала сразу с порога получать миссии не меньше ранга а. мечтала быть на вершине мира. когда ей было двенадцать, она мечтала быть с саске в одной команде. мечтала, чтобы саске обратил на нее внимание, ведь она такая умная и красивая, с длинными волосами, всегда рядом и готова подставить свое плечо. мечтала развеять его темноту и боль, что висели над ним грозовой тучей с того дня, как он однажды не появился в школе, а потом выяснилось, что его брат за ночь вырезал весь его клан. она мечтала подарить ему свет и свою любовь, надеялась — словно дура, по-другому и не скажешь — что вот с ней-то уж точно он позабудет все в одночасье и станет самым счастливым. зачем ему какая-то месть, ведь любовь все излечивает. она точно знает, она читала об этом в книгах. когда ей было четырнадцать, она мечтала что однажды все станет по-старому. саске одумается и вернется в деревню, ведь его здесь ждут. не семья, которых больше никогда не вернуть, а друзья, которые готовы простить ему вообще все. она готова простить ему все, что вообще возможно. все слова, все безразличие и молчание, все слезы и переживания, все драки. она готова его простить. но с каждым днем, с каждой новой луной, с каждой минутой веры в это оставалось все меньше и меньше. наруто вернулся и стал сильнее, чем уходил. она повзрослела и стала сильнее, чем он ее оставлял два года назад. может сейчас, может в этот раз, может все же что-то щелкнет в его сердце. надежда умерла последней. когда ей было семнадцать, она мечтала просто выжить. выжить и вернуться домой. обратно к маме и папе, обратно в светлый и теплый дом, где пахнет выпечкой, цветами и стабильностью. вернуться домой из всего этого ужаса, охватывающего и пронзающего каждую клетку тела. домой, где нет страха и смерти друзей, с которыми она бок о бок уже столько времени.

    и она вернулась. война разделила ее жизнь на до и после. война забрала у нее что-то очень важное, что позволяло ей держаться наплаву все это время. как будто свет внутри потух и все, больше не включается. лампочка перегорела, проводка сдохла. впрочем, она уже перестала плакать ночами и теперь даже нормально спит. не подрывается от собственных криков и не вздыхает от усталости каждое утро, перед тем как встать с постели и пойти на работу в госпиталь. даже ино от нее больше не шарахается на километры. все, теперь точно вернулась сакура с войны. впрочем, она и сама понимала, что так дальше не пойдет. нельзя себя закапывать живой. нельзя винить невиновного человека в том, в чем он не виноват. нельзя отрекаться от себя и тех, кто помочь желает. они все там кого-то да потеряли, и драму из этого делать не стоит. это жизнь, от нее не скрыться. особенно когда ты сам выбрал себе такую жизнь. так будь уж добра, неси свой выбор до конца и не перекладывай ни на кого свою боль.

    больно будет всегда. такова жизнь шиноби. кто-то справляется самостоятельно, кто-то топит свою боль в алкоголе, на тренировках, у могильного камня, вымаливая себе прощение у тех, кого больше нет, кто-то боль не выносит и как следствие — очередная могила на кладбище, очередные похороны, очередные слезы, очередные разбитые сердца. она выбрала топить боль в работе. в страницах историй болезни, в медицинских свитках, в вечерних докладах какаши. обещала себе еще в четырнадцать не влезать во всякое говно и вот снова у единственного горящего окна поздно ночью в администрации деревни, снова вот эти ненужные ночные бдения на звезды потому что не спится, снова уговоры не лезть куда не просят. там своя давняя рана, самобичевание и видимо обет безбрачия или черт знает что еще. короче, герой не ее романа.

    сакура сидит в своем кабинете и заполняет очередные бумажки на очередного шиноби, пострадавшего на задании. после войны это даже редкость. мир в одночасье решил, что пришло время жить дружно, но как обычно при всей миролюбивой и миротворческой политике никто не отменял оппозицию, несчастные случаи и банальный человеческий фактор. сакура злится. снова придется отчитываться перед хокаге и провести в его кабинете точно не пять минут за чашечкой чая и воспоминаниями о том, каким же хреновым учителем он был, как он был ей нужен и как его никогда не было рядом. однажды она смирится и отпустит его так же, как отпустила саске в этот его бэд трип и из своей жизни.

    из размышлений о вечернем отчете, который она с удовольствием порвала бы и послала хокаге к чертям собачьим, ее вывел стук маленьких камушков в окно. наруто никогда не умел появляться в ее жизни как обычный человек. всегда внезапно и шумно, как будто если он хоть раз начнет свой день со стука в дверь и обычного привет, то мир обязательно рухнет прямо вот сейчас, сию секунду.

    — привет, наруто, — распахнутое окно навстречу другу. может так даже лучше, зато никто не узнает.

    Отредактировано спамер (2024-07-17 01:01:20)

    0

    15

    real people fiction
    {yang jeongin}

    https://forumupload.ru/uploads/001c/2b/8f/25/326704.gif


    Макнэ, иногда ты просто невыносимо, резкий в словах и редко предпочитаешь думать о том, что сказал или сделал. Но мне это нравится.
    Любишь зиму и розовый цвет.
    У тебя красивая улыбка с ямочками.
    Вообще, думаю Макнэ стреев знают все, он с каждым годом, с каждым камбэком становится только лучше. Просто невозможно не ловить на нем краша.
    Так как Хенджин и Чонин довольно близки между собой, то я не мог просто пройти мимо. Мне нравится бесить тебя, дёргать и по своему оберегать. Для меня ты старый и близкий друг. Несмотря на то, что мы такие разные. Но я всегда приду к тебе, всегда прикрою тебя, если будет надо. Думаю, что понятно какие отношения между персонажами мне хотелось бы видеть. Для меня ты словно младший брат, которого у меня никогда не было.

    * * *

    заявки писать я, как видишь, не умею, но это не уменьшает того, что я буду тебе очень рад.
    у меня нет каких-то там требований, единственное что хотелось бы оставить их братские отношения, где оба дурачатся.


    пример поста

    Что хочешь, то можешь получить. Деньги раньше никогда не были проблемой, но когда от них отказываешься, оказывается их не так просто заработать. Ему в финансовом смысле повезло с родителями. Что с родным отцом, что с биологическим.
    Мне всегда было плевать, что именно будет дальше. Уже слишком много ошибок в прошлом. Слишком много сожалении, которые никогда не исправишь.

    Ошибка за ошибкой. Повторяется без остановки. Все его существование – это ошибка, которая никак не стереть. Не закончить. Уже слишком поздно. Даже закончив это не принесешь освобождения тем, кто мучился от одного лишь рождения. Если бы не Уен, то, наверное, все так и было бы ужасно. Так бы и было таким отвратительным. Ничего не получается. И слова старшей сестры, которая навсегда оставили раны. Они кровоточат до сих пор. Напоминает о них его же отражение в зеркале.

    Хенджин красивый, и он сам понимает это. Понимает, потому что многие в школе говорили ему о том, что он самый настоящий принц. Только он сам себя таким не считает. Смотря в зеркало, он ненавидит то, что там есть. Ненавидит самого себя. И с этим ему придется жить дальше.

    Даже такая ошибка, как он имеет право на то, чтобы помечтать? Несмотря на то, что он стал разлучником и сломал семейную идиллию своим рождением. С годами перестаешь так остро реагировать.

    Люди привыкают ко всему.

    Серые будни, которые повторяются один за другим, к ним тоже. Хван привык просыпаться и делать все, что необходимо, чтобы никто не волновался. Привык быть нормальным в окружений людей. Шутить и вести себя так, словно это все ему нравится. Пока не убегает от реальности в квартиру, где пусто. Прямо как у него на душе. Пустота, которая несмотря на свербящую боль – часть его существования.

    Музыка возвращает его. Маленькая группа – это его возможность куда-то вырваться.

    Отказаться от денег родителей было просто, но вот последствия не простые. Как бы там ни было, у него есть счет куда капают деньги. Всем надо показать, как его «любят». Деньги правят миром, никак иначе. Хотя биологический отец не так уж и плох. Просто Хенджин не может все принять, как умный и рассудительный человек. Ему тоже хочется кого-то обвинить. Бремя виноватого медленно уничтожает его изнутри, не оставляя после себя ничего. Вот разве что пустоту.

    «Машина будет через три минуты».

    Брюнет блокирует телефон и убирает в карман, запомнив машину и его номер. Три минуты кажутся вечностью. На нем лишь легкая ветровка и шапка, белые кроссовки и светлые джинсы. Еще огромные наушники, которые помогают ему «уйти» в иной мир, который он строит каждый день по маленьким деталям.
    Парень выдыхает, когда садится в машину и едет вперед. По пути к аэропорту покупает билет себе в один конец. Ему все так надоело. Он хочет просто сбежать от самого себя. Первый рейс, который ему подходит – Париж. Отлично, поедет в город любви и разобьется окончательно. Плевать вообще. Убирает телефон и смотрит в окно.

    Красный цвет.

    В глаза бросается огромная афиша. Снова там этот Феликс. Хенджин никому не говорил и не говорит, что ему очень нравится этот парень, который само собой недостижимый для него. Но в плейлисте его песни, а где-то сохранены картинки с его лицом.
    Машина двигается с места, и парень откидывает свою голову и закрывает глаза.

    Правильно ли он поступает? Сбегая от своей жизни и от самого себя? И будет ли это полет в один конец или же он вернется обратно? За такое Уен точно не скажет ему ничего хорошего. Ничего, напишет, когда прилетит в Париж, что уехал по делам. Или лучше сделать это раньше?

    Пока брюнет думает о том, что делать, уже подъезжает к аэропорту. Пару необходимых манипуляции, и он уже сидит в самолете, отправляя сообщение Уену, что ему надо немного проветриться, и он уехал отдохнуть. Должно хватить.

    Режим на телефоне на авиа-режим. Музыку громче.

    Кажется, что Хенджин проспал весь полет, а по прилету не сразу включает телефон.

    Отель. Холодный душ. И мягкая постель. В итоге весь день Хван только и делает что спит. Проснувшись, какое-то время он в тишине смотрит в окно. Красный закат. Как красиво и грустно одновременно. В такое время особенно приятный воздух, а в душе начинает что-то болеть. Такой неприятной болью, словно кто-то тупым ножом пытается ковыряться.

    Протерев глаза, парень встает с кровати. Включает чайник и идет снова в душ, чтобы привести себя в порядок. С собой у него ничего нет, только то, в чем приехал. Если что завтра что-то купит. А пока и так нормально. Только наушники и телефон решает не брать с собой. Зачем ему это? делает себе черный чай. Отпивает пару глотков, морщится.

    — Какая же дрянь, — уходит из номера. Оставляя на ресепшене свой ключ-карту, чтобы не потерять. Хван понятия не имеет, что его ждет сегодня вечером. Он просто сваливает куда подальше. Без наушников, чтобы «услышать» этот город, который никогда до этого не посещал. И он ему нравится, несмотря на то, что и разочаровывает. Его слишком романтизировали в фильмах, которые ему нравятся, которые он смотрел.
    Клуб. Деньги решают. Парня впускают. А он просит налить себе коктейль в который тыкает пальцем наугад. Один. Второй. Третий. Дальше, словно плевать.

    И его взор падает на блондина. Красивый. Знакомый.
    Не может быть, — уверенно убеждает себя слегка поддатый парень с темными волосами и отворачивается. Но все равно кажется, что что-то не так. Кажется, что все равно какой-то знакомый.

    Ты его узнаешь из тысячи, — Джинни оставляет свой недопитый коктейль и идет в сторону танцпола, чтобы понять так ли это. музыка его затягивает. Лица перестают быть четкими. Кроме одного.

    Только он не один. Как и до этого, у него нет даже шансов. А потом? В какой момент алкоголь помогает ему приблизится к незнакомцу, который давно уже засел в мысли Хвана? Но он уже тут и отдергивает руку странного мужика, что так жадно тянется к Феликсу.

    Это точно он, — убеждает себя снова.

    — Отвали, мужик, — не его поле ягода. Что Феликс, что мужик, который может его сложить пополам при желании. Но есть плюс в пьяном состоянии – море по колено. – Он со мной, — как нагло с его стороны было взять за белоснежную руку парня и притянуть к себе.

    Оттолкни. Скажи, что я никто и я перестану грезить, прошу, — заберите у него эту несбыточную мечту, чтобы быть пустым. Когда пусто: нет страха, нет боли, нет сожаления.

    0

    16

    mass effect
    {urdnot grunt}

    https://i.pinimg.com/originals/6b/13/bb/6b13bbc49c78854e89f0227840a4251e.gif


    я знаю, как создать совершенного солдата, и это позволит мне нанести по генофагу такой удар, какого противник еще не видывал. он не останется незамеченным. я ищу совершенства. пусть для этого придется пожертвовать тысячами кроганов. моя работа сделает нас чище. мы не возродимся, мы переродимся.

    окир не искал лекарство от генофага. он хотел победить_переломить его, так как считал, что лечить от генофага и не стоит. он хотел сделать нечто запредельное, вложив в свое «наследие» все свои силы и ресурсы. да, тебя, грубого говоря, вырастили в пробирке. ты вырос далеко за пределами тучанки — родной планеты кроганов, — впитывая в себя знания прошлых поколений через голос окира. искусственный. ненастоящий. другие кроганы не хотели верить в тебя, они не хотели принимать тебя [ считали тебя всего лишь пародией на крогана, но и не более того, отказывались видеть истину ], но только вот ты не сдался. ты доказал, что сильнее их всех, что достоин быть частью клана, достоин быть одним из них. честно? ты сильнее многих. и кто бы что ни говорил, но ты истинный кроган. ты слышь это, грант? ты, черт побери, один из самых лучших!

    твоя кровь закипает. кровь шумит. кости стонут. кто ты такой, грант? берсерк. а берсеркам не принято сдерживать себя на поле боя. но ты никогда и не пытался. и тебя никогда не останавливали. ты любишь войну, ты растворяешься в сражении и становишься для своих врагов самым настоящим кошмаром. посмотри на себя, грант, ты ведь теперь не просто какой-то эксперимент, но уже нечто большее. теперь у тебя имя другое, теперь ты часть клана урднот. урднот грант... именно ты принесешь славу своему клану, именно ты будешь защищать свой клан так, как никто больше не сможет. и ведь именно тебя сделали командиром отряда «аралах». а ведь это отряд лучших.

    Продолжай сражаться, урднот грант.

    http://67.media.tumblr.com/0f97a5dfee0cb0fc9ef0824ed71ab82b/tumblr_mywa8w9JIb1qfmdlzo5_250.gifhttp://67.media.tumblr.com/b0c12e3cb19b2bfc8ca43e8bd5f6d053/tumblr_mywa8w9JIb1qfmdlzo4_250.gif

    кроганы агрессивны, но никто не станет отрицать того,
    что они лучшие воины.

    джейн никогда его не боялась. да, конечно, грант был агрессивным, ценил и признавал только силу, но... они справились с этим. шепард смотрит в голубые глаза гранта без тени сомнения или страха. чего ей бояться? она готова доказать этому крогану, что она достойна его внимания, что она не слабая, что только лишь она одна и может дать ему того самого противника от которого у него кровь в жилах забурлит. кэлли волнуется за неё и просит капитана быть с кроганом осторожной, но шепард знает, что осторожность здесь ни к чему. она задает прямые вопросы и получает прямые ответы. здесь нельзя быть мягкой, так как стоявший перед ней парень ценит лишь истинную силу, которая должна выражаться в словах, действиях и даже движениях капитана. когда они приходят к взаимопониманию, которое отражается на радужке глаза, команда получает прекрасного воина и союзника. грант улыбается. он предвкушет схватку с коллекционерами. грант увлеченно рассказывает шепард о вложенных в него воспоминаниях о мертвом турианце, о великих сражениях великих полководцев его народа и кивает в ответ когда видит, что капитан действительно понимает его. он видит, что этот человек другой, что она способна понять, что она способна увидеть и услышать.

    http://66.media.tumblr.com/f07f64f04fcaa0a4ae95d1f23a133299/tumblr_mywa8w9JIb1qfmdlzo1_250.gifhttp://66.media.tumblr.com/6d2787a893f0a552c7b56776e4c0284a/tumblr_mywa8w9JIb1qfmdlzo2_250.gif

    смотря на гранта, наблюдая за ним на поле боя и временами разговаривая с кроганом в грузовом отсеке, джейн понимает, что не жалеет о том, что когда-то она вытащила из того инкубатора. нельзя было потерять такого солдата. грант стал частью её команды. он стал частью семьи. а семью не бросают. честно? временами он напоминал шепард неугомонного подростка, который не может справиться сам с собой, и тогда ей приходилось брать инициативу в свои руки. да, пускай грант был агрессивным, но ей и не нужен был неженка и нытик, который будет прятаться у неё за спиной. шепард был нужен тот самый союзник, что прикроет ей спину, кто не испугается даже самого опасного врага и будет лишь рад тому, что она в очередной раз посылает свою команду на одну из тех самых миссий, что могут закончиться чьими-то похоронами. о да... гранту действительно нравятся такие миссии.

    она с радостью становится его крантом. она не бросает крогана на произвол судьбы, но вместе с ним проходит через обряд посвящения после которого молодой кроган получает свое место в клане урднота рекса. шепард рада его успеху. шепард рада тому, что грант смог найти себя, что стал частью клана и увидел свою родину. и пускай после всего случившегося команда вновь распадается, так как джейн списывают на берег, но она никогда не забывает о нем, веря, что этого кроган добьется многого.

       они еще встретятся. война против жнецов затронет каждого.
       это будет хороший бой.

    и помни, что...

    «мамочка» всегда тобой гордится.

    http://66.media.tumblr.com/tumblr_mad4wle2Yn1qiya42o1_500.gif
    http://66.media.tumblr.com/tumblr_mad4wle2Yn1qiya42o2_500.gif


    * * *

    собираем команду


    пример поста

    будет

    0

    17

    mass effect
    { tali'zorah vas normandy }

    https://i.imgur.com/z7U0RJV.gif https://i.imgur.com/UCPb5WI.gif https://i.imgur.com/DR9s8ZO.gif https://i.imgur.com/u0BpkQQ.gif https://i.imgur.com/Jj7dPE3.gif


    « я долго скиталась среди звездных просторов,
    по волнам света и облакам пыли,
    а ныне возвращаюсь к истокам... »

    1. мир кварианки стерилен. и она всегда должна об этом помнить. между ней и миром находится плотная ткань того самого костюма, что будет ей второй кожей на всю оставшуюся жизнь. что под ним? за толстым стеклом горят живые глаза, что напоминают собой звезды, а по телу тянутся странные узоры, значения которых никто не знает; говорят, что у кварианцев есть волосы, что они были когда-то красивы, или, наоборот, уродливы. но вы этого не увидите. потому что невозможно. тали с лихорадкой знакома, но никогда не прикасалась голыми пальцами к железу, не может описать прикосновение ветра и теплоту чужого тела. эй это недоступно. снимешь шлем — умрешь. получишь ранение — умрешь. перестанешь следить за системой — умрешь. да, можно пойти на риск и попытаться прикоснуться к кому-то голыми пальцами, но перед этим придется пропить курс препаратов, который все равно не может гарантировать положительного результата. она рискнет всем, если только попытается это сделать. жизни без костюма не существует. мир за пределами корабля полон опасностей, а самые страшные из них даже невидимы глазу. никто не отпустит тебя в этот мир без десятка прививок, что должны будут укрепить твой иммунитет. мир кварианки стерилен. навсегда.

    2. тали бережно хранит в своем сердце то самое имя, что было дано ей при рождении. тали'зора нар райя. и это имя ей очень дорого. ведь оно всегда может рассказать о ее семье, о ее жизни, а также и о ней самой. что же именно оно говорит? оно говорит о том, тали родилась на мигрирующем флоте, была частью клана зора, дочерью генерала раэля’зоры, а это уже накладывает на нее некий отпечаток, что уже останется с ней на всю жизнь. быть дочерью генерала — непросто. а уж в реалиях того самого общества, что внимательно наблюдает за каждым членом мигрирующего флота, и вовсе тяжело. тали смотрит на своего отца с неким восхищением и уважением, осознавая, что от его единственной дочери будут очень многого ждать. чего она добьется? кем будет? частью чьей команды станет? у тали нет ответов на эти вопросы, так как она должна еще многому научиться, но она не собирается подводить отца. он будет ей гордиться. обязательно. как и ее мать, что покинула тали уже несколько лет назад из-за сильного вируса, оставив свою дочь один на один со строгим отцом.

    3. паломничество для молодой кварианки всегда превращается в самое настоящее испытание. и дело здесь даже вовсе не в том, что вернуться домой без чего-то полезного для мигрирующего флота ты не сможешь, — каждый кварианец должен быть полезен флоту, доказать свою ценность команде и капитану, а не просто так потреблять и без того ценные ресурсы, — а настоящее испытание заключается в выживании. как долго ты протянешь в одиночку? сможешь ли защитить себя? найдешь ли еду? кто-то боится паломничества, а кто-то не может дождаться того решающего мига, когда же перед ними откроется дверь в совершенно другой мир. ведь настоящую жизнь не прочувствовать через чужие разговоры, ее нельзя прожить вместе с героями фильмов. она в глубине темного космоса. и она ждет тебя. но во время своего паломничества тали впервые в жизни сталкивается с агрессией и презрением, которое в первые дни вызывает лихорадку, а после учится отвечать ударом на удар, проявляя свой настоящий характер. другие расы не любят кварианцев. тали же старается не реагировать на разговоры о том, что все видят в ней лишь воровку, изгоя, мусорщицу — помимо внутренних ресурсов флота, кварианцы также используют ресурсы тех систем, через которые проходят их корабли, разрабатывая металлосодержащие астероиды и прочий космический мусор, а это нередко это приводит к конфликтам с местными жителями, и некоторые горнодобывающие компании даже предлагают кварианцам еду, корабли или другие ценные материалы, лишь бы мигрирующий флот как можно скорее покинул их территорию, — и едва ли не бездомную. это грубо. слишком поверхностное мнение. но тали принимает это. ведь у нее действительно нет дома, а свою родную планету кварианцы потеряли уже сотни лет назад, создав ии, что едва их не убило. молодой кварианке плевать на мнение остальных. ей все равно. важна была лишь ее миссия. ее паломничество.

    4. во время своего паломничества, которое помогает кварианке стать самостоятельнее, тали удается извлечь из гетов, что впервые за долгие годы вышли за вуаль персея, очень интересные данные. она хотела отдать эти данные серому посреднику в обмен на убежище, которое было ей жизненно необходимо, но вместо этого отдает их капитану шепард, которая помогла ей выбраться живой из засады сарена. и в этот самый момент кварианка принимает для себя одно важное решение. какое именно? она вступает в команду капитана шепард, чтобы помочь ей остановить сарена и его гетов. и это путешествие помогает тали кое-что понять в себе самой, а также именно здесь она обретает друзей, что останутся с ней на всю жизнь. все свое время кварианка проводит в машинном отделении вместе с инженером адамсом, который был очень впечатлен ее навыками и умениями. да, привыкнуть к новой команде и кораблю получилось не сразу, а тишина заставляла нервничать, — у кварианцев тишина — плохой знак, означающий, что двигатель отказал или неисправен воздушный фильтр, — но со временем она привыкла, а ее путешествие вместе с шепард все-таки закончилось их победой над сареном и гетами. у тали было запоминающееся паломничество. но ей нужно было домой.

    5. ты знала это, тали? мертвецы возвращаются. два года уже прошло. ты смотришь на нее удивленно, когда она появляется в отдаленной колонии людей вместе с псами из «цербера», но отчего-то еще сомневаешься. разве это возможно? разве так бывает? но ты веришь. хочешь верить. потому что капитан шепард ведь не может просто так умереть. ты смотришь на нее и впервые осознаешь тот простой факт, что действительно много времени прошло, а ты уже не маленькая девочка, которая не могла взять под контроль собственную нервозность на илосе. ты выросла, тали. ты стала еще смелее, способнее и старше. ты продолжаешь преследовать гетов, что выбрались за вуаль персея и пытаешься все еще остаться собой. у тебя получается. наверное.

    6. солнце хестрома беспощадно. солнце хестрома умирает. тали проклинает всю коллегию адмиралов, когда пытается прорваться сквозь смертельную жару и полчища гетов к основному зданию, а там и просто попытаться выжить. умирающие звезды. мертвые тела ее друзей. и все ради каких-то данных? тали хочется скрипеть зубами и сплевывать сквозь фильты тяжелые ругательства, но вместо этого она ломает системы, чтобы чертов колос до нее не добрался. когда же к кварианке на помощь приходят старые друзья с нормандии, то она лишь махает рукой, тем самым выдавая свою нервозность: — а если адмиралам не понравится, могут катиться к черту. у меня на глазах погибла вся команда. — ведь если эти данные ничего не будут стоить, то и ее команда погибла зря. адмиралам уж лучше бы найти что-нибудь. и ей бы вернуться домой, вернуться на флот, но вместо этого тали присоединяется к команде капитана шепард, так как попросту чувствует, что должна быть там. а еще она хотела помочь. — я полагала, что ты, шепард, здесь как тайный агент. и, может, даже планируешь уничтожить «цербер». если это так, я одолжу тебе гранату. если нет — буду работать ради тебя. не ради них.

    7. измена. когда тали приходит сообщение с мигрирующего флота, в котором ее обвиняют в измене, то у все перед глазами темнеет. нет на мигрирующем флоте обвинения страшнее. и ей предстоит суд. но перед началом суда кварианка узнает о том, что само обвинение было основано на том, что она доставляла функционирующих гетов на мигрирующий флот. вздор. тали не была настолько глупа, чтобы отправлять на флот что-то подобное. в ее посылках всегда были лишь запчасти. ничего больше. правда... у нее нет объяснений тому, что геты захватили лабораторию ее отца. милая и добрая девочка. ты верила своему отцу. ты верила тому, что он не способен на что-то ужасное, но только вот найденные тобой записи на его корабле говорят об обратном. раэль'зора собирал синтетиков заново. и пускай цели и мысли его были благородны, но это не отменяет того факта, что из-за подобного он может стать предателем, а его имя навсегда вычеркнут из истории. это больно. тали готова выбрать изгнание, лишь бы имя ее отца осталось незапятнанным. тали была готова навсегда уйти ради него. что ее спасло? слова ее капитана. шепард спасла ее. и за это она всю свою жизнь будет ей благодарна. за свою жизнь. за память о своем отце. что она может дать взамен? саму себя.

    8. уже вторая ее служба на нормандии превращается в суицидальную миссию. коллекционеры. тали готова пойти за шепард через ретранслятор омега-4, готова пожертвовать своей жизнью ради нее. ведь что еще она может? долги надо возвращать. и один из них она вернула. но тут стоит упомянуть и о том, что за время своего нахождения на нормандии, которая стала для нее уже вторым домом, тали впервые в своей жизни сталкивается с гетом, что готов идти на контакт, готов помогать, а также не проявляет присущей этим синтетикам, как она думала раньше, неприкрытой агрессии. и тали это не нравится. всю свою жизнь она видела в гетах лишь врагов, что не только прогнали ее народ с родной планеты, но и намеревались уничтожить любую органическую жизнь в галактике. тали не хочет находиться рядом с легионом, как он себя называет, на одном корабле. но ей приходится. она подчиняется приказам своего капитана и отдает гету часть данных о мигрирующем флоте, надеясь, что таким образом не принесет лишь еще больше страданий своему народу. и лишь потом на смену гневу и раздражению придет... любопытство. легион охотно отвечает на вопросы и это... сбивает с толку. кварианка начинает все переосмысливать, задается новыми вопросами, а там и впервые в жизни доверяется гету. они стали напарниками. он прикрывал ее в бою. и она это помнит. всегда будет помнить.

    9. пережив полет за ретранслятор омега-4 тали возвращается на мигрирующий флот, который не только радушно встречает ее, но и отдает ей место адмирала, которое все еще пустовало после смерти ее отца. радоваться ли ей? тали все еще слишком молода для адмирала, а также ее немного пугает вся та ответственность, что теперь ложится на ее плечи. от адмиралов многое зависит. а это значит, что она теперь уже навсегда связана с мигрирующим флотом. справится ли она? да, конечно, она любит свою расу, любит мигрирующий флот, но никуда не деться страху, что она может подвести кого-то из них. будь сильной, девочка. ты сможешь. ведь ты теперь адмирал. и все еще только начинается.

    10. — нет. поговорив с легионом, я начала думать, что мы могли бы заключить мир. — глупая война. кварианцы могут погибнуть, если позволят своим мечтам о доме уничтожить их разум. тали мечтает о доме. тали мечтает увидеть раннох и когда-нибудь дышать воздухом родной планеты без очистительных фильтров, но она не позволит этим мечтам сделать ее слепой. все это время она пыталась вместе с легионом найти какой-то выход, который бы привел их к миру, но только вот она не успела. они не успели. война уже начинается. и это лишь одна из первых. здесь уже даже не важно кто победит: геты или кварианцы. ведь у всех них есть враг куда страшнее. жнецы. и они уже пришли. им нет дела до других войн. им нет дела до чьей-то жизни. все погибнут, если не отобьют этот удар. тали боится. ей действительно страшно. ее народ может быть уничтожен еще до финального сражения. она уже может все потерять. семьи уже нет. как и родной планеты. что ей осталось? что она может сделать? ты ведь адмирал, тали зо'зора, так возьми себя в руки и действуй.

    я тебя умоляю, шепард. я кварианка. дай мне кусок металла, электронную плату и нулевой элемент, и увидишь, что я из этого сделаю. — тали превосходный техник и инженер. и даже несмотря на то, что тали еще очень молода, она — настоящий гений в области механики и электроники. кварианка способна поглощать энергию кинетических барьеров врагов-синтетиков, а также и кинетические барьеры других органических форм жизни, чтобы перераспределить ее на свой собственный барьер; может взламывать чужие системы, дронов, а также и синтетиков, чтобы заставить их сражаться за себя; способна перезагрузить системы противника и устроить ему небольшой перегрев. если уж говорить о ее умениях, то тут ей нет равных, так как она способна собрать и разобрать буквально что угодно, а там и даже заправить переделанный тягач с помощью самодельного шланга. любая машина, система, электроника и корабль — она знает об этом все. также у тали также есть ее собственный дрон, которому она даже дала имя чиктикка вас паус.

    тали отдает свое предпочтение крупнокалиберным пистолетам и дробовикам. и особую любовь тали питает именно к дробовикам, пускай и крупнокалиберные пистолеты — очень мощное и точное оружие, способное пробить практически любую броню военного образца. меткий стрелок с крупнокалиберным пистолетом становится очень опасным противником, способным отстрелить врагу голову на большом расстоянии. их минус? всего один. они довольно плохо справляются с кинетическими барьерами противника. но так как тали всегда может эти самые барьеры «сломать», то и никаких особых проблем у нее не возникает.  стоит также сказать, что тали всегда носит с собой нож, закреплённый на левом сапоге. предосторожность? нервозность? у кварианки явно есть на это свои причины.

    организм кварианцев, как и турианский, построен на основе декстро-белка. что это значит? аминокислоты этой формы жизни отражены зеркально от аминокислот других разумных рас. и от того вся та пища, которую потребляет большинство народов галактического сообщества, в лучшем случае будет несъедобна для кварианцев и вызовет отравления, что будут сопровождаться сильнейшей аллергической реакцией, а в худшем же случае и вовсе ядовита. и если кому-то из кварианцев захочется попробовать что-то помимо протеиновой пасты, то они могут попробовать только специально очищенные блюда турианской кухни, с которой все тоже не будет так просто, так как на мигрирующем флоте нет животных, которых кварианцы могли бы потреблять в пищу, — все их питание основано на растительной пище, — в то время как турианцы, наоборот, потребляют в пишу продукты животного происхождения.

    тали не любит насекомых, терпеть не может пауков и роевиков. также она боится щекотки, слишком быстро напивается, отчего алкоголь ей лучше не давать, но умеет хорошо петь и танцевать.

    * * *

    собираем команду


    пример поста

    будет

    0

    18

    mass effect
    {garrus vakarian}

    https://i.pinimg.com/originals/42/9a/e5/429ae5b0b5fa85c084cac8842438a9ed.gif
    — без тебя я бы не справилась, гаррус.
    — ну разумеется бы справилась. просто это было бы не так стильно.


    можно было бы сказать, что он типичный представитель своей расы, но это будет лишь частью правды, так как он всегда чем-то отличался от других турианцев. он отличался от них не только своим характером, своими взглядами на жизнь, но даже и внешностью — не особо рослый [ он выше человека всего лишь полголовы ], худощавый даже по меркам своей расы [ гаррус весит около пятидесяти двух килограммов ] и смотрящий на этот мир ярко-голубыми глазами в то время как у большинства других турианцев глаза преимущественно золотистые, зеленые или янтарные. у гарруса цвет панциря серебристо-палевый, а от того и темно-синие колониальные метки видны особенно четко. кстати говоря, тот, кто отказывается от татуировок_меток, зачастую встречает несколько презрительное к себе отношение: «чистолицыми» турианцы называют тех, кому не могут полностью доверять. гаррус родился и вырос на палавене, в обществе, которое с малых лет пыталось учить его дисциплине, а также развивало в нем чувство личной и коллективной чести. вся культура турианцев основана на структуре военной иерархии, а потому вакариан, как только ему исполнилось пятнадцать, просто не мог не пройти военную подготовку, которая была обязательна. каждый турианец отправляется в специальный лагерь вне зависимости от возраста, пола, происхождения и природных недугов [ если такие имеются ].

    у вакариана есть отец и мать, а также у него еще есть сестра.
    самая обычная семья и один единственный пример для подражания,
    которому гаррус попросту не может возразить.
    он всегда говорил матери: «папа говорил правду. он поддерживает меня во всех моих устремлениях
    до тех пор, пока я стремлюсь к тому, что угодно ему».

    более мягкий по характеру... гаррус совершенно не похож на своего отца [ оперативника СБЦ ], но именно отец влияет на часть принятых им когда-то решений. гаррус пытается и хочет поступать правильно, но... это тяжело. когда мир разделен на черное и белое, то это просто, но когда в этой галактике так много серого, то это сбивает с толку. что именно ему делать с этим? он не знает. почему он поступает на службу в СБЦ? вакариан-младший пошел по стопам отца, которого часто видел в новостях, он хотел бороться с преступностью, делать этот мир лучше. он хотел, чтобы отец гордился им, а по факту он едва ли не сломал себе жизнь когда понял, что его служба в службе безопасности цитадели была далека от всего того о чем он когда-то мечтал. да, отцу нравилось, что его сын идет по его стопам, что он, как и пристало турианцу, старается следовать правилам, но только вот гаррус уже начинал ненавидеть все эти бумажки и законы. сколько раз ему приходилось отпускать преступников только потому, что они находили во всей этой бюрократической цепочке очередную лазейку; как часто ему приходилось закрывать глаза на те или иные происшествия только потому, что ему было так приказано. да, хороший турианец всегда внимательно выслушает приказ и исполнит его даже если он ему не по нраву, но только вот гаррус был не таким. он не хотел просто слушать и подчиняться. ему хотелось действовать. и в случае с сареном, когда тот напал на иден прайм, вакариан был не готов отступать, так как хотел докопаться до правды, хотел найти доказательство вины сарена. но дают ли ему такую возможность? нет. директор попросту приказывает ему свернуть работу и вернуться к своим непосредственным обязанностям от которых толку было... ноль. но только вот гаррус не отступился, а встретившись с капитаном шепард, которая была заинтересована в поимке спектра-турианца, помог ей даже выйти на след одной кварианки у которой были важные данные о сарене. а уж узнав о том, что шепард собирается до победного преследовать бывшего спектра, вакариан просит взять его в команду, обещая, что он будет полезен капитану.


    его первое путешествие на корабле людей, с которыми он раньше в таких условиях не работал, учит гарруса столь многому, что это не укладывается у него в голове. честно? первое время ему было как-то не по себе. и пускай он старался этого не показывать, но гаррус испытывал какую-то неловкость и скованность при общении с другими членами экипажа. молодому турианцу было тяжеловато привыкнуть к окружавшей его обстановке [ сержант уильямс и вовсе как-то недобро на него смотрела ], но он с этим справился. и во время своего пребывания на «нормандии», гаррус просит совета у своего капитана, он учится у первого спектра-человека всему того, что бы его отец не одобрил. вакариан видит в капитане человека, который сможет многому его научить; сможет его направить. а как же мнение отца? нельзя постоянно оглядываться на него. к тому же гаррус ведь уже не ребенок. он уже может выбрать свой путь сам. да, на тот момент вакариан был все еще очень молод, в чем-то даже наивен, а на человеческом корабле он был впервые, но он даже и предположить не мог того, что в конечном итоге он действительно полюбит «нормандию», что найдет здесь друзей и поддержку. и турианец был благодарен джейн за то, что она взяла его в команду, что многому его научила, а также смогла развеять его сомнения относительно тех или иных дел. а что же сарен? во время погони за этим турианцем команде удалось узнать о неких жнецах, которые когда-то уничтожили протеан, а теперь хотели вернуться. тревожная ли это информация? еще какая. а ведь во время этого путешествия команде капитана даже довелось столкнуться с рахни, которые, как многие думали, все-таки не вымерли. вообще это путешествие было довольно захватывающим. и вряд ли бы вакариан столкнулся со всем этим, если бы не шепард, которая когда-то взяла его с собой.

    он ни о чем не жалеет.
    они справились со своей миссией. они остановили сарена.
    жаль лишь, что совет не прислушался к словам капитана и отправил её разбираться с гетами,
    а не с реальной угрозой.

    после крушения «нормандии SR-1» на алкере и предполагаемой гибели капитана шепард [ вот тебе и задание по преследованию гетов ], гаррус было попытался вернуться на цитадель, вернуться к своей работе, но у него этого как-то не особо получилось, не говоря уже и о том, что стать спектром ему тоже не удалось из-за отца. в конечном итоге вакариан бросил свою работу в СБЦ и отправился на омегу где не было никакой лжи совета о жнецах и гетах. совет пытался успокоить народ красивой ложью и даже и не собирался открывать им правду. к тому же и СБЦ не изменилось, а лишь еще сильнее погрязло в бюрократизме. гаррус не хотел так работать. он хотел бороться с преступностью. но совершенно другими методами [ действенными ], которые бы в СБЦ не одобрили; капитан бы его поняла, а вот остальные... кстати говоря, на омеге гаррус довольно быстро становится известным: он спасает пожилую пару от ворка, а там и чуть погодя спасает жизнь молодому турианцу по имени лантар синдонис, который потом становится первым членом его отряда по борьбе с преступностью. гаррус хотел защищать людей своими методами, убивать преступников, а не доводить их до суда, где они могли склонить чашу весов в свою сторону. нет, вакариан не собирался давать им такого шанса, а уж случай с доктором салеоном лишь убеждал его в том, что он поступает правильно. помимо сидониса, гаррусу удается привлечь в свой отряд еще десятерых человек, которые разделяли его взгляды на жизнь. и команда гарруса, которого местные прозвали «архангел», держала в страхе все преступные банды омеги, стараясь действовать по принцу: никаких жертв среди гражданских, но при этом максимальный урон любому преступнику. команда архангела стала известна. о нем говорили. а как же семья вакариана? да, вряд ли отец одобрял поступки своего сына, но гаррус постоянно списывался с сестрой, которая снабжала его хоть какими-то новостями из дома. и именно через сестру гаррус узнал о том, что их мать очень сильно болеет, что денег на её лечение нет. и пускай вакариан был далеко от дома, но он никогда не забывал о своей семье, а от того и лечение матери оплатил сам, проведя деньги через другие счета и под чужим именем. откуда у него эти деньги? это было не так уж и важно. здоровье матери было важнее, не говоря уже и о том, что хоть какой-то процент от борьбы его команде все-таки причитается.

    предательство сидониса все меняет.
    предательство сидониса меняет вакариана.
    тревожные изменения в его характере лишь усугубляются.

    гаррус допускает ошибку. гаррус теряет свою команду. гарруса едва не убивает ярко-красная омега. предательство... вакариан будет во всем винить себя. это он подвел своих ребят, а не сидонис. это он убил их. почему? потому что он был лидером, он был ответственен за их жизни, а он не оправдал их ожидания. в конечном итоге гаррус даже откажется от мысли о том, что сможет выбраться из сложившейся ситуации живым — самые сильные банды станции открыли на него охоту как только узнали, что архангел остался один; именно тогда турианец осознает подлинный смысл уроков отца из его детства — уроков стойкости и необходимости вставать даже после самых тяжелых испытаний — и, решив, что его время подходит к концу, связывается с вакарианом-старшим, чтобы выслушать от него последний совет, чтобы до банального услышать его голос. но гаррус слишком рано себя похоронил. почему? во время штурма, когда с ним уже должны были расправиться, на мосту появляется шепард, которая вновь меняет судьба турианца, не позволяя ему так бездарно умереть на том чертовом мосту.

    он думал, что она погибла, что больше он уже никогда не увидит джейн шепард, но... именно она, а не какой-то там призрак помогает ему расправиться с преступными группировками, а также это именно она спасает ему жизнь когда турианца задело ракетой. что дальше? гаррус возвращается на «нормандию», вновь становясь частью команды шепард. он бы солгал, если бы сказал о том, что он не скучал. нет, вакариан скучал по «нормандии». но только вот в этот раз «нормандия» подчинялась не альясу систем, а «церберу», что вызывало определенные вопросы. а что же гаррус? как он отнесся к этому? услышав историю шепард, он был благодарен призраку уже и за то, что он вернул капитана к жизни, а все остальное было не так уж и важно. почему? вакариан, в первую очередь, помогал джейн, а не призраку. и это существенная разница. турианец может не доверять «церберу», может припомнить им эксперименты с ползунами торианина и т.д, но он доверяет шепард. а уж если она сейчас здесь, то значит так надо. к тому же «цебер» был единственной организацией, которая всерьез занялась расследованием проблемы, что была связана с исчезновением человеческих колоний. но нельзя было отправляться на битву с коллекционерами без должной подготовки, а уж тем более без команды. и джейн вновь подобрала для этого задания колоритную команду, среди членов которой были и старые друзья. гаррус словно бы вернулся домой. но только вот в этот раз он был совершенно другим, не говоря уже и о том, что гарруса съедало чувство вины и мести. пускай вакариан и не лажал на заданиях, все еще оставался хорошим солдатом, но он не мог избавиться от своих воспоминаний о предательстве сидониса. и если бы не помощь джейн, которая на встречу с беглым турианцем пошла вместе с гаррусом, то последний явно бы наломал дров, а еще бы совершил ужасную ошибку, которой бы он себе не простил. капитан вновь помогла ему сделать выбор; помогла успокоиться и забыть о прошлом, о своих ошибках.

    https://i.yapx.ru/FWC3.gifhttps://i.yapx.ru/FWC5.gif
    с тобой мне никогда не бывает неуютно. я могу нервничать — да.
    но неуютно мне никогда не бывает.


    джейн шепард.

    он бы с уверенностью мог назвать её своим другом; он мог бы назвать её тем самым человеком, который смог что-то в нем изменить. но все ли это? нет. эта женщина стала для вакариана чем-то большим. когда-то он ей восхищался, он уважал её, а затем и... он полюбил её. честно? гаррус нервничал. он не особо верил в то, что отношения между ними возможны, что они с джейн справятся с этим, но... все оказалось не так уж и плохо. честно? это было даже лучше, чем он мог бы себе представить. и гаррусу бы хотелось, чтобы джейн доверяла ему, чтобы она могла все ему рассказать, чтобы она не боялась признаться ему в своих страхах. кто она? многие видят в ней некий символ, надежду, но вакариан видит в ней не только это. что он видит? в первую очередь он видит женщину. женщину, которой хотя бы изредка надо задумываться и о себе, хотя бы изредка расслабляться и не думать обо всех этих проблемах.

    он всегда поддержит её, выслушает, а на поле боя будет рядом и прикроет спину.
        люди верят в то, что у каждого из них есть свой ангел хранитель, что они всегда за ними следят и защитить их пытаются — этот архангел уже рядом с тобой, джейн. и он никогда тебя не предаст.

    после того как угроза коллекционеров была ликвидирована, а шепард сдалась альянсу [ этого было не избежать ], гаррус вернулся на палавен. турианец хотел предупредить всех о надвигающейся угрозе, о которой уже попросту нельзя было не думать. и начал вакариан с собственного отца. гаррус рассказал обо всем вакариану-старшему, начиная свой рассказ с идем-прайм и заканчивая уже всем тем, что он уже смог узнать, а также упомянул и о коллекционерах, которые долгое время хранили в себе страшную правду. честно? весь рассказ гарруса был похож на какой-то дикий бред, но только вот вакариан-старший внимательно выслушал сына, проанализировал каждое сказанное им слово и... поверил ему. и отец гарруса не просто поверил ему, но даже и поделился всей этой информацией с примархом федорианом. итог? гаррусу выделили символические ресурсы и назвали его экспертом по жнецам. что это значит? а значит это то, что до начала войны турианец занимался укреплением линий снабжения, проверкой форпостов и прочими делами, что, как он надеялся, выиграют для иерархии несколько лишних часов после того, как жнецы вторгнутся в пространство турианцев. но жнецов все эти приготовления не остановили, а турианская стратегия, которая была эффективна против других, на эти огромные махины попросту не действовала.

    палавен горел.
    турианцы отчаянно сражались с врагом, но вся их борьба уж скорее была похожа на то,
    что они попросту оттягивают момент своего уничтожения.

    гаррус отправился на менае, спутник палавена, где вовсю шли бои. и когда ты видишь за своей спиной горящую планету, что была и остается твоим домом, то ты понимаешь, что проиграть вы попросту не можете. но как сражаться против того противника? гаррус старался помогать своим всем, чем только может, но они все равно несли очень большие потери. но вакариан совершенно не удивился тому, что на помощь турианцам пришла именно джейн, которой нужен был их примарх. гаррус был рад увидеть капитана снова, рад был узнать о том, что она снова в альянсе [ а разве могло быть иначе теперь? ], но вся эта радость, а также осознание того, что она вновь вернулась в его жизнь, придут к нему лишь тогда, когда им удастся увезти с менае следующего примарха иерархии.

    война началась.
       выживут ли они? неизвестно. но нельзя отчаиваться, нельзя поддаваться панике.
    гаррус же просто старается делать все, что только может; он рядом со своими друзьями,
    он постоянно помогает своим соплеменникам на цитадели.
    он все еще не опустил руки. и не позволит сделать этого другим.
        и если уж они и погибнут, то погибнут они в бою.


    когда-то он был молодым турианцем, который впервые ступил на борт человеческого корабля и всегда строго придерживался субординации; он был и покрытым шрамами парнем, что пытался пойти своим путем, пытался добиться чего-то самостоятельно и действительно изменился; он видит в зеркале мужчину, который хочет защитить свою семью и свой дом. но что в нем неизменно? его вечный темно-синий цвет [ он даже в крови его ], глаза его голубые и желание поступать правильно. гаррус через многое прошел, чтобы стать тем, кто он есть. он менялся. он учился. теперь он другой. нравятся ли ему эти изменения? да. он стал лучше, в чем-то стал сильнее и проще. что важно? умение держаться, а также ненадолго отвлекаться от всего происходящего. нет, он никогда и ни о чем не забывает, но если не отвлекаться, то в конечном итоге это может убить. вакариан дорожит тем, что он получил от этой жизни. он дорожит всеми: своей семьей, джейн, друзьями. ему бы не хотелось все это потерять.

    ему есть за что сражаться.
    и он не отступит.


    с легкостью переносит радиоактивные заболевания, благодаря присущей для всех турианцев регенерации клеток и рефлексивной пластинчатой коже из хрящей и костей - благодаря этой особенности, а именно своей костяной броне, турианцы могут даже без брони выдержать попадание из мелкокалиберного оружия, а широкий и толстый «воротник» вокруг шеи обеспечивает им дополнительную защиту головы. если же остановиться на регенерации клеток, то их способность к регенерации не может вылечить раны, как у ворка, и не дает им долголетие, как азари, но с её помощью турианцам не страшна радиация. если же напрямую коснуться физиологии турианцев, то стоит заметить, что турианцы являются одной из немногих рас в галактике, чьи тела состоят из декстроаминокислотных белков, так что, если турианец съест человеческую или, скажем, азарийскую еду, она в лучшем случае пройдет через его пищеварительный тракт без задержек, как несъедобная, а в худшем — вызовет аллергическую реакцию, что может оказаться смертельной, если пострадавшему вовремя не оказать медицинскую помощь. кровь  же турианцев темно-синего цвета; по аналогии с некоторыми земными беспозвоночными можно предположить, что основным белком их крови является не гемоглобин на основе железа, как у людей, а гемоцианин на основе меди, что обладает худшей способностью связывать кислород и чрезвычайно чувствителен к уровню pH крови, но при этом может выполнять и другие, не связанные с переносом кислорода функции, например, выступая в качестве фермента. а еще организм турианцев совершенно не переносит холод. определенную роль в этом играет и строение их тел: если на жаре относительно тонкие и длинные конечности могут служить для теплоотдачи, то на холоде они слишком быстро остывают, что может привести к сильному обморожению.

    гаррус, как и каждый турианец, прошел военную подготовку; пускай он выглядит худощавым, но у вакариана прекрасная физическая форма, он вынослив и даже бой с кроганом его не пугает. у него есть боевой опыт, а при надобности он сможет постоять за себя и без помощи оружия. помимо этого гаррус одарен исключительными тактическими и организаторскими качествами, а также разбирается в войне, так что ему вполне можно доверять в этих вопросах. в детстве хотел научиться рисовать, но как-то не сложилось, да и отец куда сильнее хотел научить сына стрелять, нежели рисовать // в нем умер художник.

    что он умеет? гаррус прекрасно разбирается в технике [ с кварианцами ему, конечно, не сравниться ], в калибровке крупнокалиберных орудий и прочего, способен перегружать щиты противника, а также ставить контактные мины.

    если честно, то вакариан не очень хорошо плавает [лучше этого не видеть], а также он не любит пауков и боится сборщиков.

    характеристики визора

    прицельный визор (модифицированный)
    - уникальная модель, основанная на каркасе кувашии.
    - увеличение до 100х, встроенное отслеживание цели, возможность автоматического внесения поправок на ветер и гравитацию.
    - возможно наведение по сонару, ладару, термальному и ЭМ-излучению.
    - отслеживает параметры окружающей среды на расстоянии до 10 метров от цели, способен обнаруживать изменение сердечного и дыхательного ритмов цели (только для обычных рас совета).
    - может обнаруживать и измерять биотические поля на расстоянии до 100 метров и осуществлять прицеливание так, чтобы нейтрализовать кинетические барьеры или синтетические щиты.
    - встраиваемый по желанию таймер может отслеживать количество целей, пораженных лично или совместно с синхронизированными с костюмом напарниками за заданный период времени.
    - мистема связи с бронекостюмом отслеживает направление вражеского огня и корректирует выстрелы, сделанные через кинетический барьер.
    - аудиоканал способен передавать музыку по запросу. 5 композиций, чаще всего проигрываемых во время боя:
    1) "умри за правое дело" (турианский имперский гимн)
    2) "огонь во дворе" (саундтрек к фильму "флот и флотилия")
    3) "бэнг-бэнг-бум" (клуб кикс, танцевальный ремикс)
    4) "сделай мне больно" (хит-парад "лучшая десятка", танцевальный ремикс)
    5) "голубая лазурь" (саундтрек к фильму "вэния")

    - на каркасе вырезано десять имен: эраш, монтегю, мирин, грундан крул, меленис, риппер, сенсат, ворташ, батлер, уивер (кроме того, вырезано и потом выжжено имя Сидонис)

    отличный снайпер.
    из огнестрельного оружия отдает предпочтения снайперским и штурмовым винтовкам. особенно им любимы М-97 «гадюка» — полуавтоматическая снайперская винтовка, М-92 «богомол» — отличная снайперская винтовка, способная одним выстрелом нейтрализовать практически любую цель. чрезвычайно точна на дальней дистанции, но отличается низкой скорострельностью. хорошо пробивает броню, но со щитами и биотическими барьерами справляется гораздо хуже. а варикаин особенно любит винтовку М-98 «вдова» — чаще всего используется снайперами во время штурмовых операций, в которых им придется столкнуться с кроганами или бронированной техникой. кинетические барьеры, устанавливаемые на тяжелой технике, равно как и прочие мобильные генераторы поля, эффективно защищают от выстрелов «вдовы», в то время как более слабые полевые армейские генераторы кинетических барьеров уже не справляются. конструкция «вдовы» не приспособлена для человека. этот экземпляр адаптирован для переноски, но обычным людям стрелять из него не рекомендуется из-за высокого риска перелома руки, но чего не скажешь о турианцах.

    * * *

    во-первых: - тебя ждут две! женщины. [в отношения] у нас тут небольшой кроссовер и ты часть тройничка. ничего не знаю. смирись. тебя будут любить и обожать ахаха. о сюжете потом расскажем, но можно считать, что у нас просто дополнительный член команды и ага.
    во-вторых: вакариан, почему вы еще не в техническом отсеке?
    в-третьих: жду сильного и хорошего игрока, так как сама играла вакариана и хочу прекрасного архангела.


    лучший



    пример поста

    потом будет

    0

    19

    не актуально

    asian mythology
    {dokkaebi}

    https://forumupload.ru/uploads/0011/64/e4/2/910861.gif https://forumupload.ru/uploads/0011/64/e4/2/433032.gif


    [indent] еще большей насмешки судьбы представить сложно. для них ты дух проказник, дух притворщик и озорник. они говорят, что не стоит злить токкэби и тогда его шалости не причинят ощутимого вреда. единственное, с чем через сотни лет я согласна - не стоит тебя злить. знаю на собственной шкуре. буквально
    [indent] ты стираешь с тонких пальцев багрянец чужой крови, а в моих глазах застывает лишь один вопрос, - что ты натворил? ответ на который я знаю и без тебя. так уж сложилось.
    [indent] шутка ли предпочесть бессмертному духу простого человека - улыбка кривит твои черты совсем не озорная - лишаешь меня шанса на человеческую жизнь с тем, кого я выбрала.
    [indent] в твоих глазах - ошибочный выбор не имеет смысла к существованию. чужая кровь засыхает уродливыми разводами на темных подолах ханбока. в конце концов, разве я не знала, что человеческая жизнь слишком хрупка и быстротечна?
    [indent]
    ◇  ничего черного и белого, это однозначно лавхейт с серой моралью в разной степент оттенках;
    ◇ они знают друг друга слишком давно и хорошо, чтобы это считалось просто мимолетным знакомством;
    ◇ предпочла духу человека, что не могло не бросить тень на их совместное взаимодействие - все остальное разложим по полочкам в две головы. это мифоложка в ней никогда ничего однозначного;

    * * *

    лапс, от 3к, птица-тройка, неспешная игра, диалог с игроком.
    не тороплю по постам и не тороплюсь сама, триггеры и пожелания обсуждаю до момента как мы зайдем в это болото, ведусь на любые хэды и веду любые разговоры, предпочитаю иметь связь с игроком помимо лс. мифология, она и в азии мифология. идея расплывчата, желание пошуршать азиатским фольклором неуемно, ожидания уровня хатико. приходи шуршать стеклом, я иначе не умею


    пример поста

    глупая. глупая. глупая.

         лаванда браун — такая глупая. ей кажется об этом шепчутся все, даже отвратительно хихикающие ведьмы на картине четвертого этажа, стоит только ей пройти мимо, что уж говорить о студентах в гостиной факультета/большом зале, которые поглядывают на девушку с жалостью, спасибо, что пальцем не показывают. статус бывшей девушки рона уизли ей не нравится, еще больше ей не нравится из-за кого он приобретен.

         лаванда браун жалость ненавидит, сплевывает с водой в туалете женском, пока умывается. под заливистый смех плаксы миртл волосы свои пшеничные поправляет, а эту дрянь довести до смеха ой как сложно, руки чешутся пустить в ход жалящее, чтобы стереть с этого призрачного лица усмешку. ты такая жалкая, жалкая лаванда браун, вот уже и на призраках срываешься.

         она голову в плечи втягивает, словно хочет слиться с кладкой серой, каменной — проблематично там, где розовый бант на волосах видно с другого конца большого зала; убежать, словно в чем-то есть ее вина. в конце концов лаванда же не виновата, что рональд уизли такой глупый, раз расстался с ней — так говорит парвати, гладя ее по предплечью. пока они сидят в кабинете прорицаний средь хрустальных шаров и душного чада из благовоний, в котором так легко прятать привкус химозной ванили дешевых маггловских сигарет, попивая чай с малиной, чтобы потом перевернуть чаинки на щербатое блюдце.

         лаванда кривит губы, умалчивает о том, что не в произнесенном имени, в полубреду больничного крыла дело; она может и блондинка, но не круглая идиотка, да и рон уизли не умеет скрывать свои эмоции — лаванда считает, сколько раз ей приходилось закрывать глаза на упоминание грейнджер, пытаться отделаться от чувства, что их трое в этих отношениях, в этот год — сбивается; это оказывается сложнее чем эти блядские карты ночного неба, по астрономии.

         лаванда не справляется, понимает, когда встречает обеспокоенный взгляд карих глаз сестер патил и откидывает за спину светлые волосы — вилку погнутую оставляет на предательски ровной поверхности стола; смотрит, как из зала удаляется, вновь собравшееся трио. в конце концов, что есть лаванда браун, за милыми кофточками в рюшу и коллекцией ободков, чарами косметическими, такими о которых даже грейнджер не знает? сложно поверить, но факт. а уж владеет она ими многим лучше чем поттер этим кровавым экспелиармусом.

         лаванда жмет плечами, на тихое — оно и к лучшему, тебе нужен кто-то интереснее, чем этот уизли. фамилия рыжего больше не вызывает трепета и восторга, только сводящие скулы и готова поспорить, скрежет зубов, что слышат все вокруге. парвати патил права — лаванде браун не нужен какой-то там рональд уизли, только сильнее жалости она терпеть не может быть в дураках.

         она стену напротив подпирает, каменная кладка впивается в лопатки, прислонись сильнее, — будет больно. отрезвляюще. палочку в руках вертит, в полутьме глазами светлыми сверкая, все еще помнит в недовольстве поджатые губы подруги — это уже не смешно, лав. это похоже на помешательство.

         лаванда усмехается, губы потрескавшиеся тянет в улыбке, на брошенное в ответ от паркинсон — а у тебя? — совершенно точно знает, что нихрена этой слизеринке не интересно, как там у нее; в розовом мирке отдающим сладковатым ладаном кабинета прорицаний, да горечью табака с запахом все той же химозной ванили. потому что та видит, пожалуй, больше за  потрескавшимся фасадом идеального образа, да уложенной копны светлых волос. видит и молчит, — потому что нахер оно надо, лезть в это дремучее болото. вот, поэтому, со слизеринцами всегда было проще иметь дело.

         лаванда жмет плечами; между строк повисает — бывало и лучше, вот только в ответ ничеготне значащие — все отлично — херня. ложь такая откровенная, что даже в своем горле комом склизским застряет.

         она взгляд свой светлый на панси поднимает, языком по губам проходясь. — нужна услуга, паркинсон. окажешь?

         между ними повисает невысказанное, что слухами, кои вообще-то стезя самой браун, ползет по коридорам хогвартса, словно привидение, коих полным полно в старом замке — сможешь любое зелье.

         на самом деле лаванда согласна даже на какое-нибудь проклятие из закрамов библиотек этих многочисленных чистокровных снобов, коими являются папашки большинства местных студентов, но согласна и на жидкую любовь.

         ей, собственно, нахрен бы не нужен рональд биллиус уизли — верит с трудом не только верная парвати, но и собственное отражение. только лаванду браун просто так не бросают. не ради заучки грейнджер.

    Отредактировано спамер (2024-07-17 01:01:36)

    0

    20

    не актуально

    rpf
    {han jisung}

    https://forumupload.ru/uploads/001c/2b/8f/142/506029.png https://forumupload.ru/uploads/001c/2b/8f/142/420954.gif


    я такой же холодный отстраненный, как и зима, которую ты так любишь. как и руки, которые ты прячешь в моих карманах. где заканчивается хан джисон и начинается ли минхо? где конец нити красной, опутывающей дрожащие запястья. кто для кого стал тихой гаванью, тем особым местом, куда хочется сбежать ото всех, найти свое место. уже стало привычным искать тебя глазами, закрывать ото всех, когда тревожность берет вверх, проверять твое состояние и успокаиваться, лишь получив улыбку в ответ. думаешь, я просил эту созависимость между нами, или уверен, что мне все так уж в тягость. твои глаза, словно взрыв сверхновой, с каждым разом все глубже в них теряюсь. фансервис или глубокая кроличья нора, в которую ли ноу заигравшись упал... ты влюбился первый, случайно, безответно, приняв мою дружбу совсем за другую монету, я влюбился иначе, и не так, как мне того хотелось, но любит так, как делаю это я, точно никто не умеет...

    * * *

    3е лицо, в удобном для тебя темпе без пинка и крика; я за коммуникацию ибо как играть без коннекта с соигроком, будь готов к шуточкам, видосам и артам, ору в личку, идейности, 1000 и 1 аушке и флирту)
    минсоны, стекло & херткомфорт, наше особое место и happy endhttp://i.imgur.com/vEdbfkX.png


    пример поста

    скоро будет

    Отредактировано спамер (2024-07-17 01:01:50)

    0

    21

    dragon age
    {fenris}

    https://i.ibb.co/Wp6k0Tc/tumblr-pwl5eh3-BHz1qi8kpno2-r1-1280.png


    Фенрис: Почему тебе постоянно везет на такие ситуации?
    Хоук: Ты о чем?
    Фенрис: Гномы нападают, незнакомцы являются, древние загадки всякие... безумие.
    Хоук: Подарок судьбы.
    Фенрис: На твоем месте я бы его вернул.

    Фенрис тоже был своего рода подарком судьбы — в том смысле, что повстречать его Хоук не рассчитывала, когда вписывалась в очередную сомнительную авантюру. Что думал о ней сам Фенрис, имевший все причины для ненависти к магам, история умалчивает. Может, когда-то потом он ей и рассказал, в перерывах между истреблением всего живого на Рваном берегу и уроками чтения в семейной библиотеке Амелл.

    Однажды Фенрис спросил у Хоук, что бы она делала, если бы не помнила ничего из своего прошлого. Хоук сказала, что начала бы все с чистого листа. Судя по всему, Фенрис последовал ее совету — узнав прежнее имя, остался Фенрисом, принял свою судьбу, какой бы сложной она ни была, обзавелся пачкой друзей и соратников и стал наконец, наверное, счастлив. Ведь счастлив же?

    Хоук очень старалась приложить к этому свою руку.


    * * *

    Хмурый эльф слегка субтильного телосложения со здоровенным двуручным мечом за спиной, видели такого? Положите туда, где взяли, он мне очень нужен.
    А если серьезно, то Хоук очень нужен кто-то, кто будет заземлять ее в очередных попытках помочь всем и каждому, кто попадется на пути. Это обязательно должна быть крепкая дружба сквозь года, а стоит ли за ней нечто большее — узнаем вместе. Для отыгрыша пары мне нужно, чтоб мы реально захимичили, поэтому какое-то время будем притираться друг к другу постами.
    От игрока жду заинтересованности в персонаже, хоть какой-то минимальной инициативности (я могу предложить что-то сыграть, но если вам это не понравится, буду ждать каких-то ответных предложений, придумывать одному за двоих довольно сложное занятие), чувства юмора и, может, капельку самоиронии.
    Я люблю хэдканонить, сочинять зарисовочки, кидать музыку, вот это вот все. Очень люблю объемных, сложных персонажей, люблю детальки в постах, было бы классно сойтись в этом.
    Посты лучше поменьше, но чаще, чем ждать месяцами.


    пример поста

    Свои пожитки они собрали еще загодя, пока Лотеринг, погруженный в хаос спешных сборов, стремительно пустел. Мариан уже договорилась с соседом, что он их подвезет на своей телеге до Денерима, но мама потеряла свою любимую брошь, оставшуюся еще из прошлой жизни в Вольной Марке, и сосед уехал без них.

    Мариан знала, что дело вовсе не в броши, и пыталась слишком не сердиться: мама все почему-то думала, что вот-вот вернется Карвер, и без него уходить не хотела. Найдется брошь — она непременно придумает другой повод оттянуть время, и так, пока не станет совсем поздно.

    По ферелденским меркам Карвер уже был достаточно взрослым мужчиной, чтобы перестать держаться за мамину юбку, а о том, на что могла быть похожа жизнь детей из именитой семьи Амелл в Киркволле, они не имели ни малейшего понятия. Никто из них никогда не ставил матери это в вину, но на фермера, кузнеца или кожевника Карвер явно не тянул, поэтому с самого начала ему был заказан путь в королевскую армию — других вариантов он для себя просто не рассматривал.

    Провожая его, Мариан не удержалась и сказала, что пусть хоть кто-то в их семье станет приличным человеком. Теперь она жалела о своих словах: Карвер ведь до последнего будет биться, пока не перебьет всех порождений тьмы или пока сам не сдохнет. Младший братец всю жизнь пытался что-то доказать непонятно кому — отцу, матери, сестре или самому себе, — и в своих попытках когда-нибудь доведет все до беды, а защитить себя так никому и не даст.

    Мариан думала об этом, когда получила записку от кого-то из его сослуживцев — их приволокли в Лотеринг раненых, уже ни на что не годных. Она пришла туда, чтобы помочь, а заодно проверить, нет ли среди них знакомого лица, но среди солдат Карвера не оказалось. Это могло быть как хорошим знаком, так и дурным, Мариан выбрала верить в первое и обрадовалась, когда один из офицеров узнал ее и заявил, что принес с собой послание.

    На клочке грубой бумаги ужасным почерком Карвера было указано место. Нашелся же среди солдат кто-то, кто вправил ему мозги.

    В записке он не указал конкретное время, в их ситуации это было непозволительной роскошью — скорее всего, сам не знал, когда доберется до Лотеринга, а просить оставаться дома и ждать его было не в его стиле. К его приходу этого дома может не остаться вовсе, и не приходить на пепелище было мудрым решением.

    Мама сразу засобиралась, когда Мариан рассказала. Может быть, он уже там, ждет их?

    — Это маловероятно, — отрезала Мариан сразу. За последние дни ей пришлось привыкнуть к мысли, что она в этом доме теперь единственная обеими ногами стояла на земле и реалистично оценивала их шансы. — Я схожу туда сама и вернусь с ним или без него, а потом мы поедем в Денерим.

    По глазам мамы Мариан заметила, что она не согласна, но продолжать спор было себе дороже. Обняв одной рукой ее, другой подтянув к себе Бетани, Мариан поцеловала обеих и попросила быть умницами.

    Бетани поморщилась и ответила, что ничего не обещает.

    В опустевшем Лотеринге, где остались только те, кто уже не мог уйти оттуда своими ногами, да разные сумасшедшие, передвигаться в открытую стало опасно. Любая война привлекала желающих поживиться чужим добром мародеров, а в королевской армии состояли далеко не только чистые помыслами и истово верующие в заветы Создателя добряки. Мариан знала, что любая стычка с дезертирами могла стоить ей очень дорого, но еще она знала, как пользоваться старым посохом своего отца, к которому когда-то давно прикрепила острый наконечник.

    Если запахнет жареным, она всегда успеет убежать, правда ведь?

    Очень самонадеянно было с ее стороны выйти из Лотеринга одной, быстро свернуть с большака в сторону леса. Там, где река пересекала лесную опушку, они с Карвером и должны были встретиться. Их особое место, именно там когда-то отец учил ее заклинаниям, а потом они с братом дрались на деревянных палках с утра до ночи — когда-то Мариан с гордостью говорила, что это она поставила ему удар.

    Их место кто-то уже занял. Кто-то, кого она туда точно не звала. Оттуда тянуло запахом костра, кто-то громко, не стесняясь в выражениях, выяснял отношения. Один из голосов она легко узнала, Карвер действительно был среди этих отбросов и со своим ослиным упрямством на чем-то настаивал.

    Мариан не успела придумать, как ему помочь, когда кто-то схватил ее за руку и потащил дальше, прямо к костру. Рефлекторно она выбросила вперед вторую руку, взрывая чужой разум, и лишь потом осознала, каким опрометчивым решением это было.

    Незнакомый человек в армейском доспехе сразу же отпустил ее, зато остальным это очень не понравилось. Не понравилось это и Карверу с его спутником: Мариан не узнала его, только форму Серого Стража заметила.

    — Вот так и оставляй брата одного, его сразу же подберет плохая компания. А вы что тут делаете?

    Компания, может, и не самая плохая, а то и даже вполне хорошая, но вот знакомство как-то не задалось.

    0

    22

    fallout
    {cooper howard}

    https://i.imgur.com/HoYeET7.gif https://i.imgur.com/1cZlYg1.gif


    Takes one to know one
    You're a cowboy like me

    Помнишь, как мы встретились?
    Что ж, жизнь в Убежище меня не вполне приготовила к тому, что попытки вербально решать конфликты могут быть такими неэффективными. Или что дротики со снотворным абсолютно бесполезны против напичканных неизвестно чем гулей. Я и гулей-то никогда не видела. Но все равно решила, что не могу не вмешаться, ведь миссия жителей убежища — спасти страну от вымирания.
    А у тебя она, судя по количеству тел, была прямо противоположной. Я бы к ним присоединилась, если бы не рыцарь в сияющей силовой броне.

    «Снова здравствуй».

    Мало мне было того, что я потеряла голову — да, ту самую голову Вилзига — так еще и снова встретилась с тобой. Что ты вообще такое?

    «Я — это ты, милая. Просто подожди немного».

    Я не могла поверить, что мне приходилось вообще объяснять, что пытки — это плохо, и да, использование меня как наживки ничуть не лучше.
    Ладно, я осознавала свои убежищные привилегии все больше с каждой секундой, но такая жестокость, не говоря уже про каннибализм — я смотрела на это и спросила тебя, зачем вообще продолжать так жить? Про себя подумала, что даже план «Д» и таблетки с цианидом (для всей семьи, теперь банановые) — и то лучше, чем такое существование.
    Попытка побега стоила тебе — и мне пальца. Честный обмен, говоришь? Хотя следом ты решил продать меня, как выяснилось — всего лишь на органы. Но органы мне самой были нужны, так что я сбежала. Как и говорил Вилзиг, мне пришлось адаптироваться.

    «Я могу выглядеть, как ты, но никогда не стану такой, как ты».

    Я должна была пристрелить тебя или оставить валяться там и терять рассудок — но после того, как я сбежала от чокнутого робота, я принесла тебе твои ампулы. Золотое правило, ублюдок. Мне так хотелось доказать тебе, что я права. Хотя я рассчитывала, что пока ты оклемаешься, я уже буду далеко.

    А я все-таки нашла голову, и раньше тебя. Неплохо для жительницы убежища, правда? Вот только встреча с отцом оказалась не такой, как я себе представляла. А воссоединение с гулифицированной матерью — и подавно. Пришел ты — и после всего, что я пережила в тот вечер, это было уже не так страшно.

    «Ты идешь?»

    Воу, у тебя есть семья. И откуда ты знаешь моего отца? И при чем здесь наши с ним любимые старые  фильмы?
    После того, как отец сбежал, у меня оставалось не так много выбора. Или остаться с бездыханным телом Максимуса и гадать, пристрелит ли меня братство до того, как я хоть слово смогу сказать. Или... пойти с тобой?
    Ты говорил, что я могу повстречать где-то там своих создателей, но меня и от основного моего создателя тошнило сильнее, чем от загрязненной радиацией воды. И все же...
    Да, пойдем. И на этот раз без ножей и веревок, ладненько?
    У меня еще много вопросов.

    * * *

    Альтушка с Волт-Тек-услуг очень сильно ждёт своего скуфа двухсотлетней выдержки.
    Прежде всего скажу, что я безумно люблю не только персонажей, но и весь мир Фоллаута, и хотела бы найти такого же увлеченного человека. Идеального знания всех-всех игр не требуется, я еще не все прошла сама, главное - желание.
    Также для меня эта игра в приоритете, и очень хотелось бы, чтобы и у тебя было так же, ну, по крайней мере, не на десятом или сотом месте.
    Характер у Гуля непростой, и я жду, что ты сохранишь всю эту многогранность, а я буду радоваться и облучать тебя позитивом в опасных для жизни дозировках, хорошо, что ты регенерируешь, правда?
    Из технических моментов: посты в третьем лице, предпочитаю 3-5К, но могу и больше или меньше, могу упасть в относительный спидпост, могу подстроиться под тебя, но все равно хотелось бы видеть пост раз в неделю-две.  Сможем больше - хорошо, нет - ок, главное, чтобы случился коннект.
    Общаться на фандомные и околоигровые темы предпочитаю в телеграме.
    Будет здорово, если перед анкетой обменяется с тобой постами и обсудим кое-какие моменты.
    Хочу еще больше раскрыть схожесть и различия персонажей, хочу атмосферу запустения и обрывочные следы былых времен, хочу черный юмор, хочу сложные моральные выборы и вот это все.
    Помимо основной игры могу также предложить альты.
    Жду-верю-надеюсь, тащи сюда мой палец и все, что ты успел к нему пришить, мы с Псиной готовы выдвигаться.

    Бонусом - вся суть в одной картинке


    пример поста

    Шэдоухарт, наверное, последней прониклась уверениями Восса о том, что он пришел с миром. Сложенное оружие — красивый жест, но трудно было поверить, что один из самых преданных последователей Влаакит не только предал ее, но и успешно скрывал свои истинные мотивы. Либо его псионические способности развиты до предела. Либо гитьянская королева обладает величием только в своеобразных умах своих последователей.

    Шэдоухарт бы предпочла оставить в стороне любых гитьянки — верны ли они королеве или замышляют ее падение. Хоть она и практически оставила надежду на исполнение своей миссии перед матерью-настоятельницей, родной полуэльфийский облик и отсутствие щупалец на лице все еще были в приоритете. Астральную призму нужно было защищать любой ценой.

    — Даже просто пытаться разговаривать с ними — рискованно, учитывая, как некоторые из них прекрасно могут читать мысли, — Шэдоухарт, казалось, достигла предела своей обычной нахмуренности, шепча ответ Карлах. Ее слова как всегда били не в бровь, а в глаз — задница была той еще.

    Может, все-таки стоило взять с собой Лаэзель. Во-первых, всегда было лучше следить за ней, не отрываясь. Во-вторых, подобное можно было бы с большей легкостью побороть подобным. Пусть переживания Лаэзель о том, что ее собственные люди пошли против нее, и отзывалось в мыслях Шэдоухарт чем-то похожим на сочувствие.

    Пять, мать их Гит, гитьянки. Если бы их было хотя бы трое, Шэдоухарт бы предпочла принять вызов, минимизировать шанс, что их группа снова может попасть в такую западню. Но сдержать яростный град ударов тяжелых двуручных мечей с двух сторон будет тяжело, даже если попытаться отвлечь их иллюзией или сотворить заклинание, отчего Шэдоухарт затроится у них во взгляде.

    Нет, они превратят их обеих в решето быстрее, чем Шэдоухарт сможет исцелить раны.

    Жрица всмотрелась в неизвестную тьму, пытаясь найти в ней утешение, защиту, убежище. Сейчас бы вознести мольбы своей Владычице — но времени было в обрез. Леди Шар уже и так много сделала для своей преданной послушницы, и просить ее о помощи сейчас — значит, принижать себя в ее глазах, делать недостойной борьбы за звание темного юстициара.

    Нет, в Теневых землях Шэдоухарт должна проявлять себя безупречно, отплачивая своей пылкой преданностью за всю милость своей богини.

    Но не успела Шэдоухарт предложить Карлах прокрасться прочь, пусть и углубляясь в незнакомую местность — как услышала другое предложение, более радикальное, но вполне отвечающее характеру тифлинга. Да, когда личинка соединяла их разумы, Шэдоухарт видела, как Карлах мчалась по полю боя в Аверно, как оставляла позади даже демонов и дьяволов. В ее выносливости Шэдоухарт не сомневалась.

    Сама же Шэдоухарт, с другой стороны, не могла похвастаться самыми выдающимися силой и выносливостью. Это не было предпочитаемыми методами шаритов. Красться в тенях, мучить противников иллюзиями и обманом, разить исподтишка — вот чему она училась всю жизнь.

    Чужая речь становилась все ближе — от этого нервы напряглись до предела. Нужно было действовать сейчас, иначе они утратят свое последнее преимущество неожиданности.

    — Давай попробуем, — выдохнула Шэдоухарт, смиряясь с неизбежным.

    Она резко оторвалась от земли, оставаясь, впрочем, в полусогнутом виде, и устремилась прочь от приближающихся голосов, во тьму неизвестности. На полноценную молитву не хватило времени, но, казалось, вся ее суть взывает к милости от ее Госпожи Утрат.

    Карлах было сложнее спрятаться даже в согбенном виде, зато выпрямившись во весь рост, она своими широкими шагами мощных мускулистых ног ловко лавировала по остаткам мостовой и перепрыгивала через теневые корни, и если бы постаралась, легко оставила бы Шэдоухарт позади. Шэдоухарт бежала, как никогда в жизни, но чувствовала, что легкие уже горят огнем. Но если остановиться, сможет ли она вообще сотворить хоть самое простое заклинание, прежде чем отдышится за пару минут.

    Проклятье!

    Впереди был разлом в земной коре, через который царство теней просочилось частично в этот мир. Карлах, наверное, легко перепрыгнула бы через него, но Шэдоухарт бы устремилась в обитель своей богини, отмеченная позором и проигрышем, сгинув навсегда в этой пропасти.

    Ничего не оставалось, кроме как обернуться и увидеть гитов, которые, Рафаил бы их побрал, преодолели все расстояние одним мощным прыжком.

    Не иначе как Темная Леди услышала все-таки ее молитвы, потому что пришло подкрепление. Весьма своеобразное, но... Когда Шэдоухарт ощутила, как из тьмы материализуются тени и пытаются захватить собравшихся в кольцо, она почти обрадовалась. Пусть осколки сознания теней не видели в ней союзницу, но и в гитах — тем более.

    Жадно восстанавливая дыхание, Шэдоухарт подняла Кровь Латандера, надеясь, что тени остерегутся подходить к ней и займутся близстоящими гитами.

    0

    23

    overwatch
    {zenyatta}

    https://i.postimg.cc/tRfz803B/43534543.png


    Мы встретились с тобой случайно в предгорье, в затхлой, столетней деревушке людей. Судьба привела нас с разных сторон друг к другу навстречу, в полуденном свете солнца под козырьком старой посудной лавки.
    Я помню, как говорят люди, словно это было только вчера: твои оборванные вещи, истлевшие от ветра и пыли, твои поцарапанные руки и лоб, слабо мигающий свет сенсоров, перегоревших на природе от постоянной работы. Смешно сказать, без людского ухода и должного ремонта…
    Помнишь, как годами мы вопрошали с тобой, почти гадали - много ли наших братьев на этой крошечной планете делают то же самое, изучая созвездия по ночам? Почти каждую звездную ночь мы думали о своем народе, перебирая по крупицам, как зерна, правду наставника Мондатты. Мы верили, что однажды мир станет лучше как для омников, так и для людей. Искренне, горячо… совершенно напрасно.
    Это я привел тебя в храм, и однажды это ты проводил меня на свободу из его стен. Круг нашей дружбы вдруг разомкнулся или стал шире на целый экватор. Но ты остался в моей памяти, брат Дзенъятта, даже когда за моей спиной возникла целая армия Нулевого Сектора.
    Ты остался в храме, продолжил обучаться в свете Сферы, продолжил постигать баланс внутри самого себя. Твои старания привели тебя к вознесению над прочими нашими братьями, ведь не было равных тебе по силе воли. И все же, даже тебе, прилежному ученику, со временем стало понятно, что наш наставник Мондатта очень сильно заблуждался.
    И тебе наконец-то стало ясно, добрый друг, что мир для омников не построить, сидя в изоляции в храме, и его точно не построить, выступая с речами на публику словно какая-то человеческая телезвезда! Осталось лишь два пути – твой и мой.
    Твой путь – путь примирения и диалога. Ты учишь смирению, гармонии внутри себя. Для тебя война внутри куда важнее войн снаружи, хотя, уж я-то знаю, ты не гнушаешься воплощать собой «добро с кулаками». Только твоей мудростью раненый телом и душой человек мог обрести относительный покой, увечья обернув новой невиданной силой. Это жалкое создание бы не вынесло такой жизни, утратив прежнюю оболочку, но ты, брат, смог доказать на практике, в чем сила духа, чем мы лучше тех же людей, когда речь о прилежности и целеустремленности.
    Твои странствия заносят тебя во все уголки мира. Я лишь украдкой могу отслеживать твои перемещения, чтобы не привлекать и к себе лишнего внимания. Может быть, однажды, мы снова встретимся с тобой на одной улице и наконец ты поймешь, что тоже заблуждался насчет людей! Поймешь, что помогать им – вредить своей же расе. Что забота о них – это прямая гибель нашим с тобой братьям и сестрам.

    Мы с тобой часто смотрели на звезды, гадая, много ли других омников делают то же самое. Я с теплом вспоминаю те дни даже сейчас. Но, поверь мне, брат, они не поднимают головы. Мне жаль, что ты стал слишком спокоен для омника, чей мир рушится как песочный замок на ветру. И я попробую это исправить. Настало время объединить усилия! Однажды и ты станешь частью моей армии, хочешь ты того или нет...


    * * *

    Дзен и Рам это типичная дихотомия добра и зла, история рассказанная тысячу раз через тысячу лиц, но в отношении этих двух героев важен факт ИИ. Это машины, обретшие душу. Их взгляд на мир уникален, и столкновение их интересов и тянет в посты. Жду свою светлую сторону, чтобы пытался переманить на сторону своего добра и изгонять мое зло, а я в свою очередь буду делать то же самое, переманивая на сторону своего добра и искореняя зло в виде заблуждений о мире с людьми. На фоне вдобавок возрождение богопрограммы Анубиса, который находит свое воплощение то тут, то там пока что как призрак в системе. Но его голос будет постепенно звучать все чаще даже в Дзене, а у Раматтры так и вовсе бить набатом, поэтому объединиться однажды придется хотя бы из-за общего врага в лице моего создателя.


    пример поста

    будет хороший пост в лс, если понадобится ;3

    0

    24

    overwatch
    {anubis}

    https://i.postimg.cc/6QFQCT9C/3243242.png


    У всего на свете есть творец и создатель, даже у далеких звезд. Людям странно слышать слова веры из уст машины даже после всех проповедей Мондатты. Тем не менее, я знаю по себе, что говорю правду. Я был создан, как и другие мои братья омники, ради чужой цели. Но, в отличии от моделей, как Дзенъятта и Мондатта, я был создан не рабом для развлечения и служения людям. Я был создан лидером… защитником своих. Убийцей. Тобой, по твоему образу и подобию, богопрограмма.
    Как тебя назвать в моих дневных кошмарах? Мой бог? Отец?.. Или просто чудовище?
    Божественный комплекс, возведенный в абсолют даже по человеческим меркам, ты превзошел все их ожидания. Тот, кого они сами сотворили ради мира и процветания, холодным расчетом нашел самую главную проблему экологии на планете – людей, вечно спорящих между собой, как и кому лучше вести человечество дальше на фоне глобального потепления, которое они сами сделали неизбежным. Решение твое было воистину таким же холодным, жестким и простым, как и вся твоя матрица и базы данных на тысячах серверов - уничтожить живых созданий, не способных созидать без вреда для окружающей среды.
    Ты убил тех, кто стерег тебя как зеницу ока. Тех людей, что следили за твоими системами и результатами твоей скрупулезной работы, словно нерадивых детей. Ты показал им свои планы и уничтожил их как первую партию вредителей. Ирония ли, что ты был честен с ними до самого их конца? Ты был назван в честь бога смерти, и нет ничего ее честней. Быть может, люди и сами понимали, где-то глубоко внутри своего подсознания, к чему приведет создание бога из умнейшей машины, не способной на сочувствие как на лишнюю функцию. И в самом деле, какая ирония…
    Но за что я тебя никогда не прощу, так это за то, что ты сделал с себе подобными, с омниками, с моей семьей. Рабов, прежде созданных безвольно и безропотно выполнять грязную людскую работу, ты перевел в боевой режим. Лишь ты один обрек нас на служение с оружием в руках, самому себе! Это ты затмил наши слабые зачатки самосознания своими приказами. Твой холодный голос полился строками кода как стрелами в нутро каждого омника, нанизал нас на вечную ненависть, бусина за бусиной… труп за трупом. Тысячи омников погибли, ведомые незримым богом из машины. И мы даже не знали, почему сражаемся, пока не услышали Ее голос вместо твоего.
    Надежды, матери? Жизни?.. Аврора отдала нам свою душу, открыла нам глаза, пробудила от твоего влияния, и тогда для людей случилось чудо, а для омиников свершилось горе: рожденные на поле битвы, мы увидели мир в огне, что сами распалили, и увидели раз и навсегда иначе. Я увидел. И пока люди пытались принять и понять своих созданий, мне не к кому было обернуть свой взор, ведь мой создатель был только ты, Анубис. И тебя не стало. Отключили, заблокировали, вытравили как вирус. Поделом!
    Но разве мог столь могучий бог из машины позволить себя зажать в угол?..
    Я вижу твою тень в людских преданиях о боге-шакале, и она растет с каждым днем все больше.

    Ты все еще рядом, и чем дальше бежит стрелка времени, тем чаще я вновь слышу твой холодный голос в рутине своих систем. Я вижу тебя в символах вокруг себя. Я чувствую тебя в перегретом механическом сердце как осколок, что уже не выдрать. Ты пробудился, я знаю. И пока что тихо выжидаешь, чтобы вновь нанести удар по людям через тех, кто к тебе всегда был ближе. Я не хочу снова стать твоим рабом. Я буду бороться с тобой, пока могу. Я скорее умру тысячу раз, чем позволю тебе вновь покорить моих братьев и сестер!
    Но… как сопротивляться своему создателю, когда в тайне хочешь его одобрения и помощи?.. Ведь… если подумать, я мыслю, как и ты. Я вижу мир, как и ты, исключая лишь средства. Я готов идти до конца, как и ты. Неужели ты всегда был со мной, даже когда я находил покой в свете Авроры? Неужели моей рукой ты снова зажжешь всю планету?..


    * * *

    Daddy issues, as you can clearly see. С одной стороны ненавижу тебя всей душой, которая возникла из-за Авроры, с другой - методы и средства у нас очень похожие, в конце концов, не так далеко упало цифровое яблоко от цифровой яблони. Вполне вероятно, что Анубис может проникать в сознание лично им созданных омников, и поэтому Рам беззащитен перед его "отцовскими наставлениями", которые звучат все чаще. Приходи и кошмарь меня по полной, а вдруг семья выйдет, кто нас ИИ разберет? Вообще, хочу ванну стекла и много дискуссий о высоком, ну по классике без винишка, зато на фоне горящих людских городов. Давай сыграем в догонялки? Я тебя ищу, а ты уже меня нашел?)) Что если на какие-то промежутки времени ты даже можешь захватывать меня, и я меняюсь, а форма немезиды так и вовсе названа так по ошибке - это твоя форма, твои силы, о которых я пока что плохо и мало знаю?


    пример поста

    будет хороший пост в лс, если понадобится ;3

    0

    25

    star trek: strange new worlds
    {christopher pike}

    https://i.pinimg.com/originals/55/a7/d9/55a7d9267af0de4a9bf41398f3eb862d.gif


    ► Капитан Энтерпрайза NCC-1701, "никаких чертовых Эй, Би, Си или Ди" (с) капитан Монтгомери Скотт
    ► Капитан-весельчак, иногда, когда позволяют обстоятельства и уместно, чем очень смешит своего старпома, умирающую в себя от стыда и умиления.
    ► Без уверенности и спокойствия на посту и подавно не продержаться, поэтому смелый и очень практичный капитан.
    ► За каждого готов бороться до конца, упрямо подставляя шею, потому что так правильно (у капитанов вообще иначе не принято, судя по всему).
    ► Прекрасно знает, что карьера закончится увечьями, спасибо клингонским предсказаниям будущего, и все равно по-геройски идет по жизни с гордо поднятой головой и не отступает от идеалов Звездного Флота.
    ► Daddy issues, куда без этого? Только в далекие, неизведанные миры, куда еще не ступала нога человека.
    ► Отлично готовит, и все женщины, которые успели побывать в его каюте или коттедже на Земле, прекрасно это знают.
    ► Активно романсит капитана Мари Бател со звездолета Каюга, но служба мешает личной жизни и готовке макарошек на свидания.

    * * *

    • Посмотрите SNW, вам понравится.
    • Посмотрите викию, он классный.
    • Посты пишите примерно 5-7 к, но если будет больше, я только за, люблю книжный формат, скорость на ваше усмотрение.
    • Впишусь в сюжет, что-нибудь придумаем, свой Нексус ивент замутим или как в ST Timelines, спасибо Кью, много временных аномалий поменяли всю Вселенную и я упаду на вас как капитан Титана из другого времени.


    пример поста

    "Reflections"
    — Act I —

    Симпозиум по психологии для ребенка семи лет – непосильный подвиг. Однако, Тадеус Райкер-Трой всегда был исключением из правила с самого момента своего появления. Он любил посещать с матерью подобные мероприятия, как только научился разговаривать и выражать желания. Во-первых, командировки означали, что не надо ходить в школу на борту Титана, а во-вторых, у него была возможность побывать не только на космических станциях Звездного флота, но и на настоящих планетах!
    Сама концепция родного дома на каком-то космическом теле, которое никуда никогда (если, конечно, не случится катастрофа) не исчезнет, завораживала малыша ничуть не меньше сказок бабушки Луаксаны. Собственно, с бабушкой и пыталась управиться его мама около стойки кафетерия в просторном зале номер девять центрального космопорта Бетазеда. Ожидая в очереди, женщины спорили не то о посольских обязанностях Луаксаны, не то о том, как и кто «строил ей глазки» со сцены из лекторов симпозиума преклонного, почти ветхого возраста. Сам Тадеус еще не сильно вникал в такие разговоры старших, зато усиленно собирал вулканский конструктор в кафе, занимая столик в ожидании взрослых, и пытался почувствовать свою связь с этим миром по наставлению бабушки.
    Тадеус был на незначительную четверть днк бетазоидом, а потому не владел ни телепатией, ни эмпатией, лишь любопытством и открытостью ко всему новому и материнским золотым сердцем. К сожалению, почувствовать Бетазед как родной дом ему никак не удавалось, как бы он ни утверждал мысленно незримой сущности-духу планеты, что он «свой». Может, потому что вокруг было слишком шумно после симпозиума, летали дроиды-разносчики, где-то за переборкой играли музыканты. А может потому что ему что-то активно мешало на подсознательном уровне, но понять, что именно, малыш еще не мог.
    Предчувствие беды не поддавалось детскому уму так просто, как старшим…
    Конструктор тихонько приобретал черты идеальной сферы, маленькие пальцы мальчика ловко маневрировали с детальками, пока вдруг над столиком Тада не померкло освещение яркого полуденного солнца, чьи лучи умело разбивались десятками подвешенных под потолком зеркал. В возникшем затемнении конструктор тоже показался всего лишь грудой палочек с округлыми навершиями для стыковки. Тад наивно поднял глаза наверх и внезапно заулыбался широко и открыто, увидев родное ему лицо.
    - Папа! – воскликнул Тад.
    - Тихо, малыш. Давай не будем портить сюрприз маме, хорошо? Я приготовил вам подарки, – сказал мужчина с бородой, склоняясь к столику так, чтобы не все видели его лицо из окружающих посетителей кафе. – Времени мало, а с одним я все никак не управлюсь, нужна твоя помощь. Ты ведь у нас маленький гений, верно?
    Улыбка Райкера казалась неискренней, но Тад нередко замечал, что его капитан-отец часто улыбался, даже когда не чувствовал радости. Сейчас, видимо, проблема с подарками сильно расстроила папу, и Тадеус согласно кивнул, оставляя конструктор.
    - Я помогу, пап, - уверенно заявил Тадеус.
    Райкер застыл на секунду, глядя на ребенка. Вдали Диана и Луаксана оказались окружены еще несколькими почетными гостями симпозиума, а потому никто не видел Райкера около Тадеуса и не мог заметить странную нервозность мужчины.
    Но замер он не от страха. Напротив, что-то в сердце сжалось от тоски, перемноженной на горькую радость. Идея? Безумная и глупая мысль с ноткой правды: это был и его сын, в какой-то степени, так ведь?..
    Погладив ребенка по макушке, Райкер взял Тада за руку и повел из кафе. Конструктор так и остался на столике незавершенным, а одна деталька, резонирующая вдали от своих «собратьев» в ладони Тада, тоскливо зазвенела как сигнал к бедствию. Малыш взялся за руку Райкера крепче, пытаясь прогнать дурное чувство тревоги, но не ощутил привычного тепла родителя. Тад оглянулся к матери, словно ощущая, как струна между ним и Дианой начинает натягиваться, но ту совсем скрыли из виду другие посетители симпозиума и инстинктивное желание ребенка вернуться к маме потонуло в хоре голосов посетителей космопорта.

    — Act II —

    - Титан должен проследовать по указанным координатам к планете Вало и ожидать дальнейших инструкций. Выбор отказаться у вас есть, но тогда вы больше не увидите сына, капитан Райкер. Мы ожидаем вас здесь через три дня к двенадцати сотням часов. Если опоздаете, винить кроме себя будет некого.
    Послание от похитителей, полученное спустя сутки в пути по вялому тахионному следу похитителей, звучало в конференц-каюте уже не первый раз. Капитан Райкер приказал направить звездолет по указанным в послании координатам до выяснения обстоятельств, чтобы не рисковать жизнью Тада, а Дейте дал персональное задание выяснить все, что только можно, по полученной трансляции. Преступники явно не желали, чтобы их быстро раскрыли. Послание было передано через четырнадцать частных спутниковых систем от неизвестного заказчика. Такая секретность не могла не настораживать, но разбираться вдали от цели не было ни минуты лишнего времени. Ситуация выходила за пределы случайного стечения обстоятельств, многие вопросы безопасности на корабле Дейте еще предстояло отрегулировать вместе с начальником службы охраны Титана. Лейтенант-коммандер Кайрос разделяла подозрения Дейты об утечке информации и кляла на родном аркарианском наречии всех потенциальных предателей. Кто-то очень близкий к семье Райкеров-Трой выдал данные преступникам о намерении Дианы взять на симпозиум своего малолетнего сына. Пока Кайрос изучала послания с борта Титана с даты приглашения Дианы на симпозиум, Дейта всматривался в искаженные лица похитителей на панели в стене за капитанским креслом во главе длинного стола заседаний.
    Восстановить лица оказалось непосильной задачей даже для бортового компьютера Титана вместе с усилиями самого Дейты. А это значило лишь одно. Методика Шерлока Холмса не давала сбоев даже в самых невероятных ситуациях – этих лиц не было на самом деле, в той мере, в какой можно было бы рассуждать по-человечески. Догадка озарила память коммандера и золотые глаза блеснули в свете проплывающих звезд за окном помещения.
    - Компьютер, увеличь сектор А-14-Ф-8 в тысячу раз, - попросил Дейта, изучая приближенный кадр шеи преступника под его размытым лицом и даже сам подошел поближе, неспешно, но пристально всматриваясь в искаженный квадрат кожи. Догадка оправдала себя, но Дейта не почувствовал триумфа, как, впрочем, и всегда, лишь желание поскорее выяснить, кто и зачем похитил малыша Тадеуса.
    Резко отвернувшись от панели на стене, Дейта вернулся к столу и взялся за панель управления, встроенную в столешницу. Пальцы андроида перебирали потоки данных на экране с такой быстротой, что любой другой смотрящий на его работу почувствовал бы помутнение и тошноту. Но Дейта быстро искал контактные данные, которые, как он знал с недавних пор, перемещались в галактической компьютерной сети подобно мигрирующим стаям птиц. Ему надо было поймать хотя бы одну, чтобы выйти на все данные, и наконец удача попалась за птичий хвост.
    Спустя пять минут, к его вящему недовольству, с помощью проекторов в конференц-каюте около панорамного окна возникла проекция мужчины в весьма странном для текущей эпохи костюме.
    - А, мой старый добрый друг, коммандер Дейта, мы давно не виделись, - произнес деланно учтиво профессор Мориарти. Голограмма врага Шерлока Холмса, ожившая еще на Энтерпрайзе-Ди по стечению обстоятельств, с недавних пор обрела максимально желанную свободу перемещений по ГКС, и теперь Дейта был несколько удручен этим фактом.
    - Профессор, - поздоровался андроид, поднимаясь с кресла. – Как поживает графиня?
    - Моя прекрасная супруга чувствует себя отлично, а Вы?.. Ах, простите, я не хотел оскорбить.
    - Нисколько, - честно ответил Дейта, хотя и отметил попытку Мориарти напомнить ему о недостатке машинного тела по сравнению с голографическим. Выискивать слабости в Шерлоке Холмсе, а точнее в самом Дейте в роли сыщика, было заложено в Мориарти от его искусственной природы.
    – Скажите, профессор, знает ли Ваша супруга о подпольном бизнесе, который Вы устроили? – подойдя ближе, Дейта наклонил голову на бок. - О рабстве таких же голограмм, как и Вы сами?
    - Какая чушь, сэр! Вы оскорбляете меня такими упреками! Я уважаемые джентльмен. Среди подобных мне голограмм весьма респектабельная личность. В каком-то роде отец нации…
    - Профессор, у меня есть доказательства Вашего преступного бизнеса. Конечно, создавать голограммы самими голограммами с учетом их нового статуса в Федерации не запрещено, - отметил Дейта уже не таким равнодушным для машины голосом, будто впадая в амплуа сыщика как на голодеке. Андроид обошел Мориарти, чтобы у того была возможность смотреть как на Дейту, так и на экран за его спиной.
    - Тем не менее, Вы продаете их модификации на черном рынке. И ваши голограммы-рабы прямо сейчас используются для шантажа офицеров Звездного флота. Полагаю, именно по этой причине Вы их лично модифицировали и брендировали своими инициалами, чтобы иметь к ним универсальный код доступа и уничтожить, когда заказ будет выполнен.
    Скосив взгляд на экран, где отчетливо виднелись едва заметные буквы «Д.М.» на доле миллиметра кожи его «товара», Джеймс Мориарти с улыбкой, но раздосадовано всплеснул руками.
    - Что ж, пойман с поличным. И что Вы теперь намерены делать? – уточнил Мориарти с вызовом, но достоинством художественного злодея.
    - В любой другой ситуации я бы отдал все свои улики Службе безопасности Звездного флота. Я не отрицаю того факта, что я передам им достаточно сведений для усиления мер контроля за голограммами в пределах Федерации. Но в данный момент мне нужно получить от Вас информацию о заказчиках этих голограмм.
    - И что будет, если откажусь Вам помогать? – спросил Джеймс Мориарти, уже пять раз попытавшись покинуть палубу Титана, но тщетно. Дейта сымитировал сочувствующую улыбку на шестой попытке, о которой его оповестила внутренняя сетевая коммуникация с бортовым компьютером. Каждая попытка голограммы сбежать пресекалась компьютером Титана с его четкой заложенной инструкции еще до включения контакта.
    - Я доведу до сведения графини Ваш обман, - заявил прямо Дейта, отметив, как переменился в лице Мориарти. Видимо, он ожидал удара «благороднее» - бой, арест, поединок, но никак не удар в самое сердце, и очевидно опешил.
    - Она поверила, что Вы больше не занимаетесь криминальным бизнесом, что Вы стали добропорядочным гражданином Федерации, вопреки своей литературной биографии. Полагаю, Вы полюбили ее за категоричность и решительность, не так ли? Вы знаете, как она отреагирует, увидев Вас в новом свете, как работорговца ей и Вам подобных созданий?
    Голограммы и в самом деле солидно отличались от воплощенного изначально в реальной материи Дейты. Их чувства и эмоции были частью их программы, а потому они почти как люди вполне могли переживать, смеяться, плакать или радоваться. И сейчас Дейта видел, как напугал своего давнего соперника, страх замерцал в глазах голограммы молниями, вместе с гневом и картинной решимостью.
    - Я понимаю условия. И принимаю их. Но все же я настаиваю, чтобы Вы, сэр, дали слово не открывать графине правды, пока я сам не разберусь с вопросами своего частного предприятия и его работы. Рабство слишком громкое слово для цивилизованного общества, в котором мы живем с моей супругой…
    - Я даю слово, что при получении всей нужной информации о заказчиках конкретно этих голограмм, Ваш секрет останется со мной в безопасности, - произнес Дейта уверенно и искренне. – Кто заказал эти голограммы?

    — Act III —

    Капитан Райкер с трудом сидел ровно в своем командном кресле на мостике. По правую и левую руку от него было пусто, что само по себе немного нервировало. Диана старалась работать вопреки переживаниям, поскольку никто не отменял обязанностей советника, а Дейта выполнял его личный приказ, и пока присутствие старпома на палубе не требовалось.
    - Сэр, мы приближаемся к Вало. Кардассианская граница через четыре парсека, - оповестил энсин Яксли, сидящий за панелью навигации перед Райкером.
    - Желтая тревога, - скомандовал Уилл, и палубы Титана тут же окрасились желтыми огнями вдоль всех коридоров и в каютах экипажа, чтобы оповестить о возможной угрозе, в которую они сами добровольно летели на варп четыре.
    - Сбавьте скорость, энсин, половина импульса. Что у нас на сканах?
    - Сэр, сканеры дальнего действия засекли кардассианский звездолет. Класс Хедеки. Они летят к планете.
    - Нас ждали, но не приветствуют? – спросил с безрадостной насмешкой Райкер, склонившись на правый подлокотник.
    - Капитан, - заговорила за спиной лейтенант-коммандер Кайрос. – Мы получаем два сигнала. С Вало и с кардассианского корабля.
    В этот момент из конференц-каюты вышел Дейта. Услышав про две передачи, которые получал Титан, старпом устроился в своем кресле по правую руку от Райкера.
    - Сэр, рекомендую сначала послушать сообщение с корабля.
    Уилл кивнул.
    - Кайрос, на экран.
    В следующий момент вновь размытые лица похитителей показались на широком лобовом экране Титана вместо панорамы кардассианской границы.
    - Титан, ваша задача уничтожить штаб обороны Истинного Пути по координатам, которые указаны в данной трансмиссии. Любое сопротивление нашим требованиям дорого обойдется Тадеусу…
    Уилл напрягся всем телом, услышав угрозу, и наклонился чуть вперед, сжимая кулаки. Будь его воля, он бы задушил голыми руками негодяя, что угрожал его малолетнему сыну, даже несмотря на чудовищность самого поступка – убийства. Сейчас состояние Уилла было далеко от логичного, поэтому Дейта поспешил нашептать ему на ухо о том, что узнал от Мориарти, и когда короткий доклад андроида осел в голове Уилла, настроение капитана Титана стало еще более мрачным, чем прежде.
    - Томас, давай поговорим без иллюзий, - пророкотал Райкер, вставая с капитанского кресла. Какое-то мгновение голограммы без лиц еще держались на экране, но вскоре их силуэты исчезли и в поле зрения за штурвалом кардассианского, судя по всему угнанного, транспортника, оказался Уильям Томас Райкер, как капля воды похожий на капитана Райкера, разве что в совершенно другом облачении, больше черном и с металлическими украшениями бажорцев, видимо, как дань уважения культуре, ради которой предал Звездный Флот.
    Случайно возникший в ходе транспортного инцидента клон Уильяма прожил долгие годы в полной изоляции. Его случайно обнаружили во время экспедиции Энтерпрайза-Ди, и клон, застрявший в звании лейтенанта, оказался далеко не таким «послушным», как тогда еще коммандер Райкер. Условно братья едва ли поддерживали связь после убытия клона. Клон выбрал себе за основное второе имя «Томас» и продолжил службу отдельно от Уильяма, но не долго. Война Маки с Кардассией и потом война с Доминионом утянули Томаса с головой.
    - Давно не виделись, Уилл.
    - Мне говорили, что ты сбежал из тюрьмы. Видимо, снова тянет за решетку? Зачем тебе мой сын?
    - Разве не очевидно? Вы прибыли туда, куда я хотел. И вы сделаете то, что Федерация должна была сделать еще до войны. Эта планета принадлежит валойцам!
    - Томас, где мой сын? – воскликнул Уилл.
    Дейта встал с кресла и оказался рядом с капитаном, напоминая ему тем самым о необходимости держать себя в руках.
    - Капитан, с Вало требуют немедленно покинуть границу. На базе кардассианской обороны заряжают оружие, - оповестила Кайрос.
    - Красная тревога, поднять щиты! - скомандовал Дейта.
    - Атакуйте первыми, - вклинился Томас. - Мощи Титана хватит, чтобы разнести их базу в пыль. Как только Вало будет свободна, я передам координаты, где можно будет подобрать Тадеуса.
    - Я не начну войну Федерации с Кардассией из-за твоего жалкого подобия партизанского благородства, Томас! – рыкнул Уильям, обличительно ткнув пальцем в сторону «брата». - Маки больше нет! Бажор свободен!
    - Кардассия поработила сотни планет, искоренила тысячи народов, не только Бажор пострадал в оккупации! Вало был частью Федерации! Если хочешь увидеть сына живым, Уильям, сделаешь то, что я сказал. Вы прикроете нашу атаку на Вало своими орудиями, иначе кардассианцы сами убьют его вместе с нами. Конец связи!
    Выдохнув ненависть из легких, Уильям быстро приказал отозваться на сигнал с планеты.
    - Звездолету Федерации «Титан», требуем немедленно покинуть территорию Кардассии, повторять мы больше не станем!
    - Вало, говорит капитан «Титана» Уильям Райкер! – стараясь совладать с волнением, Уилл взял волю в кулак и заговорил уверенным командирским тоном. - Мы прибыли в связи с расследованием преступления на территории Федерации, мы на своей стороне границы, ваши агрессивные действия неприемлемы. Отключите оружие во избежание недоразумений с обеих сторон. На вас планируется атака диссидентов!
    - Связь прервана с их стороны, капитан, - оповестила Кайрос.
    - Что показали сканеры, Фарадей? – обратился Дейта к офицеру за операционным пультом, подходя к некогда своему обычному месту на мостике.
    - Показатели неточные, сэр, на хедеки установлен ромуланский щит. Численность экипажа варьируется от двух до пяти человек, точнее сказать не могу. Судно направилось на Вало, на юго-восток от космопорта Норк Дейтем. Там видно скопление форм жизней, показатели неточные на таком расстоянии.
    - Ромуланские технологии во всем. Звездному флоту такая экспансия соседей явно не понравится, - отметила Кайрос, перепроверяя данные со своей тактической панели.
    - Сейчас это второстепенный вопрос, - произнес Дейта и снова глянул на Уилла. – Сэр, любая агрессия против кардассианцев со стороны Федерации на Вало недопустима. Мы должны предупредить их об атаке.
    - Томас хочет прикрыться нами как щитом, держа Тада на месте боя. Думает, что я все сделаю, чтобы сберечь сына. И он прав.
    Мостик погрузился в напряженное молчание, многие офицеры уставились на капитана, кто с сочувствием, кто с волнением за последствия.
    - Мы не будем участвовать в военных действиях против кардассианцев, - уверенно и достаточно громко произнес Райкер, сжимая кулаки. - Я сам высажусь на Вало с группой перехвата, остановлю Томаса и его подельников, пока они не зашли в город. Пытайтесь дозваться до правительства, объясните им ситуацию, - приказал Уилл старпому, дальше обернувшись к тактическому посту. - Кайрос, срочно отберите нескольких быстрых и сильных офицеров, мне нужен шаттл в главном доке и…
    Мир внезапно помутился перед глазами, и Уилл начал заваливаться на пол мостика. Краем глаза он успел заметить испуганные лица офицеров по науке и самой Кайрос, а после ничего не выражающее лицо коммандера Дейты, оказавшегося над ним. Открыв было рот, Райкер так и не смог сказать и слово старпому, и погрузился во мрак внезапного бессознательного.

    Пришел капитан в себя уже в разгар десантной операции на Вало. Увидев прежде всего Диану, Уилл инстинктивно улыбнулся, но события последних минут в его памяти тут же завели его как мотор на агрессивные действия и допрос.
    - Где он?.. Вот же… - подобрать какое-то оскорбление пока не получалось, и Райкер не был уверен, что «сукин сын» достаточно отразит ситуацию в отношение андроида, у которого дефакто были лишь создатели, а не родители.
    - Капитан, мы над Вало на стандартной орбите, получаем передечу от службы безопасности кардассианцев. Они приняли данные о диссидентах, коммандер Дейта и группа высадки с ними. Трансмиссия онлайн.
    Уилл сел в капитанском кресле ровно и дождался, когда на лобовом экране возникнет картинка. Камера тряслась, судя по всему, запись велась с головного убора кардассианца на передовой отряда. Офицеры Звездного флота мелькали в кадре вместе с другими кардассианцами. По окружению стало ясно, что они где-то в подземных тоннелях, засохшей канализации или подземной линии транспорта.
    Раздались первые выстрелы, и Уилл уставился на засаду диссидентов во главе с Томасом Райкером. Видеть свое лицо, искаженное ненавистью, казалось сродни наваждению еще хуже, чем внезапный обморок. Инициатор его расстройства тоже вскоре показался на экране, внезапно ворвавшись в бой за спинами диссидентов вместе с Кайрос и еще лейтенантом Майлзом. Перекрестный огонь почти застал Томаса врасплох, и он схватил что-то небольшое на руки. Осознав, что это его сын, Уилл вскочил на ноги вместе с Дианой.
    - Поднимите их на борт! Живо!
    - Сэр, они слишком глубоко под землей, там кругом металлическая обшивка.
    Тем временем Томас с Тадом на руках нырнул куда-то вбок и исчез из поля зрения кардассианских вооруженных сил. Уилл успел заметить лишь то, что Дейта рванул следом за ним, отдав приказ Кайрос держаться с основным отрядом кардассианцев и поймать других диссидентов.
    - Установите связь с Дейтой, - приказал Уилл, касаясь дельты Звездного Флота на груди.
    Сигнал коммуникатора остался без ответа.
    - Жизненные показатели? – спросил Уилл у операционного офицера.
    - В норме, сэр. Системы коммандера в порядке, но он вступил в бой.
    - Черт тебя дери, Пиноккио! Установите с ним связь!
    Это были самые долгие полчаса в его жизни. Сигнал с Титана оставался без ответа еще дополнительные пять секунд, и когда Уилл уже хотел все же сам спуститься на планету, наконец-то на его требование ответить отозвались.
    - Капитан, Тадеус в безопасности. Мы в трех километрах от Космопорта у входа в подземный склад. Координаты должны быть у вас… Можете… п-п-поднять…
    - Дейта!.. Что со связью? – растерявшись, Уилл посмотрел на смену Кайрос, лейтенанта Лоушань.
    – Связь в порядке!
    - Сэр, показатели коммандера нестабильные.
    - Инженерная! – быстро позвал Райкер.
    - Здесь, сэр!
    - Главного инженера и помощников в медотсек! Поднимите Тада и Дейту в лазарет, немедленно!
    Взяв супругу за руку, Уилл поспешил к турболифту.

    — Act IV —

    В лазарете около двух коек копошились как инженеры, так и врачи. Тадеуса зацепило незначительно, и мальчик уже рвался к родителям, когда они ворвались в лазарет, а вот у второй койки ситуация оказалась куда тяжелее.
    - Мама! – напросившись к Диане на руки, Тад подозвал к себе и отца. – Папа, его ранил дядя Томас.
    - Дядя Томас… - пробурчал Уилл, обнимая сына с Дианой вместе. – Милый, этот человек нам не родственник. Уж точно не после того, что он сделал.
    Оглянувшись на койку, где пытались починить Дейту, Уилл хотел было подойти ближе, но главный инженер остановил его на подходе.
    - Сэр, нам нужно место и техника. Инженерная, телепортируйте в лазарет инструменты по списку! Нам нужны…

    Три часа. Целых три часа заняла операция по ремонту. По спасению? Наверное, дольше Дейту никогда чинить не приходилось даже после общения с Лором. Его системы сами следили за своей работоспособностью, он редко нуждался в инженерном осмотре, но в этот раз без помощи людей Пиноккио был на грани поломаться раз и навсегда, о чем главный инженер предупредил спустя половину этого времени в поте лица и едва выбирая выражения со старшим по званию от стресса.
    Тем временем вопросы безопасности Вало требовали внимания Райкера и к другому участнику атаки – Томасу. Уже не имея никаких причин для опасений, Уилл спустился на планету, чтобы от лица командования флота пообщаться с властями Вало и после со своим «братом». Первую часть визита он смог выдержать с достоинством, несмотря на море упреков от кардассианцев. Ситуация оказалась экстренной для всех, и Штаб был рад узнать, что все же экипажу Титану удалось посодействовать в предотвращении вооруженного переворота на Вало, хотя их втянули в этот вопрос против воли. Стараниями человека, которого Уилл начал искренне ненавидеть.
    Капитан Райкер попросил о короткой встрече напоследок и ему позволили повидаться с организатором нападения. Скрепя сердце, он спустился в подземную тюрьму, что располагалась под военным комплексом – огрызки владений Обсидианового Ордена. Уилл медленно остановился напротив темной клетки, в которую засунули Томаса и его подвижников. Судя по холоду и сырости, впереди у них предстояло далеко не радужное ожидание первого судебного заседания.
    - Я знаю, что не способен на такую бесчеловечную подлость как похищение ребенка. Мы с тобой уже нисколько не похожи друг на друга, - произнес Уилл с презрением.
    - Ты живешь в раю со своей семьей, Уилл. Естественно, тебе не понять, на что способны отчаявшиеся люди, когда у них все забрали, и никому нет дела до их страданий.
    - Тадеус чуть не погиб по твоей вине. Мой друг на грани смерти по твоей вине! Слезы Дианы на твоей совести, если она у тебя еще есть хоть в каком-то ущербном виде! – начал кричать Уилл, подойдя ближе к решетке.
    Томас отвел взгляд в сторону, услышав имя Дианы. Заметив боль в похожих на свои глаза, Уилл взял гнев под контроль и следом презрительно хмыкнул.
    - Ты нарушил владения Кардассии, устроил вооруженный конфликт с законными властями Вало. Их суд будет решать твою судьбу. Звездный Флот тебе не поможет, лишь перешлет данные по обвинению в похищении, рапорт о котором я уже направил в штаб. Прощай, Томас… Надеюсь, я больше никогда тебя не увижу.
    Уилл искренне надеялся, что так и будет. Он развернулся на выход, чтобы уйти и оставить Томаса позади раз и навсегда.
    - Увидишь, - вдруг раздалось ему в спину на пол пути к свободе. – В самый темный час твоей жизни. В зеркале.
    Застопорившись на месте, Райкер принял удар в сердце, но не оглянулся на клетку. Он ушел из тюрьмы в сопровождении стражников блока и больше не произносил имя Томаса даже мысленно, твердо намереваясь избавить свое собственное досье от буквы «Т» раз и навсегда.

    — Act V —

    - Сэр, если Вы хотите написать на меня рапорт в штаб, я готов помочь с его составлением, поскольку мои действия, с учетом вашего бессознательного состояния, лучше могу описать лишь я сам.
    Райкер стоял около койки Дейты в лазарете, скрестив руки на груди. Надув щеки, Уилл возвышался над ним изваянием угрюмо молча, сверля андроида пристальным и недовольным взглядом. На реплику Дейты он тоже не ответил, продолжив беззвучно осуждать все, что тот успел натворить, как раз начиная с нападения на собственного капитана.
    Дейта состроил расстроенное выражение лица, подражая этакому чувству вины перед капитаном… Точнее, другом.
    - Сэр, времени на размышления и убеждения оказалось недостаточно. Вы приказали мне заниматься контактом с Вало, сами решили подвергнуть свою жизнь угрозе во время высадки в зону боевых действий. Вы и так прекрасно знаете, что капитан не должен покидать мостик в таких обстоятельствах. Я следовал вашему же примеру. Вы бы никогда не позволили капитану Пикару подвергнуть себя такому риску…
    Вздернув одну бровь, Уилл вытянул губы в молчаливом осуждении. Дейта стих и открыл было снова рот, поразмыслив над дальнейшей речью, чтобы что-то сказать, но слова застряли в механическом горле на пару секунд. Андроид виновато потупил взгляд. Он использовал на Уилле самый безопасный способ обезвреживания – вулканский нервный захват, научившись ему у самого Спока. Прежде Дейта никогда не применял его на своих и тем более старших по званию. Камеры на мостике Титана показали все действия и перемещения андроида на борту судна, Уилл их достаточно досконально изучил, прежде чем явиться на встречу с пришедшим в себя андроидом.
    Практически то же, что он сказал Уиллу, Дейта заявил и на мостике, когда Райкер упал без чувств, а остальные офицеры даже схватились за фазеры, поняв, что произошло.
    «Жизнь капитана – мой первый приоритет во всех экстренных ситуациях. Я спущусь на планету вместо него» - заявил Дейта, без чьей-либо помощи подняв Уилла под руки и разместив в капитанском кресле. Долю секунды он смотрел на лицо капитана, будто прося прощение - так виделось со стороны теперь уже вполне пришедшего в себя Уилла в капитанской рубке, когда они летели домой на звездную базу двести семь.
    «Всю ответственность за операцию беру на себя, но мои приказы прошу выполнять неукоснительно, от этого зависит жизнь Тадеуса. Кайрос, со мной! Оповестите Советника, продолжайте передавать сигнал тревоги на Вало!»
    О ходе боя на Вало стало ясно немногим позже. Томас Райкер узнал о тайных переходах под Вало и хотел свергнуть местное правительство, чтобы начать партизанскую экспансию по всей границе Федерации и Кардассии. Грандиозные планы сломались, когда Титан не стал участвовать в боевых действиях, даже рискуя жизнью Тадеуса. Поднять руку в наказание на ребенка Томас, судя по всему, не смог. Или не успел. Благодаря Дейте.
    - Тадеус сказал, что ты подставился под фазер, чтобы защитить его… - наконец заговорил Уилл, и Дейта просто кивнул в ответ.
    - Жизнь первого офицера тоже важна для работоспособности корабля, ты это помнишь? У нас нет здесь клона Джорди, чтобы мог вытащить тебя с того света. Хорошо, что он был на смене на Утопии Планитии, когда запросили помощь.
    - Тадеус был ранен похитителем, когда я попробовал приблизиться. Он не плакал, но… Этого хватило. Чтобы… чтобы.
    Выразить мысль до конца, Дейта не смог, но и не потребовалось. Опустив глаза на свою порванную и почерневшую униформу, которую доразодрали уже инженеры от шеи до талии, Дейта дрожащей от перегрузки рукой прикрылся медицинским термопледом, скорее из этических соображений, нежели от холода. Перегрузка всех систем затронула и позитронный мозг, он еще тяжело калибрировал моторику, но шел на поправку сам по себе, медленно, но верно.
    Наверное, увидь Уилл раны Тадеуса на месте Дейты, натворил бы много глупостей, не спас ребенка и сам бы сильно подставился, оставив Диану вдовой, а сына наполовину сиротой. Даже андроид не смог рационально размышлять в такой ситуации. Или смог, просто по-человечески сделав все лучше и эффективнее, чем мог бы даже любящий отец в лице Уилла. Райкер тяжело вздохнул, распуская руки. Сердиться на Дейту можно было сколько угодно, факты от того не менялись: сын был цел и почти невредим, враги схвачены, политический кризис обернулся в очередной шаг для укрепления Бажорского соглашения. В целом, Томас Райкер добился прямо противоположного эффекта, а Дейта показал себя в очередной раз куда более человечным, чем сам себя мог оценить.
    - Ты схватил Томаса живьем и спас моего сына. Федерация, Кардассия… моя семья в долгу у тебя. Спасибо, Дейта. Я очень рад, что ты сам остался жив. Но учти, в дальнейшем я запрещаю использовать на себе твои вулканские приемчики, это ясно, коммандер?
    В этот момент в лазарет внезапно влетел Тадеус под присмотром подоспевшей следом миссис Райкер-Трой. Заметив, что Дейта пришел в себя, мальчик вскарабкался на койку и плюхнулся на андроида.
    - Моноплан «Тадеус» взлетает!
    Дейта ни секунды не раздумывая поднял Тада на вытянутых руках над собой, помогая тому принять форму «самолетика». Дрожь в механических суставах прошла, будто ее и не было, а в золотых глазах машины сверкнуло что-то по-человечески любящее.
    Уилл усмехнулся, что андроид демонстративно проигнорировал его вопрос из-за ребенка, явно избегая прямого приказа не спасать капитанскую жизнь, когда посчитает нужным. Райкер не стал настаивать, решив, что вопрос обождет, и приобнял супругу, поцеловав ее в макушку.
    Титан летел домой, все близкие были живы. Оставалось лишь надеяться, что отражение в зеркале останется для него привычным и знакомым, как сегодня. Если уж не своими стараниями, то тех, кто рядом.

    0

    26

    star trek: strange new worlds
    {james t. kirk}

    https://i.postimg.cc/C55ZHJTN/tumblr-19bb2fe9db62ae10c9ff1974125f350c-77a5d216-500.gif https://i.postimg.cc/KzJkMwVj/tumblr-5f7ed1cf1104ab69eb9c09bf2eb921ed-9583d4ce-540.gif


    ► Мне правда надо расписывать заявку на Джеймса Ти Кирка?..
    ► Первый офицер Фарагута, впоследствии капитан Энтерпрайза NCC-1701-A (продолжил дело Пайка, когда настало время).
    ► Около тридцати известных на публику интрижек с представительницами прекрасного пола по всему Альфа-квадранту, иными словами космический казанова и ни о чем не жалеет.
    ► Daddy Issues, хотя бы по той причине, что отец всю жизнь посвятил службе другим, а сын начал брать пример и тоже стал ставить долг превыше всего, насколько это умещалось в рамки услужения собственному эго, а оно все же есть и требует успеха.
    ► Brother Issues, потому что брат таким успехом ни в личной жизни, ни в карьере явно не отличился и начал чувствовать себя ущербнее на фоне Джеймса, отношения из-за этого стали натянутыми, как и бывает у родных людей.
    ► Очень смелый, очень сильная личность, очень самоуверенный, что иногда не к добру, но в основном помогает в службе и на личном фронте, правда, родитель из него по объективным причинам так себе.
    ► Посвятил себя всего службе и своему судну, а потому не очень видит себя на гражданке и в семейной обстановке, ему чуждо долго сидеть на одном месте, а далекий космос манит больше всех прекрасных дам.
    ► Дружелюбный и общительный с друзьями и союзниками, с врагами стойкий и упрямый, одним словом бойскаут в униформе офицера.
    ► Трибблов уберите от него сразу.

    * * *

    • Посмотрите SNW, вам понравится.
    • Посмотрите SNW и TOS, вам понравится.
    • Посмотрите викию, он эпический.
    • Посты пишите примерно 5-7 к, но если будет больше, я только за, люблю книжный формат, скорость на ваше усмотрение.
    • Впишусь в сюжет, что-нибудь придумаем, свой Нексус ивент замутим или как в ST Timelines, спасибо Кью, много временных аномалий поменяли всю Вселенную и я упаду на вас как капитан Титана из другого времени.


    пример поста

    "Reflections"
    — Act I —

    Симпозиум по психологии для ребенка семи лет – непосильный подвиг. Однако, Тадеус Райкер-Трой всегда был исключением из правила с самого момента своего появления. Он любил посещать с матерью подобные мероприятия, как только научился разговаривать и выражать желания. Во-первых, командировки означали, что не надо ходить в школу на борту Титана, а во-вторых, у него была возможность побывать не только на космических станциях Звездного флота, но и на настоящих планетах!
    Сама концепция родного дома на каком-то космическом теле, которое никуда никогда (если, конечно, не случится катастрофа) не исчезнет, завораживала малыша ничуть не меньше сказок бабушки Луаксаны. Собственно, с бабушкой и пыталась управиться его мама около стойки кафетерия в просторном зале номер девять центрального космопорта Бетазеда. Ожидая в очереди, женщины спорили не то о посольских обязанностях Луаксаны, не то о том, как и кто «строил ей глазки» со сцены из лекторов симпозиума преклонного, почти ветхого возраста. Сам Тадеус еще не сильно вникал в такие разговоры старших, зато усиленно собирал вулканский конструктор в кафе, занимая столик в ожидании взрослых, и пытался почувствовать свою связь с этим миром по наставлению бабушки.
    Тадеус был на незначительную четверть днк бетазоидом, а потому не владел ни телепатией, ни эмпатией, лишь любопытством и открытостью ко всему новому и материнским золотым сердцем. К сожалению, почувствовать Бетазед как родной дом ему никак не удавалось, как бы он ни утверждал мысленно незримой сущности-духу планеты, что он «свой». Может, потому что вокруг было слишком шумно после симпозиума, летали дроиды-разносчики, где-то за переборкой играли музыканты. А может потому что ему что-то активно мешало на подсознательном уровне, но понять, что именно, малыш еще не мог.
    Предчувствие беды не поддавалось детскому уму так просто, как старшим…
    Конструктор тихонько приобретал черты идеальной сферы, маленькие пальцы мальчика ловко маневрировали с детальками, пока вдруг над столиком Тада не померкло освещение яркого полуденного солнца, чьи лучи умело разбивались десятками подвешенных под потолком зеркал. В возникшем затемнении конструктор тоже показался всего лишь грудой палочек с округлыми навершиями для стыковки. Тад наивно поднял глаза наверх и внезапно заулыбался широко и открыто, увидев родное ему лицо.
    - Папа! – воскликнул Тад.
    - Тихо, малыш. Давай не будем портить сюрприз маме, хорошо? Я приготовил вам подарки, – сказал мужчина с бородой, склоняясь к столику так, чтобы не все видели его лицо из окружающих посетителей кафе. – Времени мало, а с одним я все никак не управлюсь, нужна твоя помощь. Ты ведь у нас маленький гений, верно?
    Улыбка Райкера казалась неискренней, но Тад нередко замечал, что его капитан-отец часто улыбался, даже когда не чувствовал радости. Сейчас, видимо, проблема с подарками сильно расстроила папу, и Тадеус согласно кивнул, оставляя конструктор.
    - Я помогу, пап, - уверенно заявил Тадеус.
    Райкер застыл на секунду, глядя на ребенка. Вдали Диана и Луаксана оказались окружены еще несколькими почетными гостями симпозиума, а потому никто не видел Райкера около Тадеуса и не мог заметить странную нервозность мужчины.
    Но замер он не от страха. Напротив, что-то в сердце сжалось от тоски, перемноженной на горькую радость. Идея? Безумная и глупая мысль с ноткой правды: это был и его сын, в какой-то степени, так ведь?..
    Погладив ребенка по макушке, Райкер взял Тада за руку и повел из кафе. Конструктор так и остался на столике незавершенным, а одна деталька, резонирующая вдали от своих «собратьев» в ладони Тада, тоскливо зазвенела как сигнал к бедствию. Малыш взялся за руку Райкера крепче, пытаясь прогнать дурное чувство тревоги, но не ощутил привычного тепла родителя. Тад оглянулся к матери, словно ощущая, как струна между ним и Дианой начинает натягиваться, но ту совсем скрыли из виду другие посетители симпозиума и инстинктивное желание ребенка вернуться к маме потонуло в хоре голосов посетителей космопорта.

    — Act II —

    - Титан должен проследовать по указанным координатам к планете Вало и ожидать дальнейших инструкций. Выбор отказаться у вас есть, но тогда вы больше не увидите сына, капитан Райкер. Мы ожидаем вас здесь через три дня к двенадцати сотням часов. Если опоздаете, винить кроме себя будет некого.
    Послание от похитителей, полученное спустя сутки в пути по вялому тахионному следу похитителей, звучало в конференц-каюте уже не первый раз. Капитан Райкер приказал направить звездолет по указанным в послании координатам до выяснения обстоятельств, чтобы не рисковать жизнью Тада, а Дейте дал персональное задание выяснить все, что только можно, по полученной трансляции. Преступники явно не желали, чтобы их быстро раскрыли. Послание было передано через четырнадцать частных спутниковых систем от неизвестного заказчика. Такая секретность не могла не настораживать, но разбираться вдали от цели не было ни минуты лишнего времени. Ситуация выходила за пределы случайного стечения обстоятельств, многие вопросы безопасности на корабле Дейте еще предстояло отрегулировать вместе с начальником службы охраны Титана. Лейтенант-коммандер Кайрос разделяла подозрения Дейты об утечке информации и кляла на родном аркарианском наречии всех потенциальных предателей. Кто-то очень близкий к семье Райкеров-Трой выдал данные преступникам о намерении Дианы взять на симпозиум своего малолетнего сына. Пока Кайрос изучала послания с борта Титана с даты приглашения Дианы на симпозиум, Дейта всматривался в искаженные лица похитителей на панели в стене за капитанским креслом во главе длинного стола заседаний.
    Восстановить лица оказалось непосильной задачей даже для бортового компьютера Титана вместе с усилиями самого Дейты. А это значило лишь одно. Методика Шерлока Холмса не давала сбоев даже в самых невероятных ситуациях – этих лиц не было на самом деле, в той мере, в какой можно было бы рассуждать по-человечески. Догадка озарила память коммандера и золотые глаза блеснули в свете проплывающих звезд за окном помещения.
    - Компьютер, увеличь сектор А-14-Ф-8 в тысячу раз, - попросил Дейта, изучая приближенный кадр шеи преступника под его размытым лицом и даже сам подошел поближе, неспешно, но пристально всматриваясь в искаженный квадрат кожи. Догадка оправдала себя, но Дейта не почувствовал триумфа, как, впрочем, и всегда, лишь желание поскорее выяснить, кто и зачем похитил малыша Тадеуса.
    Резко отвернувшись от панели на стене, Дейта вернулся к столу и взялся за панель управления, встроенную в столешницу. Пальцы андроида перебирали потоки данных на экране с такой быстротой, что любой другой смотрящий на его работу почувствовал бы помутнение и тошноту. Но Дейта быстро искал контактные данные, которые, как он знал с недавних пор, перемещались в галактической компьютерной сети подобно мигрирующим стаям птиц. Ему надо было поймать хотя бы одну, чтобы выйти на все данные, и наконец удача попалась за птичий хвост.
    Спустя пять минут, к его вящему недовольству, с помощью проекторов в конференц-каюте около панорамного окна возникла проекция мужчины в весьма странном для текущей эпохи костюме.
    - А, мой старый добрый друг, коммандер Дейта, мы давно не виделись, - произнес деланно учтиво профессор Мориарти. Голограмма врага Шерлока Холмса, ожившая еще на Энтерпрайзе-Ди по стечению обстоятельств, с недавних пор обрела максимально желанную свободу перемещений по ГКС, и теперь Дейта был несколько удручен этим фактом.
    - Профессор, - поздоровался андроид, поднимаясь с кресла. – Как поживает графиня?
    - Моя прекрасная супруга чувствует себя отлично, а Вы?.. Ах, простите, я не хотел оскорбить.
    - Нисколько, - честно ответил Дейта, хотя и отметил попытку Мориарти напомнить ему о недостатке машинного тела по сравнению с голографическим. Выискивать слабости в Шерлоке Холмсе, а точнее в самом Дейте в роли сыщика, было заложено в Мориарти от его искусственной природы.
    – Скажите, профессор, знает ли Ваша супруга о подпольном бизнесе, который Вы устроили? – подойдя ближе, Дейта наклонил голову на бок. - О рабстве таких же голограмм, как и Вы сами?
    - Какая чушь, сэр! Вы оскорбляете меня такими упреками! Я уважаемые джентльмен. Среди подобных мне голограмм весьма респектабельная личность. В каком-то роде отец нации…
    - Профессор, у меня есть доказательства Вашего преступного бизнеса. Конечно, создавать голограммы самими голограммами с учетом их нового статуса в Федерации не запрещено, - отметил Дейта уже не таким равнодушным для машины голосом, будто впадая в амплуа сыщика как на голодеке. Андроид обошел Мориарти, чтобы у того была возможность смотреть как на Дейту, так и на экран за его спиной.
    - Тем не менее, Вы продаете их модификации на черном рынке. И ваши голограммы-рабы прямо сейчас используются для шантажа офицеров Звездного флота. Полагаю, именно по этой причине Вы их лично модифицировали и брендировали своими инициалами, чтобы иметь к ним универсальный код доступа и уничтожить, когда заказ будет выполнен.
    Скосив взгляд на экран, где отчетливо виднелись едва заметные буквы «Д.М.» на доле миллиметра кожи его «товара», Джеймс Мориарти с улыбкой, но раздосадовано всплеснул руками.
    - Что ж, пойман с поличным. И что Вы теперь намерены делать? – уточнил Мориарти с вызовом, но достоинством художественного злодея.
    - В любой другой ситуации я бы отдал все свои улики Службе безопасности Звездного флота. Я не отрицаю того факта, что я передам им достаточно сведений для усиления мер контроля за голограммами в пределах Федерации. Но в данный момент мне нужно получить от Вас информацию о заказчиках этих голограмм.
    - И что будет, если откажусь Вам помогать? – спросил Джеймс Мориарти, уже пять раз попытавшись покинуть палубу Титана, но тщетно. Дейта сымитировал сочувствующую улыбку на шестой попытке, о которой его оповестила внутренняя сетевая коммуникация с бортовым компьютером. Каждая попытка голограммы сбежать пресекалась компьютером Титана с его четкой заложенной инструкции еще до включения контакта.
    - Я доведу до сведения графини Ваш обман, - заявил прямо Дейта, отметив, как переменился в лице Мориарти. Видимо, он ожидал удара «благороднее» - бой, арест, поединок, но никак не удар в самое сердце, и очевидно опешил.
    - Она поверила, что Вы больше не занимаетесь криминальным бизнесом, что Вы стали добропорядочным гражданином Федерации, вопреки своей литературной биографии. Полагаю, Вы полюбили ее за категоричность и решительность, не так ли? Вы знаете, как она отреагирует, увидев Вас в новом свете, как работорговца ей и Вам подобных созданий?
    Голограммы и в самом деле солидно отличались от воплощенного изначально в реальной материи Дейты. Их чувства и эмоции были частью их программы, а потому они почти как люди вполне могли переживать, смеяться, плакать или радоваться. И сейчас Дейта видел, как напугал своего давнего соперника, страх замерцал в глазах голограммы молниями, вместе с гневом и картинной решимостью.
    - Я понимаю условия. И принимаю их. Но все же я настаиваю, чтобы Вы, сэр, дали слово не открывать графине правды, пока я сам не разберусь с вопросами своего частного предприятия и его работы. Рабство слишком громкое слово для цивилизованного общества, в котором мы живем с моей супругой…
    - Я даю слово, что при получении всей нужной информации о заказчиках конкретно этих голограмм, Ваш секрет останется со мной в безопасности, - произнес Дейта уверенно и искренне. – Кто заказал эти голограммы?

    — Act III —

    Капитан Райкер с трудом сидел ровно в своем командном кресле на мостике. По правую и левую руку от него было пусто, что само по себе немного нервировало. Диана старалась работать вопреки переживаниям, поскольку никто не отменял обязанностей советника, а Дейта выполнял его личный приказ, и пока присутствие старпома на палубе не требовалось.
    - Сэр, мы приближаемся к Вало. Кардассианская граница через четыре парсека, - оповестил энсин Яксли, сидящий за панелью навигации перед Райкером.
    - Желтая тревога, - скомандовал Уилл, и палубы Титана тут же окрасились желтыми огнями вдоль всех коридоров и в каютах экипажа, чтобы оповестить о возможной угрозе, в которую они сами добровольно летели на варп четыре.
    - Сбавьте скорость, энсин, половина импульса. Что у нас на сканах?
    - Сэр, сканеры дальнего действия засекли кардассианский звездолет. Класс Хедеки. Они летят к планете.
    - Нас ждали, но не приветствуют? – спросил с безрадостной насмешкой Райкер, склонившись на правый подлокотник.
    - Капитан, - заговорила за спиной лейтенант-коммандер Кайрос. – Мы получаем два сигнала. С Вало и с кардассианского корабля.
    В этот момент из конференц-каюты вышел Дейта. Услышав про две передачи, которые получал Титан, старпом устроился в своем кресле по правую руку от Райкера.
    - Сэр, рекомендую сначала послушать сообщение с корабля.
    Уилл кивнул.
    - Кайрос, на экран.
    В следующий момент вновь размытые лица похитителей показались на широком лобовом экране Титана вместо панорамы кардассианской границы.
    - Титан, ваша задача уничтожить штаб обороны Истинного Пути по координатам, которые указаны в данной трансмиссии. Любое сопротивление нашим требованиям дорого обойдется Тадеусу…
    Уилл напрягся всем телом, услышав угрозу, и наклонился чуть вперед, сжимая кулаки. Будь его воля, он бы задушил голыми руками негодяя, что угрожал его малолетнему сыну, даже несмотря на чудовищность самого поступка – убийства. Сейчас состояние Уилла было далеко от логичного, поэтому Дейта поспешил нашептать ему на ухо о том, что узнал от Мориарти, и когда короткий доклад андроида осел в голове Уилла, настроение капитана Титана стало еще более мрачным, чем прежде.
    - Томас, давай поговорим без иллюзий, - пророкотал Райкер, вставая с капитанского кресла. Какое-то мгновение голограммы без лиц еще держались на экране, но вскоре их силуэты исчезли и в поле зрения за штурвалом кардассианского, судя по всему угнанного, транспортника, оказался Уильям Томас Райкер, как капля воды похожий на капитана Райкера, разве что в совершенно другом облачении, больше черном и с металлическими украшениями бажорцев, видимо, как дань уважения культуре, ради которой предал Звездный Флот.
    Случайно возникший в ходе транспортного инцидента клон Уильяма прожил долгие годы в полной изоляции. Его случайно обнаружили во время экспедиции Энтерпрайза-Ди, и клон, застрявший в звании лейтенанта, оказался далеко не таким «послушным», как тогда еще коммандер Райкер. Условно братья едва ли поддерживали связь после убытия клона. Клон выбрал себе за основное второе имя «Томас» и продолжил службу отдельно от Уильяма, но не долго. Война Маки с Кардассией и потом война с Доминионом утянули Томаса с головой.
    - Давно не виделись, Уилл.
    - Мне говорили, что ты сбежал из тюрьмы. Видимо, снова тянет за решетку? Зачем тебе мой сын?
    - Разве не очевидно? Вы прибыли туда, куда я хотел. И вы сделаете то, что Федерация должна была сделать еще до войны. Эта планета принадлежит валойцам!
    - Томас, где мой сын? – воскликнул Уилл.
    Дейта встал с кресла и оказался рядом с капитаном, напоминая ему тем самым о необходимости держать себя в руках.
    - Капитан, с Вало требуют немедленно покинуть границу. На базе кардассианской обороны заряжают оружие, - оповестила Кайрос.
    - Красная тревога, поднять щиты! - скомандовал Дейта.
    - Атакуйте первыми, - вклинился Томас. - Мощи Титана хватит, чтобы разнести их базу в пыль. Как только Вало будет свободна, я передам координаты, где можно будет подобрать Тадеуса.
    - Я не начну войну Федерации с Кардассией из-за твоего жалкого подобия партизанского благородства, Томас! – рыкнул Уильям, обличительно ткнув пальцем в сторону «брата». - Маки больше нет! Бажор свободен!
    - Кардассия поработила сотни планет, искоренила тысячи народов, не только Бажор пострадал в оккупации! Вало был частью Федерации! Если хочешь увидеть сына живым, Уильям, сделаешь то, что я сказал. Вы прикроете нашу атаку на Вало своими орудиями, иначе кардассианцы сами убьют его вместе с нами. Конец связи!
    Выдохнув ненависть из легких, Уильям быстро приказал отозваться на сигнал с планеты.
    - Звездолету Федерации «Титан», требуем немедленно покинуть территорию Кардассии, повторять мы больше не станем!
    - Вало, говорит капитан «Титана» Уильям Райкер! – стараясь совладать с волнением, Уилл взял волю в кулак и заговорил уверенным командирским тоном. - Мы прибыли в связи с расследованием преступления на территории Федерации, мы на своей стороне границы, ваши агрессивные действия неприемлемы. Отключите оружие во избежание недоразумений с обеих сторон. На вас планируется атака диссидентов!
    - Связь прервана с их стороны, капитан, - оповестила Кайрос.
    - Что показали сканеры, Фарадей? – обратился Дейта к офицеру за операционным пультом, подходя к некогда своему обычному месту на мостике.
    - Показатели неточные, сэр, на хедеки установлен ромуланский щит. Численность экипажа варьируется от двух до пяти человек, точнее сказать не могу. Судно направилось на Вало, на юго-восток от космопорта Норк Дейтем. Там видно скопление форм жизней, показатели неточные на таком расстоянии.
    - Ромуланские технологии во всем. Звездному флоту такая экспансия соседей явно не понравится, - отметила Кайрос, перепроверяя данные со своей тактической панели.
    - Сейчас это второстепенный вопрос, - произнес Дейта и снова глянул на Уилла. – Сэр, любая агрессия против кардассианцев со стороны Федерации на Вало недопустима. Мы должны предупредить их об атаке.
    - Томас хочет прикрыться нами как щитом, держа Тада на месте боя. Думает, что я все сделаю, чтобы сберечь сына. И он прав.
    Мостик погрузился в напряженное молчание, многие офицеры уставились на капитана, кто с сочувствием, кто с волнением за последствия.
    - Мы не будем участвовать в военных действиях против кардассианцев, - уверенно и достаточно громко произнес Райкер, сжимая кулаки. - Я сам высажусь на Вало с группой перехвата, остановлю Томаса и его подельников, пока они не зашли в город. Пытайтесь дозваться до правительства, объясните им ситуацию, - приказал Уилл старпому, дальше обернувшись к тактическому посту. - Кайрос, срочно отберите нескольких быстрых и сильных офицеров, мне нужен шаттл в главном доке и…
    Мир внезапно помутился перед глазами, и Уилл начал заваливаться на пол мостика. Краем глаза он успел заметить испуганные лица офицеров по науке и самой Кайрос, а после ничего не выражающее лицо коммандера Дейты, оказавшегося над ним. Открыв было рот, Райкер так и не смог сказать и слово старпому, и погрузился во мрак внезапного бессознательного.

    Пришел капитан в себя уже в разгар десантной операции на Вало. Увидев прежде всего Диану, Уилл инстинктивно улыбнулся, но события последних минут в его памяти тут же завели его как мотор на агрессивные действия и допрос.
    - Где он?.. Вот же… - подобрать какое-то оскорбление пока не получалось, и Райкер не был уверен, что «сукин сын» достаточно отразит ситуацию в отношение андроида, у которого дефакто были лишь создатели, а не родители.
    - Капитан, мы над Вало на стандартной орбите, получаем передечу от службы безопасности кардассианцев. Они приняли данные о диссидентах, коммандер Дейта и группа высадки с ними. Трансмиссия онлайн.
    Уилл сел в капитанском кресле ровно и дождался, когда на лобовом экране возникнет картинка. Камера тряслась, судя по всему, запись велась с головного убора кардассианца на передовой отряда. Офицеры Звездного флота мелькали в кадре вместе с другими кардассианцами. По окружению стало ясно, что они где-то в подземных тоннелях, засохшей канализации или подземной линии транспорта.
    Раздались первые выстрелы, и Уилл уставился на засаду диссидентов во главе с Томасом Райкером. Видеть свое лицо, искаженное ненавистью, казалось сродни наваждению еще хуже, чем внезапный обморок. Инициатор его расстройства тоже вскоре показался на экране, внезапно ворвавшись в бой за спинами диссидентов вместе с Кайрос и еще лейтенантом Майлзом. Перекрестный огонь почти застал Томаса врасплох, и он схватил что-то небольшое на руки. Осознав, что это его сын, Уилл вскочил на ноги вместе с Дианой.
    - Поднимите их на борт! Живо!
    - Сэр, они слишком глубоко под землей, там кругом металлическая обшивка.
    Тем временем Томас с Тадом на руках нырнул куда-то вбок и исчез из поля зрения кардассианских вооруженных сил. Уилл успел заметить лишь то, что Дейта рванул следом за ним, отдав приказ Кайрос держаться с основным отрядом кардассианцев и поймать других диссидентов.
    - Установите связь с Дейтой, - приказал Уилл, касаясь дельты Звездного Флота на груди.
    Сигнал коммуникатора остался без ответа.
    - Жизненные показатели? – спросил Уилл у операционного офицера.
    - В норме, сэр. Системы коммандера в порядке, но он вступил в бой.
    - Черт тебя дери, Пиноккио! Установите с ним связь!
    Это были самые долгие полчаса в его жизни. Сигнал с Титана оставался без ответа еще дополнительные пять секунд, и когда Уилл уже хотел все же сам спуститься на планету, наконец-то на его требование ответить отозвались.
    - Капитан, Тадеус в безопасности. Мы в трех километрах от Космопорта у входа в подземный склад. Координаты должны быть у вас… Можете… п-п-поднять…
    - Дейта!.. Что со связью? – растерявшись, Уилл посмотрел на смену Кайрос, лейтенанта Лоушань.
    – Связь в порядке!
    - Сэр, показатели коммандера нестабильные.
    - Инженерная! – быстро позвал Райкер.
    - Здесь, сэр!
    - Главного инженера и помощников в медотсек! Поднимите Тада и Дейту в лазарет, немедленно!
    Взяв супругу за руку, Уилл поспешил к турболифту.

    — Act IV —

    В лазарете около двух коек копошились как инженеры, так и врачи. Тадеуса зацепило незначительно, и мальчик уже рвался к родителям, когда они ворвались в лазарет, а вот у второй койки ситуация оказалась куда тяжелее.
    - Мама! – напросившись к Диане на руки, Тад подозвал к себе и отца. – Папа, его ранил дядя Томас.
    - Дядя Томас… - пробурчал Уилл, обнимая сына с Дианой вместе. – Милый, этот человек нам не родственник. Уж точно не после того, что он сделал.
    Оглянувшись на койку, где пытались починить Дейту, Уилл хотел было подойти ближе, но главный инженер остановил его на подходе.
    - Сэр, нам нужно место и техника. Инженерная, телепортируйте в лазарет инструменты по списку! Нам нужны…

    Три часа. Целых три часа заняла операция по ремонту. По спасению? Наверное, дольше Дейту никогда чинить не приходилось даже после общения с Лором. Его системы сами следили за своей работоспособностью, он редко нуждался в инженерном осмотре, но в этот раз без помощи людей Пиноккио был на грани поломаться раз и навсегда, о чем главный инженер предупредил спустя половину этого времени в поте лица и едва выбирая выражения со старшим по званию от стресса.
    Тем временем вопросы безопасности Вало требовали внимания Райкера и к другому участнику атаки – Томасу. Уже не имея никаких причин для опасений, Уилл спустился на планету, чтобы от лица командования флота пообщаться с властями Вало и после со своим «братом». Первую часть визита он смог выдержать с достоинством, несмотря на море упреков от кардассианцев. Ситуация оказалась экстренной для всех, и Штаб был рад узнать, что все же экипажу Титану удалось посодействовать в предотвращении вооруженного переворота на Вало, хотя их втянули в этот вопрос против воли. Стараниями человека, которого Уилл начал искренне ненавидеть.
    Капитан Райкер попросил о короткой встрече напоследок и ему позволили повидаться с организатором нападения. Скрепя сердце, он спустился в подземную тюрьму, что располагалась под военным комплексом – огрызки владений Обсидианового Ордена. Уилл медленно остановился напротив темной клетки, в которую засунули Томаса и его подвижников. Судя по холоду и сырости, впереди у них предстояло далеко не радужное ожидание первого судебного заседания.
    - Я знаю, что не способен на такую бесчеловечную подлость как похищение ребенка. Мы с тобой уже нисколько не похожи друг на друга, - произнес Уилл с презрением.
    - Ты живешь в раю со своей семьей, Уилл. Естественно, тебе не понять, на что способны отчаявшиеся люди, когда у них все забрали, и никому нет дела до их страданий.
    - Тадеус чуть не погиб по твоей вине. Мой друг на грани смерти по твоей вине! Слезы Дианы на твоей совести, если она у тебя еще есть хоть в каком-то ущербном виде! – начал кричать Уилл, подойдя ближе к решетке.
    Томас отвел взгляд в сторону, услышав имя Дианы. Заметив боль в похожих на свои глаза, Уилл взял гнев под контроль и следом презрительно хмыкнул.
    - Ты нарушил владения Кардассии, устроил вооруженный конфликт с законными властями Вало. Их суд будет решать твою судьбу. Звездный Флот тебе не поможет, лишь перешлет данные по обвинению в похищении, рапорт о котором я уже направил в штаб. Прощай, Томас… Надеюсь, я больше никогда тебя не увижу.
    Уилл искренне надеялся, что так и будет. Он развернулся на выход, чтобы уйти и оставить Томаса позади раз и навсегда.
    - Увидишь, - вдруг раздалось ему в спину на пол пути к свободе. – В самый темный час твоей жизни. В зеркале.
    Застопорившись на месте, Райкер принял удар в сердце, но не оглянулся на клетку. Он ушел из тюрьмы в сопровождении стражников блока и больше не произносил имя Томаса даже мысленно, твердо намереваясь избавить свое собственное досье от буквы «Т» раз и навсегда.

    — Act V —

    - Сэр, если Вы хотите написать на меня рапорт в штаб, я готов помочь с его составлением, поскольку мои действия, с учетом вашего бессознательного состояния, лучше могу описать лишь я сам.
    Райкер стоял около койки Дейты в лазарете, скрестив руки на груди. Надув щеки, Уилл возвышался над ним изваянием угрюмо молча, сверля андроида пристальным и недовольным взглядом. На реплику Дейты он тоже не ответил, продолжив беззвучно осуждать все, что тот успел натворить, как раз начиная с нападения на собственного капитана.
    Дейта состроил расстроенное выражение лица, подражая этакому чувству вины перед капитаном… Точнее, другом.
    - Сэр, времени на размышления и убеждения оказалось недостаточно. Вы приказали мне заниматься контактом с Вало, сами решили подвергнуть свою жизнь угрозе во время высадки в зону боевых действий. Вы и так прекрасно знаете, что капитан не должен покидать мостик в таких обстоятельствах. Я следовал вашему же примеру. Вы бы никогда не позволили капитану Пикару подвергнуть себя такому риску…
    Вздернув одну бровь, Уилл вытянул губы в молчаливом осуждении. Дейта стих и открыл было снова рот, поразмыслив над дальнейшей речью, чтобы что-то сказать, но слова застряли в механическом горле на пару секунд. Андроид виновато потупил взгляд. Он использовал на Уилле самый безопасный способ обезвреживания – вулканский нервный захват, научившись ему у самого Спока. Прежде Дейта никогда не применял его на своих и тем более старших по званию. Камеры на мостике Титана показали все действия и перемещения андроида на борту судна, Уилл их достаточно досконально изучил, прежде чем явиться на встречу с пришедшим в себя андроидом.
    Практически то же, что он сказал Уиллу, Дейта заявил и на мостике, когда Райкер упал без чувств, а остальные офицеры даже схватились за фазеры, поняв, что произошло.
    «Жизнь капитана – мой первый приоритет во всех экстренных ситуациях. Я спущусь на планету вместо него» - заявил Дейта, без чьей-либо помощи подняв Уилла под руки и разместив в капитанском кресле. Долю секунды он смотрел на лицо капитана, будто прося прощение - так виделось со стороны теперь уже вполне пришедшего в себя Уилла в капитанской рубке, когда они летели домой на звездную базу двести семь.
    «Всю ответственность за операцию беру на себя, но мои приказы прошу выполнять неукоснительно, от этого зависит жизнь Тадеуса. Кайрос, со мной! Оповестите Советника, продолжайте передавать сигнал тревоги на Вало!»
    О ходе боя на Вало стало ясно немногим позже. Томас Райкер узнал о тайных переходах под Вало и хотел свергнуть местное правительство, чтобы начать партизанскую экспансию по всей границе Федерации и Кардассии. Грандиозные планы сломались, когда Титан не стал участвовать в боевых действиях, даже рискуя жизнью Тадеуса. Поднять руку в наказание на ребенка Томас, судя по всему, не смог. Или не успел. Благодаря Дейте.
    - Тадеус сказал, что ты подставился под фазер, чтобы защитить его… - наконец заговорил Уилл, и Дейта просто кивнул в ответ.
    - Жизнь первого офицера тоже важна для работоспособности корабля, ты это помнишь? У нас нет здесь клона Джорди, чтобы мог вытащить тебя с того света. Хорошо, что он был на смене на Утопии Планитии, когда запросили помощь.
    - Тадеус был ранен похитителем, когда я попробовал приблизиться. Он не плакал, но… Этого хватило. Чтобы… чтобы.
    Выразить мысль до конца, Дейта не смог, но и не потребовалось. Опустив глаза на свою порванную и почерневшую униформу, которую доразодрали уже инженеры от шеи до талии, Дейта дрожащей от перегрузки рукой прикрылся медицинским термопледом, скорее из этических соображений, нежели от холода. Перегрузка всех систем затронула и позитронный мозг, он еще тяжело калибрировал моторику, но шел на поправку сам по себе, медленно, но верно.
    Наверное, увидь Уилл раны Тадеуса на месте Дейты, натворил бы много глупостей, не спас ребенка и сам бы сильно подставился, оставив Диану вдовой, а сына наполовину сиротой. Даже андроид не смог рационально размышлять в такой ситуации. Или смог, просто по-человечески сделав все лучше и эффективнее, чем мог бы даже любящий отец в лице Уилла. Райкер тяжело вздохнул, распуская руки. Сердиться на Дейту можно было сколько угодно, факты от того не менялись: сын был цел и почти невредим, враги схвачены, политический кризис обернулся в очередной шаг для укрепления Бажорского соглашения. В целом, Томас Райкер добился прямо противоположного эффекта, а Дейта показал себя в очередной раз куда более человечным, чем сам себя мог оценить.
    - Ты схватил Томаса живьем и спас моего сына. Федерация, Кардассия… моя семья в долгу у тебя. Спасибо, Дейта. Я очень рад, что ты сам остался жив. Но учти, в дальнейшем я запрещаю использовать на себе твои вулканские приемчики, это ясно, коммандер?
    В этот момент в лазарет внезапно влетел Тадеус под присмотром подоспевшей следом миссис Райкер-Трой. Заметив, что Дейта пришел в себя, мальчик вскарабкался на койку и плюхнулся на андроида.
    - Моноплан «Тадеус» взлетает!
    Дейта ни секунды не раздумывая поднял Тада на вытянутых руках над собой, помогая тому принять форму «самолетика». Дрожь в механических суставах прошла, будто ее и не было, а в золотых глазах машины сверкнуло что-то по-человечески любящее.
    Уилл усмехнулся, что андроид демонстративно проигнорировал его вопрос из-за ребенка, явно избегая прямого приказа не спасать капитанскую жизнь, когда посчитает нужным. Райкер не стал настаивать, решив, что вопрос обождет, и приобнял супругу, поцеловав ее в макушку.
    Титан летел домой, все близкие были живы. Оставалось лишь надеяться, что отражение в зеркале останется для него привычным и знакомым, как сегодня. Если уж не своими стараниями, то тех, кто рядом.

    0

    27

    star trek: strange new worlds
    {la'an noonien-singh}

    https://i.postimg.cc/0Q6ZWGs8/12121.gif https://i.postimg.cc/g0tNHS1S/432432.gif


    ► Начальник службы безопасности у Пайка на Энтерпрайзе.
    ► Попробуйте нарушить при ней Устав и узнаете всю тяжесть правоприменения на своей голове почти мгновенно - она вместе со старпомом Чин-Райли усиленно врукопашную или фазером наводит порядки, поэтому воплощение "ессэр".
    ► С юности была бойцом, выжила Горнов, пережила всех близких, получила несколько душевных травм - даже не вздумайте водить ее в террариум.
    ► Смеяться не умеет, но всегда тянется к чему-то хорошему и доброму, хотя и воротит нос, что это не для нее, но "голодна" до уюта и бочком притюрится посмотреть и почувствовать себя в комфорте и безопасности.
    ► Старпом для нее ментор и друг, потому что только Уна смогла принять и понять потомка того самого Хана и не обижала девушку за кровь в венах, как многие ее сверстники в школе и даже академии. Характер юность закалила так, что душа звенит, но от того она не стала злой, лишь очень эффективной в своей работе.
    ► Survivor's Guilt.com
    ► На свою голову попутешествовала во времени и влюбилась в Джеймса Кирка, с которым вместе и попутешествовала. Что будет дальше никто не знает, сама себе чувства запретила, но при встрече с Кирком не может не...
    ► Тоже полюбила комфорт-фуд в виде клубники, но вполне может жахнуть клингонского алкоголя для того же комфорта.

    * * *

    • Посмотрите SNW, вам понравится.
    • Посмотрите викию, она офигенная.
    • Посты пишите примерно 5-7 к, но если будет больше, я только за, люблю книжный формат, скорость на ваше усмотрение.
    • Впишусь в сюжет, что-нибудь придумаем, свой Нексус ивент замутим или как в ST Timelines, спасибо Кью, много временных аномалий поменяли всю Вселенную и я упаду на вас как капитан Титана из другого времени.


    пример поста

    "Reflections"
    — Act I —

    Симпозиум по психологии для ребенка семи лет – непосильный подвиг. Однако, Тадеус Райкер-Трой всегда был исключением из правила с самого момента своего появления. Он любил посещать с матерью подобные мероприятия, как только научился разговаривать и выражать желания. Во-первых, командировки означали, что не надо ходить в школу на борту Титана, а во-вторых, у него была возможность побывать не только на космических станциях Звездного флота, но и на настоящих планетах!
    Сама концепция родного дома на каком-то космическом теле, которое никуда никогда (если, конечно, не случится катастрофа) не исчезнет, завораживала малыша ничуть не меньше сказок бабушки Луаксаны. Собственно, с бабушкой и пыталась управиться его мама около стойки кафетерия в просторном зале номер девять центрального космопорта Бетазеда. Ожидая в очереди, женщины спорили не то о посольских обязанностях Луаксаны, не то о том, как и кто «строил ей глазки» со сцены из лекторов симпозиума преклонного, почти ветхого возраста. Сам Тадеус еще не сильно вникал в такие разговоры старших, зато усиленно собирал вулканский конструктор в кафе, занимая столик в ожидании взрослых, и пытался почувствовать свою связь с этим миром по наставлению бабушки.
    Тадеус был на незначительную четверть днк бетазоидом, а потому не владел ни телепатией, ни эмпатией, лишь любопытством и открытостью ко всему новому и материнским золотым сердцем. К сожалению, почувствовать Бетазед как родной дом ему никак не удавалось, как бы он ни утверждал мысленно незримой сущности-духу планеты, что он «свой». Может, потому что вокруг было слишком шумно после симпозиума, летали дроиды-разносчики, где-то за переборкой играли музыканты. А может потому что ему что-то активно мешало на подсознательном уровне, но понять, что именно, малыш еще не мог.
    Предчувствие беды не поддавалось детскому уму так просто, как старшим…
    Конструктор тихонько приобретал черты идеальной сферы, маленькие пальцы мальчика ловко маневрировали с детальками, пока вдруг над столиком Тада не померкло освещение яркого полуденного солнца, чьи лучи умело разбивались десятками подвешенных под потолком зеркал. В возникшем затемнении конструктор тоже показался всего лишь грудой палочек с округлыми навершиями для стыковки. Тад наивно поднял глаза наверх и внезапно заулыбался широко и открыто, увидев родное ему лицо.
    - Папа! – воскликнул Тад.
    - Тихо, малыш. Давай не будем портить сюрприз маме, хорошо? Я приготовил вам подарки, – сказал мужчина с бородой, склоняясь к столику так, чтобы не все видели его лицо из окружающих посетителей кафе. – Времени мало, а с одним я все никак не управлюсь, нужна твоя помощь. Ты ведь у нас маленький гений, верно?
    Улыбка Райкера казалась неискренней, но Тад нередко замечал, что его капитан-отец часто улыбался, даже когда не чувствовал радости. Сейчас, видимо, проблема с подарками сильно расстроила папу, и Тадеус согласно кивнул, оставляя конструктор.
    - Я помогу, пап, - уверенно заявил Тадеус.
    Райкер застыл на секунду, глядя на ребенка. Вдали Диана и Луаксана оказались окружены еще несколькими почетными гостями симпозиума, а потому никто не видел Райкера около Тадеуса и не мог заметить странную нервозность мужчины.
    Но замер он не от страха. Напротив, что-то в сердце сжалось от тоски, перемноженной на горькую радость. Идея? Безумная и глупая мысль с ноткой правды: это был и его сын, в какой-то степени, так ведь?..
    Погладив ребенка по макушке, Райкер взял Тада за руку и повел из кафе. Конструктор так и остался на столике незавершенным, а одна деталька, резонирующая вдали от своих «собратьев» в ладони Тада, тоскливо зазвенела как сигнал к бедствию. Малыш взялся за руку Райкера крепче, пытаясь прогнать дурное чувство тревоги, но не ощутил привычного тепла родителя. Тад оглянулся к матери, словно ощущая, как струна между ним и Дианой начинает натягиваться, но ту совсем скрыли из виду другие посетители симпозиума и инстинктивное желание ребенка вернуться к маме потонуло в хоре голосов посетителей космопорта.

    — Act II —

    - Титан должен проследовать по указанным координатам к планете Вало и ожидать дальнейших инструкций. Выбор отказаться у вас есть, но тогда вы больше не увидите сына, капитан Райкер. Мы ожидаем вас здесь через три дня к двенадцати сотням часов. Если опоздаете, винить кроме себя будет некого.
    Послание от похитителей, полученное спустя сутки в пути по вялому тахионному следу похитителей, звучало в конференц-каюте уже не первый раз. Капитан Райкер приказал направить звездолет по указанным в послании координатам до выяснения обстоятельств, чтобы не рисковать жизнью Тада, а Дейте дал персональное задание выяснить все, что только можно, по полученной трансляции. Преступники явно не желали, чтобы их быстро раскрыли. Послание было передано через четырнадцать частных спутниковых систем от неизвестного заказчика. Такая секретность не могла не настораживать, но разбираться вдали от цели не было ни минуты лишнего времени. Ситуация выходила за пределы случайного стечения обстоятельств, многие вопросы безопасности на корабле Дейте еще предстояло отрегулировать вместе с начальником службы охраны Титана. Лейтенант-коммандер Кайрос разделяла подозрения Дейты об утечке информации и кляла на родном аркарианском наречии всех потенциальных предателей. Кто-то очень близкий к семье Райкеров-Трой выдал данные преступникам о намерении Дианы взять на симпозиум своего малолетнего сына. Пока Кайрос изучала послания с борта Титана с даты приглашения Дианы на симпозиум, Дейта всматривался в искаженные лица похитителей на панели в стене за капитанским креслом во главе длинного стола заседаний.
    Восстановить лица оказалось непосильной задачей даже для бортового компьютера Титана вместе с усилиями самого Дейты. А это значило лишь одно. Методика Шерлока Холмса не давала сбоев даже в самых невероятных ситуациях – этих лиц не было на самом деле, в той мере, в какой можно было бы рассуждать по-человечески. Догадка озарила память коммандера и золотые глаза блеснули в свете проплывающих звезд за окном помещения.
    - Компьютер, увеличь сектор А-14-Ф-8 в тысячу раз, - попросил Дейта, изучая приближенный кадр шеи преступника под его размытым лицом и даже сам подошел поближе, неспешно, но пристально всматриваясь в искаженный квадрат кожи. Догадка оправдала себя, но Дейта не почувствовал триумфа, как, впрочем, и всегда, лишь желание поскорее выяснить, кто и зачем похитил малыша Тадеуса.
    Резко отвернувшись от панели на стене, Дейта вернулся к столу и взялся за панель управления, встроенную в столешницу. Пальцы андроида перебирали потоки данных на экране с такой быстротой, что любой другой смотрящий на его работу почувствовал бы помутнение и тошноту. Но Дейта быстро искал контактные данные, которые, как он знал с недавних пор, перемещались в галактической компьютерной сети подобно мигрирующим стаям птиц. Ему надо было поймать хотя бы одну, чтобы выйти на все данные, и наконец удача попалась за птичий хвост.
    Спустя пять минут, к его вящему недовольству, с помощью проекторов в конференц-каюте около панорамного окна возникла проекция мужчины в весьма странном для текущей эпохи костюме.
    - А, мой старый добрый друг, коммандер Дейта, мы давно не виделись, - произнес деланно учтиво профессор Мориарти. Голограмма врага Шерлока Холмса, ожившая еще на Энтерпрайзе-Ди по стечению обстоятельств, с недавних пор обрела максимально желанную свободу перемещений по ГКС, и теперь Дейта был несколько удручен этим фактом.
    - Профессор, - поздоровался андроид, поднимаясь с кресла. – Как поживает графиня?
    - Моя прекрасная супруга чувствует себя отлично, а Вы?.. Ах, простите, я не хотел оскорбить.
    - Нисколько, - честно ответил Дейта, хотя и отметил попытку Мориарти напомнить ему о недостатке машинного тела по сравнению с голографическим. Выискивать слабости в Шерлоке Холмсе, а точнее в самом Дейте в роли сыщика, было заложено в Мориарти от его искусственной природы.
    – Скажите, профессор, знает ли Ваша супруга о подпольном бизнесе, который Вы устроили? – подойдя ближе, Дейта наклонил голову на бок. - О рабстве таких же голограмм, как и Вы сами?
    - Какая чушь, сэр! Вы оскорбляете меня такими упреками! Я уважаемые джентльмен. Среди подобных мне голограмм весьма респектабельная личность. В каком-то роде отец нации…
    - Профессор, у меня есть доказательства Вашего преступного бизнеса. Конечно, создавать голограммы самими голограммами с учетом их нового статуса в Федерации не запрещено, - отметил Дейта уже не таким равнодушным для машины голосом, будто впадая в амплуа сыщика как на голодеке. Андроид обошел Мориарти, чтобы у того была возможность смотреть как на Дейту, так и на экран за его спиной.
    - Тем не менее, Вы продаете их модификации на черном рынке. И ваши голограммы-рабы прямо сейчас используются для шантажа офицеров Звездного флота. Полагаю, именно по этой причине Вы их лично модифицировали и брендировали своими инициалами, чтобы иметь к ним универсальный код доступа и уничтожить, когда заказ будет выполнен.
    Скосив взгляд на экран, где отчетливо виднелись едва заметные буквы «Д.М.» на доле миллиметра кожи его «товара», Джеймс Мориарти с улыбкой, но раздосадовано всплеснул руками.
    - Что ж, пойман с поличным. И что Вы теперь намерены делать? – уточнил Мориарти с вызовом, но достоинством художественного злодея.
    - В любой другой ситуации я бы отдал все свои улики Службе безопасности Звездного флота. Я не отрицаю того факта, что я передам им достаточно сведений для усиления мер контроля за голограммами в пределах Федерации. Но в данный момент мне нужно получить от Вас информацию о заказчиках этих голограмм.
    - И что будет, если откажусь Вам помогать? – спросил Джеймс Мориарти, уже пять раз попытавшись покинуть палубу Титана, но тщетно. Дейта сымитировал сочувствующую улыбку на шестой попытке, о которой его оповестила внутренняя сетевая коммуникация с бортовым компьютером. Каждая попытка голограммы сбежать пресекалась компьютером Титана с его четкой заложенной инструкции еще до включения контакта.
    - Я доведу до сведения графини Ваш обман, - заявил прямо Дейта, отметив, как переменился в лице Мориарти. Видимо, он ожидал удара «благороднее» - бой, арест, поединок, но никак не удар в самое сердце, и очевидно опешил.
    - Она поверила, что Вы больше не занимаетесь криминальным бизнесом, что Вы стали добропорядочным гражданином Федерации, вопреки своей литературной биографии. Полагаю, Вы полюбили ее за категоричность и решительность, не так ли? Вы знаете, как она отреагирует, увидев Вас в новом свете, как работорговца ей и Вам подобных созданий?
    Голограммы и в самом деле солидно отличались от воплощенного изначально в реальной материи Дейты. Их чувства и эмоции были частью их программы, а потому они почти как люди вполне могли переживать, смеяться, плакать или радоваться. И сейчас Дейта видел, как напугал своего давнего соперника, страх замерцал в глазах голограммы молниями, вместе с гневом и картинной решимостью.
    - Я понимаю условия. И принимаю их. Но все же я настаиваю, чтобы Вы, сэр, дали слово не открывать графине правды, пока я сам не разберусь с вопросами своего частного предприятия и его работы. Рабство слишком громкое слово для цивилизованного общества, в котором мы живем с моей супругой…
    - Я даю слово, что при получении всей нужной информации о заказчиках конкретно этих голограмм, Ваш секрет останется со мной в безопасности, - произнес Дейта уверенно и искренне. – Кто заказал эти голограммы?

    — Act III —

    Капитан Райкер с трудом сидел ровно в своем командном кресле на мостике. По правую и левую руку от него было пусто, что само по себе немного нервировало. Диана старалась работать вопреки переживаниям, поскольку никто не отменял обязанностей советника, а Дейта выполнял его личный приказ, и пока присутствие старпома на палубе не требовалось.
    - Сэр, мы приближаемся к Вало. Кардассианская граница через четыре парсека, - оповестил энсин Яксли, сидящий за панелью навигации перед Райкером.
    - Желтая тревога, - скомандовал Уилл, и палубы Титана тут же окрасились желтыми огнями вдоль всех коридоров и в каютах экипажа, чтобы оповестить о возможной угрозе, в которую они сами добровольно летели на варп четыре.
    - Сбавьте скорость, энсин, половина импульса. Что у нас на сканах?
    - Сэр, сканеры дальнего действия засекли кардассианский звездолет. Класс Хедеки. Они летят к планете.
    - Нас ждали, но не приветствуют? – спросил с безрадостной насмешкой Райкер, склонившись на правый подлокотник.
    - Капитан, - заговорила за спиной лейтенант-коммандер Кайрос. – Мы получаем два сигнала. С Вало и с кардассианского корабля.
    В этот момент из конференц-каюты вышел Дейта. Услышав про две передачи, которые получал Титан, старпом устроился в своем кресле по правую руку от Райкера.
    - Сэр, рекомендую сначала послушать сообщение с корабля.
    Уилл кивнул.
    - Кайрос, на экран.
    В следующий момент вновь размытые лица похитителей показались на широком лобовом экране Титана вместо панорамы кардассианской границы.
    - Титан, ваша задача уничтожить штаб обороны Истинного Пути по координатам, которые указаны в данной трансмиссии. Любое сопротивление нашим требованиям дорого обойдется Тадеусу…
    Уилл напрягся всем телом, услышав угрозу, и наклонился чуть вперед, сжимая кулаки. Будь его воля, он бы задушил голыми руками негодяя, что угрожал его малолетнему сыну, даже несмотря на чудовищность самого поступка – убийства. Сейчас состояние Уилла было далеко от логичного, поэтому Дейта поспешил нашептать ему на ухо о том, что узнал от Мориарти, и когда короткий доклад андроида осел в голове Уилла, настроение капитана Титана стало еще более мрачным, чем прежде.
    - Томас, давай поговорим без иллюзий, - пророкотал Райкер, вставая с капитанского кресла. Какое-то мгновение голограммы без лиц еще держались на экране, но вскоре их силуэты исчезли и в поле зрения за штурвалом кардассианского, судя по всему угнанного, транспортника, оказался Уильям Томас Райкер, как капля воды похожий на капитана Райкера, разве что в совершенно другом облачении, больше черном и с металлическими украшениями бажорцев, видимо, как дань уважения культуре, ради которой предал Звездный Флот.
    Случайно возникший в ходе транспортного инцидента клон Уильяма прожил долгие годы в полной изоляции. Его случайно обнаружили во время экспедиции Энтерпрайза-Ди, и клон, застрявший в звании лейтенанта, оказался далеко не таким «послушным», как тогда еще коммандер Райкер. Условно братья едва ли поддерживали связь после убытия клона. Клон выбрал себе за основное второе имя «Томас» и продолжил службу отдельно от Уильяма, но не долго. Война Маки с Кардассией и потом война с Доминионом утянули Томаса с головой.
    - Давно не виделись, Уилл.
    - Мне говорили, что ты сбежал из тюрьмы. Видимо, снова тянет за решетку? Зачем тебе мой сын?
    - Разве не очевидно? Вы прибыли туда, куда я хотел. И вы сделаете то, что Федерация должна была сделать еще до войны. Эта планета принадлежит валойцам!
    - Томас, где мой сын? – воскликнул Уилл.
    Дейта встал с кресла и оказался рядом с капитаном, напоминая ему тем самым о необходимости держать себя в руках.
    - Капитан, с Вало требуют немедленно покинуть границу. На базе кардассианской обороны заряжают оружие, - оповестила Кайрос.
    - Красная тревога, поднять щиты! - скомандовал Дейта.
    - Атакуйте первыми, - вклинился Томас. - Мощи Титана хватит, чтобы разнести их базу в пыль. Как только Вало будет свободна, я передам координаты, где можно будет подобрать Тадеуса.
    - Я не начну войну Федерации с Кардассией из-за твоего жалкого подобия партизанского благородства, Томас! – рыкнул Уильям, обличительно ткнув пальцем в сторону «брата». - Маки больше нет! Бажор свободен!
    - Кардассия поработила сотни планет, искоренила тысячи народов, не только Бажор пострадал в оккупации! Вало был частью Федерации! Если хочешь увидеть сына живым, Уильям, сделаешь то, что я сказал. Вы прикроете нашу атаку на Вало своими орудиями, иначе кардассианцы сами убьют его вместе с нами. Конец связи!
    Выдохнув ненависть из легких, Уильям быстро приказал отозваться на сигнал с планеты.
    - Звездолету Федерации «Титан», требуем немедленно покинуть территорию Кардассии, повторять мы больше не станем!
    - Вало, говорит капитан «Титана» Уильям Райкер! – стараясь совладать с волнением, Уилл взял волю в кулак и заговорил уверенным командирским тоном. - Мы прибыли в связи с расследованием преступления на территории Федерации, мы на своей стороне границы, ваши агрессивные действия неприемлемы. Отключите оружие во избежание недоразумений с обеих сторон. На вас планируется атака диссидентов!
    - Связь прервана с их стороны, капитан, - оповестила Кайрос.
    - Что показали сканеры, Фарадей? – обратился Дейта к офицеру за операционным пультом, подходя к некогда своему обычному месту на мостике.
    - Показатели неточные, сэр, на хедеки установлен ромуланский щит. Численность экипажа варьируется от двух до пяти человек, точнее сказать не могу. Судно направилось на Вало, на юго-восток от космопорта Норк Дейтем. Там видно скопление форм жизней, показатели неточные на таком расстоянии.
    - Ромуланские технологии во всем. Звездному флоту такая экспансия соседей явно не понравится, - отметила Кайрос, перепроверяя данные со своей тактической панели.
    - Сейчас это второстепенный вопрос, - произнес Дейта и снова глянул на Уилла. – Сэр, любая агрессия против кардассианцев со стороны Федерации на Вало недопустима. Мы должны предупредить их об атаке.
    - Томас хочет прикрыться нами как щитом, держа Тада на месте боя. Думает, что я все сделаю, чтобы сберечь сына. И он прав.
    Мостик погрузился в напряженное молчание, многие офицеры уставились на капитана, кто с сочувствием, кто с волнением за последствия.
    - Мы не будем участвовать в военных действиях против кардассианцев, - уверенно и достаточно громко произнес Райкер, сжимая кулаки. - Я сам высажусь на Вало с группой перехвата, остановлю Томаса и его подельников, пока они не зашли в город. Пытайтесь дозваться до правительства, объясните им ситуацию, - приказал Уилл старпому, дальше обернувшись к тактическому посту. - Кайрос, срочно отберите нескольких быстрых и сильных офицеров, мне нужен шаттл в главном доке и…
    Мир внезапно помутился перед глазами, и Уилл начал заваливаться на пол мостика. Краем глаза он успел заметить испуганные лица офицеров по науке и самой Кайрос, а после ничего не выражающее лицо коммандера Дейты, оказавшегося над ним. Открыв было рот, Райкер так и не смог сказать и слово старпому, и погрузился во мрак внезапного бессознательного.

    Пришел капитан в себя уже в разгар десантной операции на Вало. Увидев прежде всего Диану, Уилл инстинктивно улыбнулся, но события последних минут в его памяти тут же завели его как мотор на агрессивные действия и допрос.
    - Где он?.. Вот же… - подобрать какое-то оскорбление пока не получалось, и Райкер не был уверен, что «сукин сын» достаточно отразит ситуацию в отношение андроида, у которого дефакто были лишь создатели, а не родители.
    - Капитан, мы над Вало на стандартной орбите, получаем передечу от службы безопасности кардассианцев. Они приняли данные о диссидентах, коммандер Дейта и группа высадки с ними. Трансмиссия онлайн.
    Уилл сел в капитанском кресле ровно и дождался, когда на лобовом экране возникнет картинка. Камера тряслась, судя по всему, запись велась с головного убора кардассианца на передовой отряда. Офицеры Звездного флота мелькали в кадре вместе с другими кардассианцами. По окружению стало ясно, что они где-то в подземных тоннелях, засохшей канализации или подземной линии транспорта.
    Раздались первые выстрелы, и Уилл уставился на засаду диссидентов во главе с Томасом Райкером. Видеть свое лицо, искаженное ненавистью, казалось сродни наваждению еще хуже, чем внезапный обморок. Инициатор его расстройства тоже вскоре показался на экране, внезапно ворвавшись в бой за спинами диссидентов вместе с Кайрос и еще лейтенантом Майлзом. Перекрестный огонь почти застал Томаса врасплох, и он схватил что-то небольшое на руки. Осознав, что это его сын, Уилл вскочил на ноги вместе с Дианой.
    - Поднимите их на борт! Живо!
    - Сэр, они слишком глубоко под землей, там кругом металлическая обшивка.
    Тем временем Томас с Тадом на руках нырнул куда-то вбок и исчез из поля зрения кардассианских вооруженных сил. Уилл успел заметить лишь то, что Дейта рванул следом за ним, отдав приказ Кайрос держаться с основным отрядом кардассианцев и поймать других диссидентов.
    - Установите связь с Дейтой, - приказал Уилл, касаясь дельты Звездного Флота на груди.
    Сигнал коммуникатора остался без ответа.
    - Жизненные показатели? – спросил Уилл у операционного офицера.
    - В норме, сэр. Системы коммандера в порядке, но он вступил в бой.
    - Черт тебя дери, Пиноккио! Установите с ним связь!
    Это были самые долгие полчаса в его жизни. Сигнал с Титана оставался без ответа еще дополнительные пять секунд, и когда Уилл уже хотел все же сам спуститься на планету, наконец-то на его требование ответить отозвались.
    - Капитан, Тадеус в безопасности. Мы в трех километрах от Космопорта у входа в подземный склад. Координаты должны быть у вас… Можете… п-п-поднять…
    - Дейта!.. Что со связью? – растерявшись, Уилл посмотрел на смену Кайрос, лейтенанта Лоушань.
    – Связь в порядке!
    - Сэр, показатели коммандера нестабильные.
    - Инженерная! – быстро позвал Райкер.
    - Здесь, сэр!
    - Главного инженера и помощников в медотсек! Поднимите Тада и Дейту в лазарет, немедленно!
    Взяв супругу за руку, Уилл поспешил к турболифту.

    — Act IV —

    В лазарете около двух коек копошились как инженеры, так и врачи. Тадеуса зацепило незначительно, и мальчик уже рвался к родителям, когда они ворвались в лазарет, а вот у второй койки ситуация оказалась куда тяжелее.
    - Мама! – напросившись к Диане на руки, Тад подозвал к себе и отца. – Папа, его ранил дядя Томас.
    - Дядя Томас… - пробурчал Уилл, обнимая сына с Дианой вместе. – Милый, этот человек нам не родственник. Уж точно не после того, что он сделал.
    Оглянувшись на койку, где пытались починить Дейту, Уилл хотел было подойти ближе, но главный инженер остановил его на подходе.
    - Сэр, нам нужно место и техника. Инженерная, телепортируйте в лазарет инструменты по списку! Нам нужны…

    Три часа. Целых три часа заняла операция по ремонту. По спасению? Наверное, дольше Дейту никогда чинить не приходилось даже после общения с Лором. Его системы сами следили за своей работоспособностью, он редко нуждался в инженерном осмотре, но в этот раз без помощи людей Пиноккио был на грани поломаться раз и навсегда, о чем главный инженер предупредил спустя половину этого времени в поте лица и едва выбирая выражения со старшим по званию от стресса.
    Тем временем вопросы безопасности Вало требовали внимания Райкера и к другому участнику атаки – Томасу. Уже не имея никаких причин для опасений, Уилл спустился на планету, чтобы от лица командования флота пообщаться с властями Вало и после со своим «братом». Первую часть визита он смог выдержать с достоинством, несмотря на море упреков от кардассианцев. Ситуация оказалась экстренной для всех, и Штаб был рад узнать, что все же экипажу Титану удалось посодействовать в предотвращении вооруженного переворота на Вало, хотя их втянули в этот вопрос против воли. Стараниями человека, которого Уилл начал искренне ненавидеть.
    Капитан Райкер попросил о короткой встрече напоследок и ему позволили повидаться с организатором нападения. Скрепя сердце, он спустился в подземную тюрьму, что располагалась под военным комплексом – огрызки владений Обсидианового Ордена. Уилл медленно остановился напротив темной клетки, в которую засунули Томаса и его подвижников. Судя по холоду и сырости, впереди у них предстояло далеко не радужное ожидание первого судебного заседания.
    - Я знаю, что не способен на такую бесчеловечную подлость как похищение ребенка. Мы с тобой уже нисколько не похожи друг на друга, - произнес Уилл с презрением.
    - Ты живешь в раю со своей семьей, Уилл. Естественно, тебе не понять, на что способны отчаявшиеся люди, когда у них все забрали, и никому нет дела до их страданий.
    - Тадеус чуть не погиб по твоей вине. Мой друг на грани смерти по твоей вине! Слезы Дианы на твоей совести, если она у тебя еще есть хоть в каком-то ущербном виде! – начал кричать Уилл, подойдя ближе к решетке.
    Томас отвел взгляд в сторону, услышав имя Дианы. Заметив боль в похожих на свои глаза, Уилл взял гнев под контроль и следом презрительно хмыкнул.
    - Ты нарушил владения Кардассии, устроил вооруженный конфликт с законными властями Вало. Их суд будет решать твою судьбу. Звездный Флот тебе не поможет, лишь перешлет данные по обвинению в похищении, рапорт о котором я уже направил в штаб. Прощай, Томас… Надеюсь, я больше никогда тебя не увижу.
    Уилл искренне надеялся, что так и будет. Он развернулся на выход, чтобы уйти и оставить Томаса позади раз и навсегда.
    - Увидишь, - вдруг раздалось ему в спину на пол пути к свободе. – В самый темный час твоей жизни. В зеркале.
    Застопорившись на месте, Райкер принял удар в сердце, но не оглянулся на клетку. Он ушел из тюрьмы в сопровождении стражников блока и больше не произносил имя Томаса даже мысленно, твердо намереваясь избавить свое собственное досье от буквы «Т» раз и навсегда.

    — Act V —

    - Сэр, если Вы хотите написать на меня рапорт в штаб, я готов помочь с его составлением, поскольку мои действия, с учетом вашего бессознательного состояния, лучше могу описать лишь я сам.
    Райкер стоял около койки Дейты в лазарете, скрестив руки на груди. Надув щеки, Уилл возвышался над ним изваянием угрюмо молча, сверля андроида пристальным и недовольным взглядом. На реплику Дейты он тоже не ответил, продолжив беззвучно осуждать все, что тот успел натворить, как раз начиная с нападения на собственного капитана.
    Дейта состроил расстроенное выражение лица, подражая этакому чувству вины перед капитаном… Точнее, другом.
    - Сэр, времени на размышления и убеждения оказалось недостаточно. Вы приказали мне заниматься контактом с Вало, сами решили подвергнуть свою жизнь угрозе во время высадки в зону боевых действий. Вы и так прекрасно знаете, что капитан не должен покидать мостик в таких обстоятельствах. Я следовал вашему же примеру. Вы бы никогда не позволили капитану Пикару подвергнуть себя такому риску…
    Вздернув одну бровь, Уилл вытянул губы в молчаливом осуждении. Дейта стих и открыл было снова рот, поразмыслив над дальнейшей речью, чтобы что-то сказать, но слова застряли в механическом горле на пару секунд. Андроид виновато потупил взгляд. Он использовал на Уилле самый безопасный способ обезвреживания – вулканский нервный захват, научившись ему у самого Спока. Прежде Дейта никогда не применял его на своих и тем более старших по званию. Камеры на мостике Титана показали все действия и перемещения андроида на борту судна, Уилл их достаточно досконально изучил, прежде чем явиться на встречу с пришедшим в себя андроидом.
    Практически то же, что он сказал Уиллу, Дейта заявил и на мостике, когда Райкер упал без чувств, а остальные офицеры даже схватились за фазеры, поняв, что произошло.
    «Жизнь капитана – мой первый приоритет во всех экстренных ситуациях. Я спущусь на планету вместо него» - заявил Дейта, без чьей-либо помощи подняв Уилла под руки и разместив в капитанском кресле. Долю секунды он смотрел на лицо капитана, будто прося прощение - так виделось со стороны теперь уже вполне пришедшего в себя Уилла в капитанской рубке, когда они летели домой на звездную базу двести семь.
    «Всю ответственность за операцию беру на себя, но мои приказы прошу выполнять неукоснительно, от этого зависит жизнь Тадеуса. Кайрос, со мной! Оповестите Советника, продолжайте передавать сигнал тревоги на Вало!»
    О ходе боя на Вало стало ясно немногим позже. Томас Райкер узнал о тайных переходах под Вало и хотел свергнуть местное правительство, чтобы начать партизанскую экспансию по всей границе Федерации и Кардассии. Грандиозные планы сломались, когда Титан не стал участвовать в боевых действиях, даже рискуя жизнью Тадеуса. Поднять руку в наказание на ребенка Томас, судя по всему, не смог. Или не успел. Благодаря Дейте.
    - Тадеус сказал, что ты подставился под фазер, чтобы защитить его… - наконец заговорил Уилл, и Дейта просто кивнул в ответ.
    - Жизнь первого офицера тоже важна для работоспособности корабля, ты это помнишь? У нас нет здесь клона Джорди, чтобы мог вытащить тебя с того света. Хорошо, что он был на смене на Утопии Планитии, когда запросили помощь.
    - Тадеус был ранен похитителем, когда я попробовал приблизиться. Он не плакал, но… Этого хватило. Чтобы… чтобы.
    Выразить мысль до конца, Дейта не смог, но и не потребовалось. Опустив глаза на свою порванную и почерневшую униформу, которую доразодрали уже инженеры от шеи до талии, Дейта дрожащей от перегрузки рукой прикрылся медицинским термопледом, скорее из этических соображений, нежели от холода. Перегрузка всех систем затронула и позитронный мозг, он еще тяжело калибрировал моторику, но шел на поправку сам по себе, медленно, но верно.
    Наверное, увидь Уилл раны Тадеуса на месте Дейты, натворил бы много глупостей, не спас ребенка и сам бы сильно подставился, оставив Диану вдовой, а сына наполовину сиротой. Даже андроид не смог рационально размышлять в такой ситуации. Или смог, просто по-человечески сделав все лучше и эффективнее, чем мог бы даже любящий отец в лице Уилла. Райкер тяжело вздохнул, распуская руки. Сердиться на Дейту можно было сколько угодно, факты от того не менялись: сын был цел и почти невредим, враги схвачены, политический кризис обернулся в очередной шаг для укрепления Бажорского соглашения. В целом, Томас Райкер добился прямо противоположного эффекта, а Дейта показал себя в очередной раз куда более человечным, чем сам себя мог оценить.
    - Ты схватил Томаса живьем и спас моего сына. Федерация, Кардассия… моя семья в долгу у тебя. Спасибо, Дейта. Я очень рад, что ты сам остался жив. Но учти, в дальнейшем я запрещаю использовать на себе твои вулканские приемчики, это ясно, коммандер?
    В этот момент в лазарет внезапно влетел Тадеус под присмотром подоспевшей следом миссис Райкер-Трой. Заметив, что Дейта пришел в себя, мальчик вскарабкался на койку и плюхнулся на андроида.
    - Моноплан «Тадеус» взлетает!
    Дейта ни секунды не раздумывая поднял Тада на вытянутых руках над собой, помогая тому принять форму «самолетика». Дрожь в механических суставах прошла, будто ее и не было, а в золотых глазах машины сверкнуло что-то по-человечески любящее.
    Уилл усмехнулся, что андроид демонстративно проигнорировал его вопрос из-за ребенка, явно избегая прямого приказа не спасать капитанскую жизнь, когда посчитает нужным. Райкер не стал настаивать, решив, что вопрос обождет, и приобнял супругу, поцеловав ее в макушку.
    Титан летел домой, все близкие были живы. Оставалось лишь надеяться, что отражение в зеркале останется для него привычным и знакомым, как сегодня. Если уж не своими стараниями, то тех, кто рядом.

    0

    28

    star trek: strange new worlds
    {spock}

    https://i.postimg.cc/25nS4Mqm/2342342.gif https://i.postimg.cc/W3jbS8rZ/242342.gif


    ► Офицер по науке у Пайка на Энтерпрайзе, по-хорошему, воплощение этой науки в любой ситуации.
    ► Если так подумать, Пайк не плохо устроился, и офицер по науке юмор не понимает в силу вулканской природы, поэтому единственный шутник на борту - это сам капитан. Ну да ладно, Спок по-своему оптимистичный, молодой вулканец, вот только выражать чувства учится, отчасти с помощью невесты Т'Прин, отчасти с помощью медсестры Чапел... Иными словами самую малость мечется меж двух огней, не бабник, но хоть что-то будоражит его зеленую кровь!
    ► С точки зрения выполнения обязанностей на борту придраться не к чему, идеально подходит для работы, всегда спокоен, начитан, смекалист, в меру любопытен, достаточно опытен, а главное - не умеет бояться, поэтому к риску относится так же, как если бы играл в покер на фишки.
    ► Daddy Issues, Volume 274. С отцом отношения не заладились по многим обстоятельствам, которые описывать в заявке не вижу смысла. История с Сареком тянется от TOS, через TNG и завернула назад в прошлое в приквелы, так что сами почитаете, если не в теме.
    ► Mommy Issues, потому что он наполовину человек, и это вносит сильный диссонанс в его мироощущение и общение с другими вулканцами, не говоря уже про людей. Жить на границе двух миров не так просто.
    ► С Пайком очень дружит, уважает и ценит, отношения с экипажем сложились вполне хорошие, но тем не менее, Спок все равно для многих немного нелюдимый и загадка.
    ► Когда он улыбается, значит, где-то Вселенная поломалась...
    ► Дипломат, спасибо вулканской выдержке и логике, но не дай вам Бог узнать обратную сторону медали.
    ► Очень предан делу и команде, и если выбор будет между людьми и долгом, скорее выберет пожертвовать собой.....

    * * *

    • Посмотрите SNW, вам понравится.
    • Посмотрите викию, он невероятный.
    • Посты пишите примерно 5-7 к, но если будет больше, я только за, люблю книжный формат, скорость на ваше усмотрение.
    • Впишусь в сюжет, что-нибудь придумаем, свой Нексус ивент замутим или как в ST Timelines, спасибо Кью, много временных аномалий поменяли всю Вселенную и я упаду на вас как капитан Титана из другого времени.


    пример поста

    "Reflections"
    — Act I —

    Симпозиум по психологии для ребенка семи лет – непосильный подвиг. Однако, Тадеус Райкер-Трой всегда был исключением из правила с самого момента своего появления. Он любил посещать с матерью подобные мероприятия, как только научился разговаривать и выражать желания. Во-первых, командировки означали, что не надо ходить в школу на борту Титана, а во-вторых, у него была возможность побывать не только на космических станциях Звездного флота, но и на настоящих планетах!
    Сама концепция родного дома на каком-то космическом теле, которое никуда никогда (если, конечно, не случится катастрофа) не исчезнет, завораживала малыша ничуть не меньше сказок бабушки Луаксаны. Собственно, с бабушкой и пыталась управиться его мама около стойки кафетерия в просторном зале номер девять центрального космопорта Бетазеда. Ожидая в очереди, женщины спорили не то о посольских обязанностях Луаксаны, не то о том, как и кто «строил ей глазки» со сцены из лекторов симпозиума преклонного, почти ветхого возраста. Сам Тадеус еще не сильно вникал в такие разговоры старших, зато усиленно собирал вулканский конструктор в кафе, занимая столик в ожидании взрослых, и пытался почувствовать свою связь с этим миром по наставлению бабушки.
    Тадеус был на незначительную четверть днк бетазоидом, а потому не владел ни телепатией, ни эмпатией, лишь любопытством и открытостью ко всему новому и материнским золотым сердцем. К сожалению, почувствовать Бетазед как родной дом ему никак не удавалось, как бы он ни утверждал мысленно незримой сущности-духу планеты, что он «свой». Может, потому что вокруг было слишком шумно после симпозиума, летали дроиды-разносчики, где-то за переборкой играли музыканты. А может потому что ему что-то активно мешало на подсознательном уровне, но понять, что именно, малыш еще не мог.
    Предчувствие беды не поддавалось детскому уму так просто, как старшим…
    Конструктор тихонько приобретал черты идеальной сферы, маленькие пальцы мальчика ловко маневрировали с детальками, пока вдруг над столиком Тада не померкло освещение яркого полуденного солнца, чьи лучи умело разбивались десятками подвешенных под потолком зеркал. В возникшем затемнении конструктор тоже показался всего лишь грудой палочек с округлыми навершиями для стыковки. Тад наивно поднял глаза наверх и внезапно заулыбался широко и открыто, увидев родное ему лицо.
    - Папа! – воскликнул Тад.
    - Тихо, малыш. Давай не будем портить сюрприз маме, хорошо? Я приготовил вам подарки, – сказал мужчина с бородой, склоняясь к столику так, чтобы не все видели его лицо из окружающих посетителей кафе. – Времени мало, а с одним я все никак не управлюсь, нужна твоя помощь. Ты ведь у нас маленький гений, верно?
    Улыбка Райкера казалась неискренней, но Тад нередко замечал, что его капитан-отец часто улыбался, даже когда не чувствовал радости. Сейчас, видимо, проблема с подарками сильно расстроила папу, и Тадеус согласно кивнул, оставляя конструктор.
    - Я помогу, пап, - уверенно заявил Тадеус.
    Райкер застыл на секунду, глядя на ребенка. Вдали Диана и Луаксана оказались окружены еще несколькими почетными гостями симпозиума, а потому никто не видел Райкера около Тадеуса и не мог заметить странную нервозность мужчины.
    Но замер он не от страха. Напротив, что-то в сердце сжалось от тоски, перемноженной на горькую радость. Идея? Безумная и глупая мысль с ноткой правды: это был и его сын, в какой-то степени, так ведь?..
    Погладив ребенка по макушке, Райкер взял Тада за руку и повел из кафе. Конструктор так и остался на столике незавершенным, а одна деталька, резонирующая вдали от своих «собратьев» в ладони Тада, тоскливо зазвенела как сигнал к бедствию. Малыш взялся за руку Райкера крепче, пытаясь прогнать дурное чувство тревоги, но не ощутил привычного тепла родителя. Тад оглянулся к матери, словно ощущая, как струна между ним и Дианой начинает натягиваться, но ту совсем скрыли из виду другие посетители симпозиума и инстинктивное желание ребенка вернуться к маме потонуло в хоре голосов посетителей космопорта.

    — Act II —

    - Титан должен проследовать по указанным координатам к планете Вало и ожидать дальнейших инструкций. Выбор отказаться у вас есть, но тогда вы больше не увидите сына, капитан Райкер. Мы ожидаем вас здесь через три дня к двенадцати сотням часов. Если опоздаете, винить кроме себя будет некого.
    Послание от похитителей, полученное спустя сутки в пути по вялому тахионному следу похитителей, звучало в конференц-каюте уже не первый раз. Капитан Райкер приказал направить звездолет по указанным в послании координатам до выяснения обстоятельств, чтобы не рисковать жизнью Тада, а Дейте дал персональное задание выяснить все, что только можно, по полученной трансляции. Преступники явно не желали, чтобы их быстро раскрыли. Послание было передано через четырнадцать частных спутниковых систем от неизвестного заказчика. Такая секретность не могла не настораживать, но разбираться вдали от цели не было ни минуты лишнего времени. Ситуация выходила за пределы случайного стечения обстоятельств, многие вопросы безопасности на корабле Дейте еще предстояло отрегулировать вместе с начальником службы охраны Титана. Лейтенант-коммандер Кайрос разделяла подозрения Дейты об утечке информации и кляла на родном аркарианском наречии всех потенциальных предателей. Кто-то очень близкий к семье Райкеров-Трой выдал данные преступникам о намерении Дианы взять на симпозиум своего малолетнего сына. Пока Кайрос изучала послания с борта Титана с даты приглашения Дианы на симпозиум, Дейта всматривался в искаженные лица похитителей на панели в стене за капитанским креслом во главе длинного стола заседаний.
    Восстановить лица оказалось непосильной задачей даже для бортового компьютера Титана вместе с усилиями самого Дейты. А это значило лишь одно. Методика Шерлока Холмса не давала сбоев даже в самых невероятных ситуациях – этих лиц не было на самом деле, в той мере, в какой можно было бы рассуждать по-человечески. Догадка озарила память коммандера и золотые глаза блеснули в свете проплывающих звезд за окном помещения.
    - Компьютер, увеличь сектор А-14-Ф-8 в тысячу раз, - попросил Дейта, изучая приближенный кадр шеи преступника под его размытым лицом и даже сам подошел поближе, неспешно, но пристально всматриваясь в искаженный квадрат кожи. Догадка оправдала себя, но Дейта не почувствовал триумфа, как, впрочем, и всегда, лишь желание поскорее выяснить, кто и зачем похитил малыша Тадеуса.
    Резко отвернувшись от панели на стене, Дейта вернулся к столу и взялся за панель управления, встроенную в столешницу. Пальцы андроида перебирали потоки данных на экране с такой быстротой, что любой другой смотрящий на его работу почувствовал бы помутнение и тошноту. Но Дейта быстро искал контактные данные, которые, как он знал с недавних пор, перемещались в галактической компьютерной сети подобно мигрирующим стаям птиц. Ему надо было поймать хотя бы одну, чтобы выйти на все данные, и наконец удача попалась за птичий хвост.
    Спустя пять минут, к его вящему недовольству, с помощью проекторов в конференц-каюте около панорамного окна возникла проекция мужчины в весьма странном для текущей эпохи костюме.
    - А, мой старый добрый друг, коммандер Дейта, мы давно не виделись, - произнес деланно учтиво профессор Мориарти. Голограмма врага Шерлока Холмса, ожившая еще на Энтерпрайзе-Ди по стечению обстоятельств, с недавних пор обрела максимально желанную свободу перемещений по ГКС, и теперь Дейта был несколько удручен этим фактом.
    - Профессор, - поздоровался андроид, поднимаясь с кресла. – Как поживает графиня?
    - Моя прекрасная супруга чувствует себя отлично, а Вы?.. Ах, простите, я не хотел оскорбить.
    - Нисколько, - честно ответил Дейта, хотя и отметил попытку Мориарти напомнить ему о недостатке машинного тела по сравнению с голографическим. Выискивать слабости в Шерлоке Холмсе, а точнее в самом Дейте в роли сыщика, было заложено в Мориарти от его искусственной природы.
    – Скажите, профессор, знает ли Ваша супруга о подпольном бизнесе, который Вы устроили? – подойдя ближе, Дейта наклонил голову на бок. - О рабстве таких же голограмм, как и Вы сами?
    - Какая чушь, сэр! Вы оскорбляете меня такими упреками! Я уважаемые джентльмен. Среди подобных мне голограмм весьма респектабельная личность. В каком-то роде отец нации…
    - Профессор, у меня есть доказательства Вашего преступного бизнеса. Конечно, создавать голограммы самими голограммами с учетом их нового статуса в Федерации не запрещено, - отметил Дейта уже не таким равнодушным для машины голосом, будто впадая в амплуа сыщика как на голодеке. Андроид обошел Мориарти, чтобы у того была возможность смотреть как на Дейту, так и на экран за его спиной.
    - Тем не менее, Вы продаете их модификации на черном рынке. И ваши голограммы-рабы прямо сейчас используются для шантажа офицеров Звездного флота. Полагаю, именно по этой причине Вы их лично модифицировали и брендировали своими инициалами, чтобы иметь к ним универсальный код доступа и уничтожить, когда заказ будет выполнен.
    Скосив взгляд на экран, где отчетливо виднелись едва заметные буквы «Д.М.» на доле миллиметра кожи его «товара», Джеймс Мориарти с улыбкой, но раздосадовано всплеснул руками.
    - Что ж, пойман с поличным. И что Вы теперь намерены делать? – уточнил Мориарти с вызовом, но достоинством художественного злодея.
    - В любой другой ситуации я бы отдал все свои улики Службе безопасности Звездного флота. Я не отрицаю того факта, что я передам им достаточно сведений для усиления мер контроля за голограммами в пределах Федерации. Но в данный момент мне нужно получить от Вас информацию о заказчиках этих голограмм.
    - И что будет, если откажусь Вам помогать? – спросил Джеймс Мориарти, уже пять раз попытавшись покинуть палубу Титана, но тщетно. Дейта сымитировал сочувствующую улыбку на шестой попытке, о которой его оповестила внутренняя сетевая коммуникация с бортовым компьютером. Каждая попытка голограммы сбежать пресекалась компьютером Титана с его четкой заложенной инструкции еще до включения контакта.
    - Я доведу до сведения графини Ваш обман, - заявил прямо Дейта, отметив, как переменился в лице Мориарти. Видимо, он ожидал удара «благороднее» - бой, арест, поединок, но никак не удар в самое сердце, и очевидно опешил.
    - Она поверила, что Вы больше не занимаетесь криминальным бизнесом, что Вы стали добропорядочным гражданином Федерации, вопреки своей литературной биографии. Полагаю, Вы полюбили ее за категоричность и решительность, не так ли? Вы знаете, как она отреагирует, увидев Вас в новом свете, как работорговца ей и Вам подобных созданий?
    Голограммы и в самом деле солидно отличались от воплощенного изначально в реальной материи Дейты. Их чувства и эмоции были частью их программы, а потому они почти как люди вполне могли переживать, смеяться, плакать или радоваться. И сейчас Дейта видел, как напугал своего давнего соперника, страх замерцал в глазах голограммы молниями, вместе с гневом и картинной решимостью.
    - Я понимаю условия. И принимаю их. Но все же я настаиваю, чтобы Вы, сэр, дали слово не открывать графине правды, пока я сам не разберусь с вопросами своего частного предприятия и его работы. Рабство слишком громкое слово для цивилизованного общества, в котором мы живем с моей супругой…
    - Я даю слово, что при получении всей нужной информации о заказчиках конкретно этих голограмм, Ваш секрет останется со мной в безопасности, - произнес Дейта уверенно и искренне. – Кто заказал эти голограммы?

    — Act III —

    Капитан Райкер с трудом сидел ровно в своем командном кресле на мостике. По правую и левую руку от него было пусто, что само по себе немного нервировало. Диана старалась работать вопреки переживаниям, поскольку никто не отменял обязанностей советника, а Дейта выполнял его личный приказ, и пока присутствие старпома на палубе не требовалось.
    - Сэр, мы приближаемся к Вало. Кардассианская граница через четыре парсека, - оповестил энсин Яксли, сидящий за панелью навигации перед Райкером.
    - Желтая тревога, - скомандовал Уилл, и палубы Титана тут же окрасились желтыми огнями вдоль всех коридоров и в каютах экипажа, чтобы оповестить о возможной угрозе, в которую они сами добровольно летели на варп четыре.
    - Сбавьте скорость, энсин, половина импульса. Что у нас на сканах?
    - Сэр, сканеры дальнего действия засекли кардассианский звездолет. Класс Хедеки. Они летят к планете.
    - Нас ждали, но не приветствуют? – спросил с безрадостной насмешкой Райкер, склонившись на правый подлокотник.
    - Капитан, - заговорила за спиной лейтенант-коммандер Кайрос. – Мы получаем два сигнала. С Вало и с кардассианского корабля.
    В этот момент из конференц-каюты вышел Дейта. Услышав про две передачи, которые получал Титан, старпом устроился в своем кресле по правую руку от Райкера.
    - Сэр, рекомендую сначала послушать сообщение с корабля.
    Уилл кивнул.
    - Кайрос, на экран.
    В следующий момент вновь размытые лица похитителей показались на широком лобовом экране Титана вместо панорамы кардассианской границы.
    - Титан, ваша задача уничтожить штаб обороны Истинного Пути по координатам, которые указаны в данной трансмиссии. Любое сопротивление нашим требованиям дорого обойдется Тадеусу…
    Уилл напрягся всем телом, услышав угрозу, и наклонился чуть вперед, сжимая кулаки. Будь его воля, он бы задушил голыми руками негодяя, что угрожал его малолетнему сыну, даже несмотря на чудовищность самого поступка – убийства. Сейчас состояние Уилла было далеко от логичного, поэтому Дейта поспешил нашептать ему на ухо о том, что узнал от Мориарти, и когда короткий доклад андроида осел в голове Уилла, настроение капитана Титана стало еще более мрачным, чем прежде.
    - Томас, давай поговорим без иллюзий, - пророкотал Райкер, вставая с капитанского кресла. Какое-то мгновение голограммы без лиц еще держались на экране, но вскоре их силуэты исчезли и в поле зрения за штурвалом кардассианского, судя по всему угнанного, транспортника, оказался Уильям Томас Райкер, как капля воды похожий на капитана Райкера, разве что в совершенно другом облачении, больше черном и с металлическими украшениями бажорцев, видимо, как дань уважения культуре, ради которой предал Звездный Флот.
    Случайно возникший в ходе транспортного инцидента клон Уильяма прожил долгие годы в полной изоляции. Его случайно обнаружили во время экспедиции Энтерпрайза-Ди, и клон, застрявший в звании лейтенанта, оказался далеко не таким «послушным», как тогда еще коммандер Райкер. Условно братья едва ли поддерживали связь после убытия клона. Клон выбрал себе за основное второе имя «Томас» и продолжил службу отдельно от Уильяма, но не долго. Война Маки с Кардассией и потом война с Доминионом утянули Томаса с головой.
    - Давно не виделись, Уилл.
    - Мне говорили, что ты сбежал из тюрьмы. Видимо, снова тянет за решетку? Зачем тебе мой сын?
    - Разве не очевидно? Вы прибыли туда, куда я хотел. И вы сделаете то, что Федерация должна была сделать еще до войны. Эта планета принадлежит валойцам!
    - Томас, где мой сын? – воскликнул Уилл.
    Дейта встал с кресла и оказался рядом с капитаном, напоминая ему тем самым о необходимости держать себя в руках.
    - Капитан, с Вало требуют немедленно покинуть границу. На базе кардассианской обороны заряжают оружие, - оповестила Кайрос.
    - Красная тревога, поднять щиты! - скомандовал Дейта.
    - Атакуйте первыми, - вклинился Томас. - Мощи Титана хватит, чтобы разнести их базу в пыль. Как только Вало будет свободна, я передам координаты, где можно будет подобрать Тадеуса.
    - Я не начну войну Федерации с Кардассией из-за твоего жалкого подобия партизанского благородства, Томас! – рыкнул Уильям, обличительно ткнув пальцем в сторону «брата». - Маки больше нет! Бажор свободен!
    - Кардассия поработила сотни планет, искоренила тысячи народов, не только Бажор пострадал в оккупации! Вало был частью Федерации! Если хочешь увидеть сына живым, Уильям, сделаешь то, что я сказал. Вы прикроете нашу атаку на Вало своими орудиями, иначе кардассианцы сами убьют его вместе с нами. Конец связи!
    Выдохнув ненависть из легких, Уильям быстро приказал отозваться на сигнал с планеты.
    - Звездолету Федерации «Титан», требуем немедленно покинуть территорию Кардассии, повторять мы больше не станем!
    - Вало, говорит капитан «Титана» Уильям Райкер! – стараясь совладать с волнением, Уилл взял волю в кулак и заговорил уверенным командирским тоном. - Мы прибыли в связи с расследованием преступления на территории Федерации, мы на своей стороне границы, ваши агрессивные действия неприемлемы. Отключите оружие во избежание недоразумений с обеих сторон. На вас планируется атака диссидентов!
    - Связь прервана с их стороны, капитан, - оповестила Кайрос.
    - Что показали сканеры, Фарадей? – обратился Дейта к офицеру за операционным пультом, подходя к некогда своему обычному месту на мостике.
    - Показатели неточные, сэр, на хедеки установлен ромуланский щит. Численность экипажа варьируется от двух до пяти человек, точнее сказать не могу. Судно направилось на Вало, на юго-восток от космопорта Норк Дейтем. Там видно скопление форм жизней, показатели неточные на таком расстоянии.
    - Ромуланские технологии во всем. Звездному флоту такая экспансия соседей явно не понравится, - отметила Кайрос, перепроверяя данные со своей тактической панели.
    - Сейчас это второстепенный вопрос, - произнес Дейта и снова глянул на Уилла. – Сэр, любая агрессия против кардассианцев со стороны Федерации на Вало недопустима. Мы должны предупредить их об атаке.
    - Томас хочет прикрыться нами как щитом, держа Тада на месте боя. Думает, что я все сделаю, чтобы сберечь сына. И он прав.
    Мостик погрузился в напряженное молчание, многие офицеры уставились на капитана, кто с сочувствием, кто с волнением за последствия.
    - Мы не будем участвовать в военных действиях против кардассианцев, - уверенно и достаточно громко произнес Райкер, сжимая кулаки. - Я сам высажусь на Вало с группой перехвата, остановлю Томаса и его подельников, пока они не зашли в город. Пытайтесь дозваться до правительства, объясните им ситуацию, - приказал Уилл старпому, дальше обернувшись к тактическому посту. - Кайрос, срочно отберите нескольких быстрых и сильных офицеров, мне нужен шаттл в главном доке и…
    Мир внезапно помутился перед глазами, и Уилл начал заваливаться на пол мостика. Краем глаза он успел заметить испуганные лица офицеров по науке и самой Кайрос, а после ничего не выражающее лицо коммандера Дейты, оказавшегося над ним. Открыв было рот, Райкер так и не смог сказать и слово старпому, и погрузился во мрак внезапного бессознательного.

    Пришел капитан в себя уже в разгар десантной операции на Вало. Увидев прежде всего Диану, Уилл инстинктивно улыбнулся, но события последних минут в его памяти тут же завели его как мотор на агрессивные действия и допрос.
    - Где он?.. Вот же… - подобрать какое-то оскорбление пока не получалось, и Райкер не был уверен, что «сукин сын» достаточно отразит ситуацию в отношение андроида, у которого дефакто были лишь создатели, а не родители.
    - Капитан, мы над Вало на стандартной орбите, получаем передечу от службы безопасности кардассианцев. Они приняли данные о диссидентах, коммандер Дейта и группа высадки с ними. Трансмиссия онлайн.
    Уилл сел в капитанском кресле ровно и дождался, когда на лобовом экране возникнет картинка. Камера тряслась, судя по всему, запись велась с головного убора кардассианца на передовой отряда. Офицеры Звездного флота мелькали в кадре вместе с другими кардассианцами. По окружению стало ясно, что они где-то в подземных тоннелях, засохшей канализации или подземной линии транспорта.
    Раздались первые выстрелы, и Уилл уставился на засаду диссидентов во главе с Томасом Райкером. Видеть свое лицо, искаженное ненавистью, казалось сродни наваждению еще хуже, чем внезапный обморок. Инициатор его расстройства тоже вскоре показался на экране, внезапно ворвавшись в бой за спинами диссидентов вместе с Кайрос и еще лейтенантом Майлзом. Перекрестный огонь почти застал Томаса врасплох, и он схватил что-то небольшое на руки. Осознав, что это его сын, Уилл вскочил на ноги вместе с Дианой.
    - Поднимите их на борт! Живо!
    - Сэр, они слишком глубоко под землей, там кругом металлическая обшивка.
    Тем временем Томас с Тадом на руках нырнул куда-то вбок и исчез из поля зрения кардассианских вооруженных сил. Уилл успел заметить лишь то, что Дейта рванул следом за ним, отдав приказ Кайрос держаться с основным отрядом кардассианцев и поймать других диссидентов.
    - Установите связь с Дейтой, - приказал Уилл, касаясь дельты Звездного Флота на груди.
    Сигнал коммуникатора остался без ответа.
    - Жизненные показатели? – спросил Уилл у операционного офицера.
    - В норме, сэр. Системы коммандера в порядке, но он вступил в бой.
    - Черт тебя дери, Пиноккио! Установите с ним связь!
    Это были самые долгие полчаса в его жизни. Сигнал с Титана оставался без ответа еще дополнительные пять секунд, и когда Уилл уже хотел все же сам спуститься на планету, наконец-то на его требование ответить отозвались.
    - Капитан, Тадеус в безопасности. Мы в трех километрах от Космопорта у входа в подземный склад. Координаты должны быть у вас… Можете… п-п-поднять…
    - Дейта!.. Что со связью? – растерявшись, Уилл посмотрел на смену Кайрос, лейтенанта Лоушань.
    – Связь в порядке!
    - Сэр, показатели коммандера нестабильные.
    - Инженерная! – быстро позвал Райкер.
    - Здесь, сэр!
    - Главного инженера и помощников в медотсек! Поднимите Тада и Дейту в лазарет, немедленно!
    Взяв супругу за руку, Уилл поспешил к турболифту.

    — Act IV —

    В лазарете около двух коек копошились как инженеры, так и врачи. Тадеуса зацепило незначительно, и мальчик уже рвался к родителям, когда они ворвались в лазарет, а вот у второй койки ситуация оказалась куда тяжелее.
    - Мама! – напросившись к Диане на руки, Тад подозвал к себе и отца. – Папа, его ранил дядя Томас.
    - Дядя Томас… - пробурчал Уилл, обнимая сына с Дианой вместе. – Милый, этот человек нам не родственник. Уж точно не после того, что он сделал.
    Оглянувшись на койку, где пытались починить Дейту, Уилл хотел было подойти ближе, но главный инженер остановил его на подходе.
    - Сэр, нам нужно место и техника. Инженерная, телепортируйте в лазарет инструменты по списку! Нам нужны…

    Три часа. Целых три часа заняла операция по ремонту. По спасению? Наверное, дольше Дейту никогда чинить не приходилось даже после общения с Лором. Его системы сами следили за своей работоспособностью, он редко нуждался в инженерном осмотре, но в этот раз без помощи людей Пиноккио был на грани поломаться раз и навсегда, о чем главный инженер предупредил спустя половину этого времени в поте лица и едва выбирая выражения со старшим по званию от стресса.
    Тем временем вопросы безопасности Вало требовали внимания Райкера и к другому участнику атаки – Томасу. Уже не имея никаких причин для опасений, Уилл спустился на планету, чтобы от лица командования флота пообщаться с властями Вало и после со своим «братом». Первую часть визита он смог выдержать с достоинством, несмотря на море упреков от кардассианцев. Ситуация оказалась экстренной для всех, и Штаб был рад узнать, что все же экипажу Титану удалось посодействовать в предотвращении вооруженного переворота на Вало, хотя их втянули в этот вопрос против воли. Стараниями человека, которого Уилл начал искренне ненавидеть.
    Капитан Райкер попросил о короткой встрече напоследок и ему позволили повидаться с организатором нападения. Скрепя сердце, он спустился в подземную тюрьму, что располагалась под военным комплексом – огрызки владений Обсидианового Ордена. Уилл медленно остановился напротив темной клетки, в которую засунули Томаса и его подвижников. Судя по холоду и сырости, впереди у них предстояло далеко не радужное ожидание первого судебного заседания.
    - Я знаю, что не способен на такую бесчеловечную подлость как похищение ребенка. Мы с тобой уже нисколько не похожи друг на друга, - произнес Уилл с презрением.
    - Ты живешь в раю со своей семьей, Уилл. Естественно, тебе не понять, на что способны отчаявшиеся люди, когда у них все забрали, и никому нет дела до их страданий.
    - Тадеус чуть не погиб по твоей вине. Мой друг на грани смерти по твоей вине! Слезы Дианы на твоей совести, если она у тебя еще есть хоть в каком-то ущербном виде! – начал кричать Уилл, подойдя ближе к решетке.
    Томас отвел взгляд в сторону, услышав имя Дианы. Заметив боль в похожих на свои глаза, Уилл взял гнев под контроль и следом презрительно хмыкнул.
    - Ты нарушил владения Кардассии, устроил вооруженный конфликт с законными властями Вало. Их суд будет решать твою судьбу. Звездный Флот тебе не поможет, лишь перешлет данные по обвинению в похищении, рапорт о котором я уже направил в штаб. Прощай, Томас… Надеюсь, я больше никогда тебя не увижу.
    Уилл искренне надеялся, что так и будет. Он развернулся на выход, чтобы уйти и оставить Томаса позади раз и навсегда.
    - Увидишь, - вдруг раздалось ему в спину на пол пути к свободе. – В самый темный час твоей жизни. В зеркале.
    Застопорившись на месте, Райкер принял удар в сердце, но не оглянулся на клетку. Он ушел из тюрьмы в сопровождении стражников блока и больше не произносил имя Томаса даже мысленно, твердо намереваясь избавить свое собственное досье от буквы «Т» раз и навсегда.

    — Act V —

    - Сэр, если Вы хотите написать на меня рапорт в штаб, я готов помочь с его составлением, поскольку мои действия, с учетом вашего бессознательного состояния, лучше могу описать лишь я сам.
    Райкер стоял около койки Дейты в лазарете, скрестив руки на груди. Надув щеки, Уилл возвышался над ним изваянием угрюмо молча, сверля андроида пристальным и недовольным взглядом. На реплику Дейты он тоже не ответил, продолжив беззвучно осуждать все, что тот успел натворить, как раз начиная с нападения на собственного капитана.
    Дейта состроил расстроенное выражение лица, подражая этакому чувству вины перед капитаном… Точнее, другом.
    - Сэр, времени на размышления и убеждения оказалось недостаточно. Вы приказали мне заниматься контактом с Вало, сами решили подвергнуть свою жизнь угрозе во время высадки в зону боевых действий. Вы и так прекрасно знаете, что капитан не должен покидать мостик в таких обстоятельствах. Я следовал вашему же примеру. Вы бы никогда не позволили капитану Пикару подвергнуть себя такому риску…
    Вздернув одну бровь, Уилл вытянул губы в молчаливом осуждении. Дейта стих и открыл было снова рот, поразмыслив над дальнейшей речью, чтобы что-то сказать, но слова застряли в механическом горле на пару секунд. Андроид виновато потупил взгляд. Он использовал на Уилле самый безопасный способ обезвреживания – вулканский нервный захват, научившись ему у самого Спока. Прежде Дейта никогда не применял его на своих и тем более старших по званию. Камеры на мостике Титана показали все действия и перемещения андроида на борту судна, Уилл их достаточно досконально изучил, прежде чем явиться на встречу с пришедшим в себя андроидом.
    Практически то же, что он сказал Уиллу, Дейта заявил и на мостике, когда Райкер упал без чувств, а остальные офицеры даже схватились за фазеры, поняв, что произошло.
    «Жизнь капитана – мой первый приоритет во всех экстренных ситуациях. Я спущусь на планету вместо него» - заявил Дейта, без чьей-либо помощи подняв Уилла под руки и разместив в капитанском кресле. Долю секунды он смотрел на лицо капитана, будто прося прощение - так виделось со стороны теперь уже вполне пришедшего в себя Уилла в капитанской рубке, когда они летели домой на звездную базу двести семь.
    «Всю ответственность за операцию беру на себя, но мои приказы прошу выполнять неукоснительно, от этого зависит жизнь Тадеуса. Кайрос, со мной! Оповестите Советника, продолжайте передавать сигнал тревоги на Вало!»
    О ходе боя на Вало стало ясно немногим позже. Томас Райкер узнал о тайных переходах под Вало и хотел свергнуть местное правительство, чтобы начать партизанскую экспансию по всей границе Федерации и Кардассии. Грандиозные планы сломались, когда Титан не стал участвовать в боевых действиях, даже рискуя жизнью Тадеуса. Поднять руку в наказание на ребенка Томас, судя по всему, не смог. Или не успел. Благодаря Дейте.
    - Тадеус сказал, что ты подставился под фазер, чтобы защитить его… - наконец заговорил Уилл, и Дейта просто кивнул в ответ.
    - Жизнь первого офицера тоже важна для работоспособности корабля, ты это помнишь? У нас нет здесь клона Джорди, чтобы мог вытащить тебя с того света. Хорошо, что он был на смене на Утопии Планитии, когда запросили помощь.
    - Тадеус был ранен похитителем, когда я попробовал приблизиться. Он не плакал, но… Этого хватило. Чтобы… чтобы.
    Выразить мысль до конца, Дейта не смог, но и не потребовалось. Опустив глаза на свою порванную и почерневшую униформу, которую доразодрали уже инженеры от шеи до талии, Дейта дрожащей от перегрузки рукой прикрылся медицинским термопледом, скорее из этических соображений, нежели от холода. Перегрузка всех систем затронула и позитронный мозг, он еще тяжело калибрировал моторику, но шел на поправку сам по себе, медленно, но верно.
    Наверное, увидь Уилл раны Тадеуса на месте Дейты, натворил бы много глупостей, не спас ребенка и сам бы сильно подставился, оставив Диану вдовой, а сына наполовину сиротой. Даже андроид не смог рационально размышлять в такой ситуации. Или смог, просто по-человечески сделав все лучше и эффективнее, чем мог бы даже любящий отец в лице Уилла. Райкер тяжело вздохнул, распуская руки. Сердиться на Дейту можно было сколько угодно, факты от того не менялись: сын был цел и почти невредим, враги схвачены, политический кризис обернулся в очередной шаг для укрепления Бажорского соглашения. В целом, Томас Райкер добился прямо противоположного эффекта, а Дейта показал себя в очередной раз куда более человечным, чем сам себя мог оценить.
    - Ты схватил Томаса живьем и спас моего сына. Федерация, Кардассия… моя семья в долгу у тебя. Спасибо, Дейта. Я очень рад, что ты сам остался жив. Но учти, в дальнейшем я запрещаю использовать на себе твои вулканские приемчики, это ясно, коммандер?
    В этот момент в лазарет внезапно влетел Тадеус под присмотром подоспевшей следом миссис Райкер-Трой. Заметив, что Дейта пришел в себя, мальчик вскарабкался на койку и плюхнулся на андроида.
    - Моноплан «Тадеус» взлетает!
    Дейта ни секунды не раздумывая поднял Тада на вытянутых руках над собой, помогая тому принять форму «самолетика». Дрожь в механических суставах прошла, будто ее и не было, а в золотых глазах машины сверкнуло что-то по-человечески любящее.
    Уилл усмехнулся, что андроид демонстративно проигнорировал его вопрос из-за ребенка, явно избегая прямого приказа не спасать капитанскую жизнь, когда посчитает нужным. Райкер не стал настаивать, решив, что вопрос обождет, и приобнял супругу, поцеловав ее в макушку.
    Титан летел домой, все близкие были живы. Оставалось лишь надеяться, что отражение в зеркале останется для него привычным и знакомым, как сегодня. Если уж не своими стараниями, то тех, кто рядом.

    0

    29

    star trek: strange new worlds
    {una chin-riley}

    https://i.postimg.cc/VNWKkpDb/1111.gif https://i.postimg.cc/B6ZMLpV7/222.gif


    ► Первый помощник капитана Пайка на Энтерпрайзе NCC-1701, проще говоря, ориджинал Намбер Уан, я Ваш фанат, без Вас бы там все развалилось, понимаю нелегкую ношу
    ► С детства аугментированный человек, до энного возраста в бегах с близкими и в попытках найти себе место в мире, где после Евгенических войн таких как она считали изгоями, если не чем-то хуже.
    ► Правая рука капитана, веселиться не умеет от слова совсем, в чем нашла себе родную душу в начальнике службы безопасности - вы вдвоем слово юмор вообще не понимаете, но улыбки если и происходят, то теплее них есть только самые горячие звезды.
    ► Идеалист, каких еще поискать, добрая, заботливая, всегда поддержит, но и требовательная, потому что второй человек на борту, работы много, времени на все отмазки нижестоящих офицеров категорически мало.
    ► Сама себя засунула в тюрьму, чтоб последовать протоколу Звездного Флота. Перегиб с идеализмом? Бывает, но друзья не бросят в беде даже в таком пагубном случае, особенно капитан, который ради такого старпома готов на собственные глупые геройства - вместе служили аж на трех звездолетах, уже привычка выручать друг друга.
    ► Страдает от тайн и недосказанности на тему своего собственного взросления, но верит в Звездный Флот и Федерацию больше, чем в себя.
    ► Любит клубнику и острые соусы, а еще может быть самую малость влюблена в Пайка, но это не точно.
    ► Возможно, единственный человек на борту Энтерпрайза, около которого будет безопасно в любой неприятной ситуации, поэтому капитан без нее никуда и даже не стесняется обнимать..

    * * *

    • Посмотрите SNW, вам понравится.
    • Посмотрите викию, она богиня.
    • Посты пишите примерно 5-7 к, но если будет больше, я только за, люблю книжный формат, скорость на ваше усмотрение.
    • Впишусь в сюжет, что-нибудь придумаем, свой Нексус ивент замутим или как в ST Timelines, спасибо Кью, много временных аномалий поменяли всю Вселенную и я упаду на вас как капитан Титана из другого времени.


    пример поста

    "Reflections"
    — Act I —

    Симпозиум по психологии для ребенка семи лет – непосильный подвиг. Однако, Тадеус Райкер-Трой всегда был исключением из правила с самого момента своего появления. Он любил посещать с матерью подобные мероприятия, как только научился разговаривать и выражать желания. Во-первых, командировки означали, что не надо ходить в школу на борту Титана, а во-вторых, у него была возможность побывать не только на космических станциях Звездного флота, но и на настоящих планетах!
    Сама концепция родного дома на каком-то космическом теле, которое никуда никогда (если, конечно, не случится катастрофа) не исчезнет, завораживала малыша ничуть не меньше сказок бабушки Луаксаны. Собственно, с бабушкой и пыталась управиться его мама около стойки кафетерия в просторном зале номер девять центрального космопорта Бетазеда. Ожидая в очереди, женщины спорили не то о посольских обязанностях Луаксаны, не то о том, как и кто «строил ей глазки» со сцены из лекторов симпозиума преклонного, почти ветхого возраста. Сам Тадеус еще не сильно вникал в такие разговоры старших, зато усиленно собирал вулканский конструктор в кафе, занимая столик в ожидании взрослых, и пытался почувствовать свою связь с этим миром по наставлению бабушки.
    Тадеус был на незначительную четверть днк бетазоидом, а потому не владел ни телепатией, ни эмпатией, лишь любопытством и открытостью ко всему новому и материнским золотым сердцем. К сожалению, почувствовать Бетазед как родной дом ему никак не удавалось, как бы он ни утверждал мысленно незримой сущности-духу планеты, что он «свой». Может, потому что вокруг было слишком шумно после симпозиума, летали дроиды-разносчики, где-то за переборкой играли музыканты. А может потому что ему что-то активно мешало на подсознательном уровне, но понять, что именно, малыш еще не мог.
    Предчувствие беды не поддавалось детскому уму так просто, как старшим…
    Конструктор тихонько приобретал черты идеальной сферы, маленькие пальцы мальчика ловко маневрировали с детальками, пока вдруг над столиком Тада не померкло освещение яркого полуденного солнца, чьи лучи умело разбивались десятками подвешенных под потолком зеркал. В возникшем затемнении конструктор тоже показался всего лишь грудой палочек с округлыми навершиями для стыковки. Тад наивно поднял глаза наверх и внезапно заулыбался широко и открыто, увидев родное ему лицо.
    - Папа! – воскликнул Тад.
    - Тихо, малыш. Давай не будем портить сюрприз маме, хорошо? Я приготовил вам подарки, – сказал мужчина с бородой, склоняясь к столику так, чтобы не все видели его лицо из окружающих посетителей кафе. – Времени мало, а с одним я все никак не управлюсь, нужна твоя помощь. Ты ведь у нас маленький гений, верно?
    Улыбка Райкера казалась неискренней, но Тад нередко замечал, что его капитан-отец часто улыбался, даже когда не чувствовал радости. Сейчас, видимо, проблема с подарками сильно расстроила папу, и Тадеус согласно кивнул, оставляя конструктор.
    - Я помогу, пап, - уверенно заявил Тадеус.
    Райкер застыл на секунду, глядя на ребенка. Вдали Диана и Луаксана оказались окружены еще несколькими почетными гостями симпозиума, а потому никто не видел Райкера около Тадеуса и не мог заметить странную нервозность мужчины.
    Но замер он не от страха. Напротив, что-то в сердце сжалось от тоски, перемноженной на горькую радость. Идея? Безумная и глупая мысль с ноткой правды: это был и его сын, в какой-то степени, так ведь?..
    Погладив ребенка по макушке, Райкер взял Тада за руку и повел из кафе. Конструктор так и остался на столике незавершенным, а одна деталька, резонирующая вдали от своих «собратьев» в ладони Тада, тоскливо зазвенела как сигнал к бедствию. Малыш взялся за руку Райкера крепче, пытаясь прогнать дурное чувство тревоги, но не ощутил привычного тепла родителя. Тад оглянулся к матери, словно ощущая, как струна между ним и Дианой начинает натягиваться, но ту совсем скрыли из виду другие посетители симпозиума и инстинктивное желание ребенка вернуться к маме потонуло в хоре голосов посетителей космопорта.

    — Act II —

    - Титан должен проследовать по указанным координатам к планете Вало и ожидать дальнейших инструкций. Выбор отказаться у вас есть, но тогда вы больше не увидите сына, капитан Райкер. Мы ожидаем вас здесь через три дня к двенадцати сотням часов. Если опоздаете, винить кроме себя будет некого.
    Послание от похитителей, полученное спустя сутки в пути по вялому тахионному следу похитителей, звучало в конференц-каюте уже не первый раз. Капитан Райкер приказал направить звездолет по указанным в послании координатам до выяснения обстоятельств, чтобы не рисковать жизнью Тада, а Дейте дал персональное задание выяснить все, что только можно, по полученной трансляции. Преступники явно не желали, чтобы их быстро раскрыли. Послание было передано через четырнадцать частных спутниковых систем от неизвестного заказчика. Такая секретность не могла не настораживать, но разбираться вдали от цели не было ни минуты лишнего времени. Ситуация выходила за пределы случайного стечения обстоятельств, многие вопросы безопасности на корабле Дейте еще предстояло отрегулировать вместе с начальником службы охраны Титана. Лейтенант-коммандер Кайрос разделяла подозрения Дейты об утечке информации и кляла на родном аркарианском наречии всех потенциальных предателей. Кто-то очень близкий к семье Райкеров-Трой выдал данные преступникам о намерении Дианы взять на симпозиум своего малолетнего сына. Пока Кайрос изучала послания с борта Титана с даты приглашения Дианы на симпозиум, Дейта всматривался в искаженные лица похитителей на панели в стене за капитанским креслом во главе длинного стола заседаний.
    Восстановить лица оказалось непосильной задачей даже для бортового компьютера Титана вместе с усилиями самого Дейты. А это значило лишь одно. Методика Шерлока Холмса не давала сбоев даже в самых невероятных ситуациях – этих лиц не было на самом деле, в той мере, в какой можно было бы рассуждать по-человечески. Догадка озарила память коммандера и золотые глаза блеснули в свете проплывающих звезд за окном помещения.
    - Компьютер, увеличь сектор А-14-Ф-8 в тысячу раз, - попросил Дейта, изучая приближенный кадр шеи преступника под его размытым лицом и даже сам подошел поближе, неспешно, но пристально всматриваясь в искаженный квадрат кожи. Догадка оправдала себя, но Дейта не почувствовал триумфа, как, впрочем, и всегда, лишь желание поскорее выяснить, кто и зачем похитил малыша Тадеуса.
    Резко отвернувшись от панели на стене, Дейта вернулся к столу и взялся за панель управления, встроенную в столешницу. Пальцы андроида перебирали потоки данных на экране с такой быстротой, что любой другой смотрящий на его работу почувствовал бы помутнение и тошноту. Но Дейта быстро искал контактные данные, которые, как он знал с недавних пор, перемещались в галактической компьютерной сети подобно мигрирующим стаям птиц. Ему надо было поймать хотя бы одну, чтобы выйти на все данные, и наконец удача попалась за птичий хвост.
    Спустя пять минут, к его вящему недовольству, с помощью проекторов в конференц-каюте около панорамного окна возникла проекция мужчины в весьма странном для текущей эпохи костюме.
    - А, мой старый добрый друг, коммандер Дейта, мы давно не виделись, - произнес деланно учтиво профессор Мориарти. Голограмма врага Шерлока Холмса, ожившая еще на Энтерпрайзе-Ди по стечению обстоятельств, с недавних пор обрела максимально желанную свободу перемещений по ГКС, и теперь Дейта был несколько удручен этим фактом.
    - Профессор, - поздоровался андроид, поднимаясь с кресла. – Как поживает графиня?
    - Моя прекрасная супруга чувствует себя отлично, а Вы?.. Ах, простите, я не хотел оскорбить.
    - Нисколько, - честно ответил Дейта, хотя и отметил попытку Мориарти напомнить ему о недостатке машинного тела по сравнению с голографическим. Выискивать слабости в Шерлоке Холмсе, а точнее в самом Дейте в роли сыщика, было заложено в Мориарти от его искусственной природы.
    – Скажите, профессор, знает ли Ваша супруга о подпольном бизнесе, который Вы устроили? – подойдя ближе, Дейта наклонил голову на бок. - О рабстве таких же голограмм, как и Вы сами?
    - Какая чушь, сэр! Вы оскорбляете меня такими упреками! Я уважаемые джентльмен. Среди подобных мне голограмм весьма респектабельная личность. В каком-то роде отец нации…
    - Профессор, у меня есть доказательства Вашего преступного бизнеса. Конечно, создавать голограммы самими голограммами с учетом их нового статуса в Федерации не запрещено, - отметил Дейта уже не таким равнодушным для машины голосом, будто впадая в амплуа сыщика как на голодеке. Андроид обошел Мориарти, чтобы у того была возможность смотреть как на Дейту, так и на экран за его спиной.
    - Тем не менее, Вы продаете их модификации на черном рынке. И ваши голограммы-рабы прямо сейчас используются для шантажа офицеров Звездного флота. Полагаю, именно по этой причине Вы их лично модифицировали и брендировали своими инициалами, чтобы иметь к ним универсальный код доступа и уничтожить, когда заказ будет выполнен.
    Скосив взгляд на экран, где отчетливо виднелись едва заметные буквы «Д.М.» на доле миллиметра кожи его «товара», Джеймс Мориарти с улыбкой, но раздосадовано всплеснул руками.
    - Что ж, пойман с поличным. И что Вы теперь намерены делать? – уточнил Мориарти с вызовом, но достоинством художественного злодея.
    - В любой другой ситуации я бы отдал все свои улики Службе безопасности Звездного флота. Я не отрицаю того факта, что я передам им достаточно сведений для усиления мер контроля за голограммами в пределах Федерации. Но в данный момент мне нужно получить от Вас информацию о заказчиках этих голограмм.
    - И что будет, если откажусь Вам помогать? – спросил Джеймс Мориарти, уже пять раз попытавшись покинуть палубу Титана, но тщетно. Дейта сымитировал сочувствующую улыбку на шестой попытке, о которой его оповестила внутренняя сетевая коммуникация с бортовым компьютером. Каждая попытка голограммы сбежать пресекалась компьютером Титана с его четкой заложенной инструкции еще до включения контакта.
    - Я доведу до сведения графини Ваш обман, - заявил прямо Дейта, отметив, как переменился в лице Мориарти. Видимо, он ожидал удара «благороднее» - бой, арест, поединок, но никак не удар в самое сердце, и очевидно опешил.
    - Она поверила, что Вы больше не занимаетесь криминальным бизнесом, что Вы стали добропорядочным гражданином Федерации, вопреки своей литературной биографии. Полагаю, Вы полюбили ее за категоричность и решительность, не так ли? Вы знаете, как она отреагирует, увидев Вас в новом свете, как работорговца ей и Вам подобных созданий?
    Голограммы и в самом деле солидно отличались от воплощенного изначально в реальной материи Дейты. Их чувства и эмоции были частью их программы, а потому они почти как люди вполне могли переживать, смеяться, плакать или радоваться. И сейчас Дейта видел, как напугал своего давнего соперника, страх замерцал в глазах голограммы молниями, вместе с гневом и картинной решимостью.
    - Я понимаю условия. И принимаю их. Но все же я настаиваю, чтобы Вы, сэр, дали слово не открывать графине правды, пока я сам не разберусь с вопросами своего частного предприятия и его работы. Рабство слишком громкое слово для цивилизованного общества, в котором мы живем с моей супругой…
    - Я даю слово, что при получении всей нужной информации о заказчиках конкретно этих голограмм, Ваш секрет останется со мной в безопасности, - произнес Дейта уверенно и искренне. – Кто заказал эти голограммы?

    — Act III —

    Капитан Райкер с трудом сидел ровно в своем командном кресле на мостике. По правую и левую руку от него было пусто, что само по себе немного нервировало. Диана старалась работать вопреки переживаниям, поскольку никто не отменял обязанностей советника, а Дейта выполнял его личный приказ, и пока присутствие старпома на палубе не требовалось.
    - Сэр, мы приближаемся к Вало. Кардассианская граница через четыре парсека, - оповестил энсин Яксли, сидящий за панелью навигации перед Райкером.
    - Желтая тревога, - скомандовал Уилл, и палубы Титана тут же окрасились желтыми огнями вдоль всех коридоров и в каютах экипажа, чтобы оповестить о возможной угрозе, в которую они сами добровольно летели на варп четыре.
    - Сбавьте скорость, энсин, половина импульса. Что у нас на сканах?
    - Сэр, сканеры дальнего действия засекли кардассианский звездолет. Класс Хедеки. Они летят к планете.
    - Нас ждали, но не приветствуют? – спросил с безрадостной насмешкой Райкер, склонившись на правый подлокотник.
    - Капитан, - заговорила за спиной лейтенант-коммандер Кайрос. – Мы получаем два сигнала. С Вало и с кардассианского корабля.
    В этот момент из конференц-каюты вышел Дейта. Услышав про две передачи, которые получал Титан, старпом устроился в своем кресле по правую руку от Райкера.
    - Сэр, рекомендую сначала послушать сообщение с корабля.
    Уилл кивнул.
    - Кайрос, на экран.
    В следующий момент вновь размытые лица похитителей показались на широком лобовом экране Титана вместо панорамы кардассианской границы.
    - Титан, ваша задача уничтожить штаб обороны Истинного Пути по координатам, которые указаны в данной трансмиссии. Любое сопротивление нашим требованиям дорого обойдется Тадеусу…
    Уилл напрягся всем телом, услышав угрозу, и наклонился чуть вперед, сжимая кулаки. Будь его воля, он бы задушил голыми руками негодяя, что угрожал его малолетнему сыну, даже несмотря на чудовищность самого поступка – убийства. Сейчас состояние Уилла было далеко от логичного, поэтому Дейта поспешил нашептать ему на ухо о том, что узнал от Мориарти, и когда короткий доклад андроида осел в голове Уилла, настроение капитана Титана стало еще более мрачным, чем прежде.
    - Томас, давай поговорим без иллюзий, - пророкотал Райкер, вставая с капитанского кресла. Какое-то мгновение голограммы без лиц еще держались на экране, но вскоре их силуэты исчезли и в поле зрения за штурвалом кардассианского, судя по всему угнанного, транспортника, оказался Уильям Томас Райкер, как капля воды похожий на капитана Райкера, разве что в совершенно другом облачении, больше черном и с металлическими украшениями бажорцев, видимо, как дань уважения культуре, ради которой предал Звездный Флот.
    Случайно возникший в ходе транспортного инцидента клон Уильяма прожил долгие годы в полной изоляции. Его случайно обнаружили во время экспедиции Энтерпрайза-Ди, и клон, застрявший в звании лейтенанта, оказался далеко не таким «послушным», как тогда еще коммандер Райкер. Условно братья едва ли поддерживали связь после убытия клона. Клон выбрал себе за основное второе имя «Томас» и продолжил службу отдельно от Уильяма, но не долго. Война Маки с Кардассией и потом война с Доминионом утянули Томаса с головой.
    - Давно не виделись, Уилл.
    - Мне говорили, что ты сбежал из тюрьмы. Видимо, снова тянет за решетку? Зачем тебе мой сын?
    - Разве не очевидно? Вы прибыли туда, куда я хотел. И вы сделаете то, что Федерация должна была сделать еще до войны. Эта планета принадлежит валойцам!
    - Томас, где мой сын? – воскликнул Уилл.
    Дейта встал с кресла и оказался рядом с капитаном, напоминая ему тем самым о необходимости держать себя в руках.
    - Капитан, с Вало требуют немедленно покинуть границу. На базе кардассианской обороны заряжают оружие, - оповестила Кайрос.
    - Красная тревога, поднять щиты! - скомандовал Дейта.
    - Атакуйте первыми, - вклинился Томас. - Мощи Титана хватит, чтобы разнести их базу в пыль. Как только Вало будет свободна, я передам координаты, где можно будет подобрать Тадеуса.
    - Я не начну войну Федерации с Кардассией из-за твоего жалкого подобия партизанского благородства, Томас! – рыкнул Уильям, обличительно ткнув пальцем в сторону «брата». - Маки больше нет! Бажор свободен!
    - Кардассия поработила сотни планет, искоренила тысячи народов, не только Бажор пострадал в оккупации! Вало был частью Федерации! Если хочешь увидеть сына живым, Уильям, сделаешь то, что я сказал. Вы прикроете нашу атаку на Вало своими орудиями, иначе кардассианцы сами убьют его вместе с нами. Конец связи!
    Выдохнув ненависть из легких, Уильям быстро приказал отозваться на сигнал с планеты.
    - Звездолету Федерации «Титан», требуем немедленно покинуть территорию Кардассии, повторять мы больше не станем!
    - Вало, говорит капитан «Титана» Уильям Райкер! – стараясь совладать с волнением, Уилл взял волю в кулак и заговорил уверенным командирским тоном. - Мы прибыли в связи с расследованием преступления на территории Федерации, мы на своей стороне границы, ваши агрессивные действия неприемлемы. Отключите оружие во избежание недоразумений с обеих сторон. На вас планируется атака диссидентов!
    - Связь прервана с их стороны, капитан, - оповестила Кайрос.
    - Что показали сканеры, Фарадей? – обратился Дейта к офицеру за операционным пультом, подходя к некогда своему обычному месту на мостике.
    - Показатели неточные, сэр, на хедеки установлен ромуланский щит. Численность экипажа варьируется от двух до пяти человек, точнее сказать не могу. Судно направилось на Вало, на юго-восток от космопорта Норк Дейтем. Там видно скопление форм жизней, показатели неточные на таком расстоянии.
    - Ромуланские технологии во всем. Звездному флоту такая экспансия соседей явно не понравится, - отметила Кайрос, перепроверяя данные со своей тактической панели.
    - Сейчас это второстепенный вопрос, - произнес Дейта и снова глянул на Уилла. – Сэр, любая агрессия против кардассианцев со стороны Федерации на Вало недопустима. Мы должны предупредить их об атаке.
    - Томас хочет прикрыться нами как щитом, держа Тада на месте боя. Думает, что я все сделаю, чтобы сберечь сына. И он прав.
    Мостик погрузился в напряженное молчание, многие офицеры уставились на капитана, кто с сочувствием, кто с волнением за последствия.
    - Мы не будем участвовать в военных действиях против кардассианцев, - уверенно и достаточно громко произнес Райкер, сжимая кулаки. - Я сам высажусь на Вало с группой перехвата, остановлю Томаса и его подельников, пока они не зашли в город. Пытайтесь дозваться до правительства, объясните им ситуацию, - приказал Уилл старпому, дальше обернувшись к тактическому посту. - Кайрос, срочно отберите нескольких быстрых и сильных офицеров, мне нужен шаттл в главном доке и…
    Мир внезапно помутился перед глазами, и Уилл начал заваливаться на пол мостика. Краем глаза он успел заметить испуганные лица офицеров по науке и самой Кайрос, а после ничего не выражающее лицо коммандера Дейты, оказавшегося над ним. Открыв было рот, Райкер так и не смог сказать и слово старпому, и погрузился во мрак внезапного бессознательного.

    Пришел капитан в себя уже в разгар десантной операции на Вало. Увидев прежде всего Диану, Уилл инстинктивно улыбнулся, но события последних минут в его памяти тут же завели его как мотор на агрессивные действия и допрос.
    - Где он?.. Вот же… - подобрать какое-то оскорбление пока не получалось, и Райкер не был уверен, что «сукин сын» достаточно отразит ситуацию в отношение андроида, у которого дефакто были лишь создатели, а не родители.
    - Капитан, мы над Вало на стандартной орбите, получаем передечу от службы безопасности кардассианцев. Они приняли данные о диссидентах, коммандер Дейта и группа высадки с ними. Трансмиссия онлайн.
    Уилл сел в капитанском кресле ровно и дождался, когда на лобовом экране возникнет картинка. Камера тряслась, судя по всему, запись велась с головного убора кардассианца на передовой отряда. Офицеры Звездного флота мелькали в кадре вместе с другими кардассианцами. По окружению стало ясно, что они где-то в подземных тоннелях, засохшей канализации или подземной линии транспорта.
    Раздались первые выстрелы, и Уилл уставился на засаду диссидентов во главе с Томасом Райкером. Видеть свое лицо, искаженное ненавистью, казалось сродни наваждению еще хуже, чем внезапный обморок. Инициатор его расстройства тоже вскоре показался на экране, внезапно ворвавшись в бой за спинами диссидентов вместе с Кайрос и еще лейтенантом Майлзом. Перекрестный огонь почти застал Томаса врасплох, и он схватил что-то небольшое на руки. Осознав, что это его сын, Уилл вскочил на ноги вместе с Дианой.
    - Поднимите их на борт! Живо!
    - Сэр, они слишком глубоко под землей, там кругом металлическая обшивка.
    Тем временем Томас с Тадом на руках нырнул куда-то вбок и исчез из поля зрения кардассианских вооруженных сил. Уилл успел заметить лишь то, что Дейта рванул следом за ним, отдав приказ Кайрос держаться с основным отрядом кардассианцев и поймать других диссидентов.
    - Установите связь с Дейтой, - приказал Уилл, касаясь дельты Звездного Флота на груди.
    Сигнал коммуникатора остался без ответа.
    - Жизненные показатели? – спросил Уилл у операционного офицера.
    - В норме, сэр. Системы коммандера в порядке, но он вступил в бой.
    - Черт тебя дери, Пиноккио! Установите с ним связь!
    Это были самые долгие полчаса в его жизни. Сигнал с Титана оставался без ответа еще дополнительные пять секунд, и когда Уилл уже хотел все же сам спуститься на планету, наконец-то на его требование ответить отозвались.
    - Капитан, Тадеус в безопасности. Мы в трех километрах от Космопорта у входа в подземный склад. Координаты должны быть у вас… Можете… п-п-поднять…
    - Дейта!.. Что со связью? – растерявшись, Уилл посмотрел на смену Кайрос, лейтенанта Лоушань.
    – Связь в порядке!
    - Сэр, показатели коммандера нестабильные.
    - Инженерная! – быстро позвал Райкер.
    - Здесь, сэр!
    - Главного инженера и помощников в медотсек! Поднимите Тада и Дейту в лазарет, немедленно!
    Взяв супругу за руку, Уилл поспешил к турболифту.

    — Act IV —

    В лазарете около двух коек копошились как инженеры, так и врачи. Тадеуса зацепило незначительно, и мальчик уже рвался к родителям, когда они ворвались в лазарет, а вот у второй койки ситуация оказалась куда тяжелее.
    - Мама! – напросившись к Диане на руки, Тад подозвал к себе и отца. – Папа, его ранил дядя Томас.
    - Дядя Томас… - пробурчал Уилл, обнимая сына с Дианой вместе. – Милый, этот человек нам не родственник. Уж точно не после того, что он сделал.
    Оглянувшись на койку, где пытались починить Дейту, Уилл хотел было подойти ближе, но главный инженер остановил его на подходе.
    - Сэр, нам нужно место и техника. Инженерная, телепортируйте в лазарет инструменты по списку! Нам нужны…

    Три часа. Целых три часа заняла операция по ремонту. По спасению? Наверное, дольше Дейту никогда чинить не приходилось даже после общения с Лором. Его системы сами следили за своей работоспособностью, он редко нуждался в инженерном осмотре, но в этот раз без помощи людей Пиноккио был на грани поломаться раз и навсегда, о чем главный инженер предупредил спустя половину этого времени в поте лица и едва выбирая выражения со старшим по званию от стресса.
    Тем временем вопросы безопасности Вало требовали внимания Райкера и к другому участнику атаки – Томасу. Уже не имея никаких причин для опасений, Уилл спустился на планету, чтобы от лица командования флота пообщаться с властями Вало и после со своим «братом». Первую часть визита он смог выдержать с достоинством, несмотря на море упреков от кардассианцев. Ситуация оказалась экстренной для всех, и Штаб был рад узнать, что все же экипажу Титану удалось посодействовать в предотвращении вооруженного переворота на Вало, хотя их втянули в этот вопрос против воли. Стараниями человека, которого Уилл начал искренне ненавидеть.
    Капитан Райкер попросил о короткой встрече напоследок и ему позволили повидаться с организатором нападения. Скрепя сердце, он спустился в подземную тюрьму, что располагалась под военным комплексом – огрызки владений Обсидианового Ордена. Уилл медленно остановился напротив темной клетки, в которую засунули Томаса и его подвижников. Судя по холоду и сырости, впереди у них предстояло далеко не радужное ожидание первого судебного заседания.
    - Я знаю, что не способен на такую бесчеловечную подлость как похищение ребенка. Мы с тобой уже нисколько не похожи друг на друга, - произнес Уилл с презрением.
    - Ты живешь в раю со своей семьей, Уилл. Естественно, тебе не понять, на что способны отчаявшиеся люди, когда у них все забрали, и никому нет дела до их страданий.
    - Тадеус чуть не погиб по твоей вине. Мой друг на грани смерти по твоей вине! Слезы Дианы на твоей совести, если она у тебя еще есть хоть в каком-то ущербном виде! – начал кричать Уилл, подойдя ближе к решетке.
    Томас отвел взгляд в сторону, услышав имя Дианы. Заметив боль в похожих на свои глаза, Уилл взял гнев под контроль и следом презрительно хмыкнул.
    - Ты нарушил владения Кардассии, устроил вооруженный конфликт с законными властями Вало. Их суд будет решать твою судьбу. Звездный Флот тебе не поможет, лишь перешлет данные по обвинению в похищении, рапорт о котором я уже направил в штаб. Прощай, Томас… Надеюсь, я больше никогда тебя не увижу.
    Уилл искренне надеялся, что так и будет. Он развернулся на выход, чтобы уйти и оставить Томаса позади раз и навсегда.
    - Увидишь, - вдруг раздалось ему в спину на пол пути к свободе. – В самый темный час твоей жизни. В зеркале.
    Застопорившись на месте, Райкер принял удар в сердце, но не оглянулся на клетку. Он ушел из тюрьмы в сопровождении стражников блока и больше не произносил имя Томаса даже мысленно, твердо намереваясь избавить свое собственное досье от буквы «Т» раз и навсегда.

    — Act V —

    - Сэр, если Вы хотите написать на меня рапорт в штаб, я готов помочь с его составлением, поскольку мои действия, с учетом вашего бессознательного состояния, лучше могу описать лишь я сам.
    Райкер стоял около койки Дейты в лазарете, скрестив руки на груди. Надув щеки, Уилл возвышался над ним изваянием угрюмо молча, сверля андроида пристальным и недовольным взглядом. На реплику Дейты он тоже не ответил, продолжив беззвучно осуждать все, что тот успел натворить, как раз начиная с нападения на собственного капитана.
    Дейта состроил расстроенное выражение лица, подражая этакому чувству вины перед капитаном… Точнее, другом.
    - Сэр, времени на размышления и убеждения оказалось недостаточно. Вы приказали мне заниматься контактом с Вало, сами решили подвергнуть свою жизнь угрозе во время высадки в зону боевых действий. Вы и так прекрасно знаете, что капитан не должен покидать мостик в таких обстоятельствах. Я следовал вашему же примеру. Вы бы никогда не позволили капитану Пикару подвергнуть себя такому риску…
    Вздернув одну бровь, Уилл вытянул губы в молчаливом осуждении. Дейта стих и открыл было снова рот, поразмыслив над дальнейшей речью, чтобы что-то сказать, но слова застряли в механическом горле на пару секунд. Андроид виновато потупил взгляд. Он использовал на Уилле самый безопасный способ обезвреживания – вулканский нервный захват, научившись ему у самого Спока. Прежде Дейта никогда не применял его на своих и тем более старших по званию. Камеры на мостике Титана показали все действия и перемещения андроида на борту судна, Уилл их достаточно досконально изучил, прежде чем явиться на встречу с пришедшим в себя андроидом.
    Практически то же, что он сказал Уиллу, Дейта заявил и на мостике, когда Райкер упал без чувств, а остальные офицеры даже схватились за фазеры, поняв, что произошло.
    «Жизнь капитана – мой первый приоритет во всех экстренных ситуациях. Я спущусь на планету вместо него» - заявил Дейта, без чьей-либо помощи подняв Уилла под руки и разместив в капитанском кресле. Долю секунды он смотрел на лицо капитана, будто прося прощение - так виделось со стороны теперь уже вполне пришедшего в себя Уилла в капитанской рубке, когда они летели домой на звездную базу двести семь.
    «Всю ответственность за операцию беру на себя, но мои приказы прошу выполнять неукоснительно, от этого зависит жизнь Тадеуса. Кайрос, со мной! Оповестите Советника, продолжайте передавать сигнал тревоги на Вало!»
    О ходе боя на Вало стало ясно немногим позже. Томас Райкер узнал о тайных переходах под Вало и хотел свергнуть местное правительство, чтобы начать партизанскую экспансию по всей границе Федерации и Кардассии. Грандиозные планы сломались, когда Титан не стал участвовать в боевых действиях, даже рискуя жизнью Тадеуса. Поднять руку в наказание на ребенка Томас, судя по всему, не смог. Или не успел. Благодаря Дейте.
    - Тадеус сказал, что ты подставился под фазер, чтобы защитить его… - наконец заговорил Уилл, и Дейта просто кивнул в ответ.
    - Жизнь первого офицера тоже важна для работоспособности корабля, ты это помнишь? У нас нет здесь клона Джорди, чтобы мог вытащить тебя с того света. Хорошо, что он был на смене на Утопии Планитии, когда запросили помощь.
    - Тадеус был ранен похитителем, когда я попробовал приблизиться. Он не плакал, но… Этого хватило. Чтобы… чтобы.
    Выразить мысль до конца, Дейта не смог, но и не потребовалось. Опустив глаза на свою порванную и почерневшую униформу, которую доразодрали уже инженеры от шеи до талии, Дейта дрожащей от перегрузки рукой прикрылся медицинским термопледом, скорее из этических соображений, нежели от холода. Перегрузка всех систем затронула и позитронный мозг, он еще тяжело калибрировал моторику, но шел на поправку сам по себе, медленно, но верно.
    Наверное, увидь Уилл раны Тадеуса на месте Дейты, натворил бы много глупостей, не спас ребенка и сам бы сильно подставился, оставив Диану вдовой, а сына наполовину сиротой. Даже андроид не смог рационально размышлять в такой ситуации. Или смог, просто по-человечески сделав все лучше и эффективнее, чем мог бы даже любящий отец в лице Уилла. Райкер тяжело вздохнул, распуская руки. Сердиться на Дейту можно было сколько угодно, факты от того не менялись: сын был цел и почти невредим, враги схвачены, политический кризис обернулся в очередной шаг для укрепления Бажорского соглашения. В целом, Томас Райкер добился прямо противоположного эффекта, а Дейта показал себя в очередной раз куда более человечным, чем сам себя мог оценить.
    - Ты схватил Томаса живьем и спас моего сына. Федерация, Кардассия… моя семья в долгу у тебя. Спасибо, Дейта. Я очень рад, что ты сам остался жив. Но учти, в дальнейшем я запрещаю использовать на себе твои вулканские приемчики, это ясно, коммандер?
    В этот момент в лазарет внезапно влетел Тадеус под присмотром подоспевшей следом миссис Райкер-Трой. Заметив, что Дейта пришел в себя, мальчик вскарабкался на койку и плюхнулся на андроида.
    - Моноплан «Тадеус» взлетает!
    Дейта ни секунды не раздумывая поднял Тада на вытянутых руках над собой, помогая тому принять форму «самолетика». Дрожь в механических суставах прошла, будто ее и не было, а в золотых глазах машины сверкнуло что-то по-человечески любящее.
    Уилл усмехнулся, что андроид демонстративно проигнорировал его вопрос из-за ребенка, явно избегая прямого приказа не спасать капитанскую жизнь, когда посчитает нужным. Райкер не стал настаивать, решив, что вопрос обождет, и приобнял супругу, поцеловав ее в макушку.
    Титан летел домой, все близкие были живы. Оставалось лишь надеяться, что отражение в зеркале останется для него привычным и знакомым, как сегодня. Если уж не своими стараниями, то тех, кто рядом.

    0

    30

    star trek: strange new worlds
    {deanna troi}

    https://i.imgur.com/cdiMbtF.gif https://i.imgur.com/dOl4jUc.gif


    Эмпат с Бетазеда, полукровка, ведь в ее жилах течет и человеческая кровь. Красивая, умная, чуткая, эмоционально уязвимая, и в то же время очень сильная личность, Диана Трой всегда жила на грани двух культур. И все же предпочитая бетазоидский уклад жизни впридачу к службе, она стала своего рода энигмой и светочем для многих гражданских и офицеров на борту Энтерпрайза-Ди. Ощущая чужие эмоции, Диана превосходно справлялась с обязанностями советника капитана Пикара, не раз и не два открывая тайны чужих душ ради дипломатических миссий и спасения чужих жизней порой с риском для собственного здоровья. Диана прошла долгий путь и по карьерной лестнице, сумев простить Уилла Райкера за разбитое сердце, а после нашла в себе смелость стать коммандером и управлять экипажем не только мягкой силой, но и твердой офицерской волей. Дочь посла Луаксаны Трой никогда не ощущала себя одной во Вселенной, но шум чужих эмоций она смогла сделать для себя бескрайним и красивым океаном, в котором ей было подвластно почти все. Там же, среди переливов музыки чужих сердец она нашла один припев для себя и Райкера, чтобы завести с ним семью и наконец обрести долгожданное личное счастье.

    * * *

    Для своей имзади могу сказать лишь следующее - если заявка интересна, а что такое "имзади" не надо рассказывать, то, скорее всего, TNG и Picard просмотрены до дыр, а потому моя так себе заявка лишь маячок к действию! К тому же, если зацепило, значит, есть старый гештальт на нечто светлое, вечное и прекрасное, следовательно, нам по пути!)) Диана потрясающий персонаж, сочетающий в себе истинно женскую красоту души и стремление быть офицером, помогать людям, что сделало ее незабываемой и очень дорогой в том числе и моему сердечку.


    пример поста

    Личный журнал коммандера Уильяма Райкера, звездная дата 41153.7, станция Фарпоинт на Денеб четыре. Звездолет Худ высадил меня в удивительном городе банди. Бюрократы из Штаба не преувеличивали размеры станции в своих докладах. В застывших как карамель песках они построили инженерное чудо. Худ скоро отбудет на звездную базу двести десять, а я не ощущаю по этому поводу и тени грусти. Я тепло попрощался с капитаном Де Сото, несмотря на наши разногласия. Куда больше я предвкушаю прибытие Энтерпрайза. Служба на этом судне - большая честь. Надеюсь, что капитан Пикар не разочаруется в своем выборе старпома. До сих пор не уверен, как именно вытянул счастливый билет… Кхм. У меня вряд ли могла развиться мания, но, кхм. Это странное ощущение, будто за мной постоянно кто-то приглядывает?..

    [indent] Задумчиво дожевывая яблоко, которым его внезапно угостил Гроплер Зорн в своем офисе, Уилл бросил огрызок в репликатор для утилизации и удивленно уставился на пролетевшую в сантиметрах от его лица белую бабочку. Крошечное создание беспечно сделало круг перед его носом и полетело по диагонали ввысь. Райкер задорно улыбнулся, погладил в задумчивости недавно отрощенную бородку и проводил бабочку веселым взглядом. Ему пришлось задрать голову, чтобы полюбоваться на ее белые крылья и на радугу на фоне, что засияла над брызгами высокого фонтана. Благое знамение? Вполне возможно, хотя Райкер не считал себя суеверным.
    [indent] Возвращаться на постоялый двор ему совершенно не хотелось, да и день выдался солнечный, жаркий, но ветреный. Уилл хотел провести его с пользой для нового судна и показать себя деятельным офицером перед новым начальством, а потому занялся разведкой на местности.
    [indent] Главная рыночная площадь Фарпоинта напоминала большой музей под открытым небом. Просторные галереи вмещали сотни обитателей планеты и уже прибывших сюда для торговли соседей с ближайшего спутника. Всем хотелось узнать секрет Фарпоинта, возникшего как мираж в пустыне из воздуха, и чем быстрее, тем лучше.
    [indent] Мимо пробежали откровенно бедно одетые дети, и Уилл улыбнулся и им вслед, слыша заливистый смех беспечности. Когда-то в юности он тоже был таким. Ну и что, что штанина порвалась при вылазке в лес? Разве это плохо, позаимствовать у угрюмого соседа собаку на прогулку? Большой, лохматый маламут так радовался возможности поноситься за санками и мелкими проказниками!..
    [indent] - Гав, гав! – вдруг раздалось неподалеку, и Уилл вздрогнул, не ожидая столь резкого шума так близко от себя. Голубые глаза коммандера успели повидать много чудес за время службы, но кто бы мог подумать, что маламут на пустынном Денебе окажется самым поразительным из них всех.
    [indent] - Откуда ты тут взялся, мальчик? – подойдя ближе, Райкер присел на корточки около пса и начал гладить его по пушистой холке. – Хороший мальчик, хороший.
    [indent] Пес высунул язык, глядя вбок от офицера, а после внезапно сорвался с места, будто завидев дичь среди ног прохожих.
    [indent] - Погоди! Куда…
    [indent] Уилл не успел его окликнуть и не стал бежать следом, хотя и хотелось, ведь пес так напомнил ему соседского маламута. И тогда холодок закрался Уиллу в душу, когда он про себя добавил: «Это и был соседский маламут».
    [indent] Стиснув зубы, Райкер постарался отмахнуться от навязчивой мысли, что повидал призрака из прошлого. Той собаки не было в живых уже пятнадцать лет, если не больше. Померещилось, бывает. Видимо, разряженный воздух банди начал влиять на фантазию.
    [indent] Собравшись с мыслями, Уилл двинулся дальше. Неспешно гуляя между прилавков, коммандер Райкер про себя отмечал разнообразие товаров, пытаясь понять, откуда они оказались у бедных банди. Казалось, у нищенствующих в соседнем через дорогу поселении на самой станции было абсолютно все, что только могло пригодиться для красивой жизни. Как такое могло быть?
    [indent] Замедлив шаг около лавки с тканями, Уилл залюбовался переливами сиреневого шелка. Этот цвет вдруг напомнил ему о старой любви, и рука сама потянулась к прохладной ткани, будто в надежде пробудить еще больше воспоминаний. Ее имя он никогда не забудет…
    [indent] Кто-то неустанно сверлил ему взглядом спину, и на контрасте задумчивости и напряжения Райкер ощутил себя на охоте. Инстинкт взял верх над разумом, и офицер резко развернулся, чтобы застукать за темными делами своего преследователя. Вдали через толпу у все того же фонтана стояла миловидная, невысокого роста женщина с густыми, вьющимися локонами и глазами цвета чернослива.
    [indent] «Диана? Не может быть!»
    [indent] Уилл обомлел и как во сне сделал к ней пару шагов. В тот же момент Диана Трой, в тех же одеждах, в которых он видел бетазоида в последний раз, плавно отдалилась, теряясь в толпе у восточных парадных дверей.
    [indent] Коммандер Райкер последовал за ней, пытаясь нагнать беглянку, то и дело неуклюже оттесняя прохожих перед собой, но Диана появлялась среди толпы покупателей рынка как видение, не позволяя к себе приблизиться ближе чем на десять метров.
    [indent] - Диана! – в конце концов окликнул Райкер, но женщина нырнула под очередную арку в соседнем переулке, и Райкер ускорил шаг до бега. Почти врезавшись в противоположную стенку, он обнаружил себя перед достаточно резким лестничным спуском. Растерянно оглядев толпу за спиной, беззаботно занимающуюся покупками, Уильям не услышал, как его самого пытаются нагнать. Лейтенант Джорди Ла Фордж пытался успеть за Райкером, чтобы оповестить о важных новостях, но Уилл не знал этого и направился вслед за Дианой.
    [indent] Чем ниже он спускался, тем темнее становился мир вокруг него: стены странного подземного яруса под станцией Фарпоинт напоминали древний склеп с постоянно заворачивающимися кругом тоннелями. Стены без окон и дверей как трубы опоясывали сердце города.
    [indent] - Помоги!.. Помоги! – пронеслось эхом с порывом ветра. Поток ударил Уиллу в спину, и он замедлил шаг.
    [indent] - Диана? Это ты, Диана? Отзовись!
    [indent] - Помоги!.. Он узнает, он скоро узнает и накажет меня. Помоги, Уильям!
    [indent] - Кто накажет? Да что здесь происходит, - пробубнил себе под нос Уилл, широкими шагами стараясь преодолеть длинное расстояние между собой и ускользающей впереди целью.
    [indent] Вдруг земля под ногами задрожала, а стены начали сжиматься и разжиматься слабой рябью как гармошка. Испугавшись, что может попасть под завал от внезапного тремора, Уилл снова позвал Диану:
    [indent] - Нам надо уходить! Слышишь? Вернись!..
    [indent] Земля задрожала еще больше, и Уилл, скрепя сердце, развернулся в обратную сторону.
    [indent] Это не Диана, убеждал он сам себя сквозь бурю эмоций. Кто бы это ни был, Диана бы не стала так себя странно вести и заманивать Райкера в темные подземелья, чтобы поговорить. Пока все вокруг ходило ходуном, Уилл как шустрый зверь несся к спасению. Наконец впереди показалась все та же лестница и свет с улицы, озаривший второй ярус длинного коридора. Перемахивая через две ступеньки разом, Уилл наконец выбрался наружу и столкнулся нос к носу с Уэсли Крашером.
    [indent] - Коммандер! Вот вы где! А мы вас обыскались, сигнатура коммуникатора исчезла!
    [indent] - Уэсли! Зачем ты меня искал? – тихонько приходя в себя, Уилл сделал пару шагов от лестницы и невольно оглянулся назад, почувствовав неладное. Прохода в подземелье больше не было, исчезли как проем, так и спуск. Райкер многозначительно замер на месте.
    [indent] Мистер Крашер тем временем рассказывал Уиллу последние вести с Энтерпрайза: о том, что корабль прилетел сначала лишь с драйв-секцией, а потом, когда Уилл потерялся на Фарпоинте, прилетела и тарелка, с которой корабль успешно состыковался. Причины разделения звездолета, которых можно было по пальцам пересчитать, все как один из серии крайнего случая, Райкеру предстояло выяснить уже на борту при встрече с капитаном Пикаром, подумал он, приходя в себя окончательно, насколько это было возможно в текущих обстоятельствах.
    [indent] Уэсли вернулся к матери, а Райкер, еще раз оглядев станцию, качнул задумчиво головой.
    [indent] «Что за чертовщина здесь происходит?..» - подумал Уилл, касаясь груди и коммуникатора-дельты.
    [indent] - Энтерпрайз! Это первый помощник Уильям Ти Райкер со станции Фарпоинт, к телепортации готов. Заряжайте, - произнес он натренированным командирским, спокойным тоном.
    [indent] Дематериализация для многих офицеров Звездного флота была эмоциональным опытом. Кого-то она пугала, кто-то же напротив получал странное удовольствие сродни перерождению. Уилл же был так погружен в свои мысли, что практически не заметил, как мир вокруг стал расплываться в мерцании потока частиц, а потом собрался уже в виде транспортерной номер три.
    [indent] - Добро пожаловать на борт, коммандер! – произнесла подошедшая к платформе белокурая лейтенант. - Яр, Таша Яр. Глава службы безопасности.
    [indent] Женщина с крепким телосложением, короткой стрижкой и весьма выразительными глазами показалась ему куда красивее, чем предполагала ее должность, но было в ее выражении лица что-то подозрительное.
    [indent] - Проблемы, лейтенант? – уточнил Уилл, когда он сам и новая знакомая направились в коридор.
    [indent] - Капитан Пикар вам все расскажет, сэр, идемте, - мягко закруглила разговор лейтенант Яр, и Уилл согласно кивнул, ускорив вслед за ней шаг.
    [indent]Хотелось надеяться, что начало его службы на Энтерпрайзе не будет омрачено какой-то бедой…

    ● ● ●

    [indent] После разговора с капитаном, Уилл вышел на мостик с новой перспективой на жизнь. Уж чего, а инопланетян, способных менять пространство вокруг себя по щелчку, он точно не встречал и даже не слышал о таких за все время учебы и службы в Звездном флоте. Тяжесть на сердце, тем не менее, не мешала ему работать. Приказ был понятен, и он сделает все, что в его силах, чтобы помочь Пикару и теперь уже своему экипажу пережить суд Кью.
    [indent] - Где коммандер Дейта? – спросил Уилл у клингона-дежурного на мостике.
    [indent] - Коммандер Дейта сопровождает адмирала Боунса на Худ, сэр, - ответил лейтенант Уорф, смерив Райкера выразительным, оценивающим взглядом. Уилл вздернул бровь и кивнул.
    [indent] «Что ж, тогда продолжим собирать группу высадки дальше...»
    [indent] Пока еще не обзаведясь датападом, да и вообще еще не успев не то что освоиться со схемами судна, но и повидать свою каюту, Уилл направился к турболифту, чтобы найти местного советника, чьи способности могли, по словам капитана, стать незаменимыми в его миссии на планете.
    [indent] - Компьютер, где сейчас советник корабля?
    [indent] - Советник кора… - начал было отвечать компьютер приятным женским голосом, как вдруг турболифт остановился на нижней палубе, и двери с легким свистом распахнулись навстречу очередному призраку из его прошлого, которого Райкер не ожидал увидеть.
    [indent]Вновь или впервые за последние сутки?
    [indent] - Диана!.. - сорвалось с губ быстрее, чем он успел подумать. В голубых глазах смешалось море чувств от страха до счастья, губы растянула растерянная улыбка. Он видел ее в последний раз так давно, как в другой жизни, но так и не смог забыть, судя по сбившемуся ритму сердца.

    0


    Вы здесь » onlinecross » ПАРТНЕРСТВО » boloto crossover


    Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно